Ролли Лоусон – С чистого листа главы 100-165 (страница 121)

– Который у вас там час? – спросил я. В каком часовом поясе был Бахрейн? Это же на другом конце планеты! – И в каком смысле развратно?

– Тут 2040-й год. У нас на восемь часов больше, чем Восточное Побережье. И тебе не нужно знать об извращенности. Ты же женат! Причем на моей матери, не меньше! – со смехом ответил он.

– Только помни, сынок, что старый побитый десантник может надрать молодому пехотинцу зад в любой день! – ну и умник же!

После того, как мы поговорили о торнадо в Спрингборо, я дал ему поговорить с Мэрилини и с девочками.

Я ощущал себя достаточно в силах, чтобы готовить тем вечером, так что мы пригласили Таскера и Тессу на ужин. Девочки представили их Шторми и затем рассказали им о наших приключениях на Среднем Западе. Затем Таскер предложил нам выступить на ежегодном байк-ралли в Стерджисе, штат Южная Дакота, после того как мы закончим с собранием. Я фыркнул так, что мой напиток чуть не пошел носом, и потом чуть не лопнул от смеха, когда Таскер с Тессой рассказали Мэрилин о некоторых штучках, которые происходят в Стерджисе на регулярной основе. Затем я спросил Тессу, будут ли какие-нибудь фотографии с ней, участвующей в конкурсе мокрых маек, или лежащей голышом на байке Таскера. Таскер же подлил масла в огонь, отвергнув все ее отрицания. Близняшки хотели узнать, как я мог знать о Стерджисе; они о нем слышали только от своего братца-байкера. Это бы стало интересной темой для разговора в следующий раз, когда я поговорю с Чарли!

Мы также вручили девочкам их подарки на день рождения, которые состояли из шарфов и аксессуаров, которые их мать достала в Голливуде в каком-то модном магазинчике. Они соответствующе заахали и заохали, и будь я проклят, если пойму, как такие маленькие кусочки ткани могут продаваться за такие бешеные цены. Это женское? Или это просто я уже был старым пердуном?

В понедельник я отправил близняшек со Шторми к ветеринару на осмотр, прививки там и все остальное, что нужно делать со щенками. Им также было поручено достать животине ее собачий паспорт! Я бы страх как не хотел обвинений в том, что не зарегистрировал собаку, пока баллотируюсь в вице-президенты!

Мэтт Скалли появился в середине утра в понедельник после того, как Мэрилин уехала в аэропорт, и к вечеру вторника мы написали новую речь. Я отработал ее пару раз, обращаясь с самодельной трибуны, и затем Скалли сухо раскритиковал меня, и мы ее переписали. Я снова попробовал дать речь, и в этот раз он уже не был таким сухим. Мы продолжали работать до обеда среды, когда он взял копию моей речи, чтобы показать ее Роуву, Чейни и Оллбо. Мне тогда было плевать. Меня просто измотал весь этот процесс.

В четверг настало время мне махать знаменами в моих различных офисах. Девочки занимались уходом за мной, и после душа мы смогли снять большую часть бинтов на моей груди и руке. Но мне все еще нужно было держать ребра закрепленными. Затем я выставил их, надел хороший костюм, и Фрэнк помог мне завязать галстук, и я надел свою повязку и закрепил ее на уровне груди. Я хотел достаточно подлечиться к моменту своей речи, чтобы выступать уже без нее.

Мы с Фрэнком сперва направились в Вестминстер, достаточно рано, чтобы зайти в закусочную Вестминстера, поприветствовать людей и позавтракать. Ник Папандреас был на месте, как я и надеялся, и я пригласил его присоединиться к нам. Он тепло нас поприветствовал, и, хоть он и отказался от завтрака, но он попил кофе. Он засыпал меня вопросами о торнадо, и затем напомнил всем в заведении, как я спас закусочную десять лет назад. Я пожал огромное количество рук прежде, чем мне удалось сбежать, и затем мы с Фрэнком поехали в окружной офис и штаб кампании, которые были рядом друг с другом в здании торгового центра. Я поблагодарил всех за все, что они делали, и получил множество оваций и поздравлений.

К обеду мы полетели в Вашингтон, и я провел ему неторопливую экскурсию по зданию Рэйберн, навещая друзей и остановившись у моих офисов по Девятому Округу Мэриленда. Я также заключил небольшую приятную сделку с Джоном Бейнером, что если я стану вице-президентом, то я поддержал бы его на позицию организатора, которую я освобожу. Он в то время был главой Республиканской фракции, так что это стало бы еще одним шагом вверх по карьерной лестнице. После этого мы направились к Капитолию, где я встретился со своей командой в офисе организатора вместе с Хастертом и ДеЛэем. И снова овации и поздравления. Затем к нам на поздний обед присоединился Марти прежде, чем мы отправились обратно в Хирфорд.

