Ролли Лоусон – С чистого листа главы 1-99 (страница 259)

Как будто весь Ад вырвался на свободу!

Я услышал истошный вопль, а затем голос Мэрилин, кричащий:

– СТОЙ! ВОР! – и затем в мою сторону побежал чёрный парень, кажется, пытаясь выбежать из бара с задней стороны.

Я только успел заметить, что в руках у него пара женских сумочек, но тут к продолжающей кричать Мэрилин присоединилась ещё минимум одна женщина. Рассуждать об этом было некогда, но когда он пробегал мимо, я поднял левую руку – и сбил его приёмом, известным в футболе как «бельевая верёвка». Чтобы при этом остаться на ногах (и не сбить никого другого), я применил некоторую силу. Он попал горлом прямо мне в захват, и его шея и голова полностью остановились. Ноги и торс, однако, продолжали двигаться, с удивительным эффектом, когда его ноги вышли из-под него и взмыли вверх, а затем он рухнул на пол, тяжело и ошеломлённо.

Если бы это было концом. К сожалению, я заметил другого парня, сидящего за столом, белого парня; похоже, это была банда воров в стиле «соль и перец». Он заорал на меня и, качаясь, вышел вперёд. Отступив назад, я поймал его руку и закрутил, а затем схватил и с разворота бросил мордой в пол. Тем не менее, я продолжал закручивать руку и вывихнул ему плечо, выведя из боя. Вор Номер Один снова начал вставать, так что я ударил ему в лицо, сломав челюсть, и он тоже выбыл. Затем я пнул Номера Два, ломая ему колено.

– КАРЛ! СЗАДИ! – продолжала кричал Мэрилин, и я обернулся посмотреть, что у неё не так.

И увидел, как ко мне тянется третий