В пятницу и субботу я в целом поработал в офисе в Вестминстере и поагитировал по Девятому Округу. Выглядело все так, что я обойду Роба Холлистера. Результаты опросов были точно на моей стороне. Мне также пришлось ответить на пару вопросов о том, что будет, если Буш победит Гора, и что будет потом. Я объяснил всю процедуру, и затем сказал, что хоть я и не могу сказать им, кто будет участвовать в особых выборах, но это точно будет некто, кого они бы одобрили. Республиканский комитет согласился со мной и Марти, что Шерил Дедрик стала бы кандидатом на мою замену. Она прошла через весь процесс проверки намного легче, чем я когда-то.

В пятницу днем из Голливуда вернулась Мэрилин. Она вручила мне DVD-диск с ее представлением моей персоны на собрании, и мы запустили его на телевизоре в моем офисе в Вестминстере. Мэрилин, может, и до смерти боялась выступать перед публикой, но в разговорах один-на-один она хорошо справлялась. Должен признать, выглядело это очень здорово! Видео длилось около двадцати минут или около того, возвращаясь еще к временам, когда я был ребенком, растущим в пригороде, двигаясь к моменту, когда я стал подростком-инвестором, и дальше к школе и колледжу. Рассказчиком был никто иной, как сам Инспектор Магнум, Том Селлек! Как только он начал говорить и я узнал, кто это, я был просто обязан спросить у жены, познакомилась ли она с ним!

– Он шикарен! – выпалила она. – Если бы он уже не был женат, я бы не вернулась!

– Это бы точно подорвало голоса за семейные ценности, не думаешь? – отметил я.

– Деньги у него тоже есть, – поддразнила она.

Я же только вскинул руки в отчаянии.

Пока за кадром говорил Селлек, и по экрану плыли различные семейные фотографии, где-то в середине биографии начала говорить Мэрилин. Они посадили ее в кресло, немного в тени, и снимали ее несколько в стороне. Все было сделано в формате, где ей задавали вопросы откуда-то из-за камеры, и они снимали и монтировали ее ответы. Она начала рассказывать с того момента, как мы познакомились в колледже, затем об армии, и потом о том, что я делал в качестве конгрессмена. Потом видео закончилось. Когда бы это показали на собрании, экран бы погас и тогда Джон Бейнер выступил из-за сцены и объявил о моем выходе, и я бы вышел из-за кулис.

Сделано все было очень профессионально и здорово. Я сказал Мэрилин:

– Черт, этот парень великолепен! Дай мне знать, когда он начнет ходить по воде, я хочу на это посмотреть!

– От тебя никакого проку! Думаю, я вернусь в Голливуд и снова начну искать Тома Селлека!

– Я всегда могу отрастить новые усы.

– Да, но у него все еще есть волосы! – ответила она.

Я угрожающе подался в ее сторону и она умчалась из моего кабинета.

– Повезло тебе, что я все еще инвалид! – крикнул я вслед.

Днем в воскресенье мы все полетели в Филадельфию на LongRanger'е. Мы даже взяли Шторми с собой. Если меня нужно обыграть себя как героя, то я могу и отыграть его полностью. Даже Демократы любят щеночков! Мы прилетели в Нью-Касл. Там нас уже ждали Фрэнк с лимузином и охрана, с которой я тогда путешествовал. Кандидатам в президенты вроде Буша и Гора приставлена защита Секретной Службы, пока они на кампании. Кандидатам же в вице-президенты ничего подобного не дается. Если мы победим на выборах, все это изменится, но прямо сейчас я обеспечивал себе защиту сам.

Собрание проходило в первом Юнион-центре, и у нас был огромный номер в гостинице Ритц-Карлтон за пару километров от него. Мы путешествовали, держа Шторми в ее клетке, потому что самое последнее, что нам было нужно – это чтобы она нашла какое-нибудь чертово место под сидением, чтобы пописать, покакать, или заснуть и быть забытой. Она хорошо поддавалась дрессировке, но она все еще была маленьким, э-э… большим щенком.

Мое большое появление было запланировано на среду, но с воскресенья по вторник мне нужно было встречаться с главными спонсорами и сторонниками, и любым другим способом снискать расположение группы, окружающей Джорджа Буша. Ни Роув, ни Чейни дружелюбнее ко мне не стали, но до тех пор, пока между нами не разгоралось конфликтов, со мной все было бы в порядке. В частности, Чейни задумывал устроиться в Белом Доме Буша, и собирался занять пост секретаря. На моей первой жизни этот пост получил Колин Пауэлл, и я надеялся, что его не выставят на мороз. Я только слушал об этих планах, кивал и бормотал что-нибудь нейтральное.

Что касалось прессы, то для них я был недоступен, отдыхая перед своим выступлением. Я не был полностью закрыт, но было близко к этому. Мы ели в частной обеденной, и достопримечательностей не смотрели. Девочки несколько раз все же смогли вывести Шторми на свежий воздух и дать ей пописать и покакать. В номере же мы постелили газету на полу в ванной в нашей с Мэрилин комнате.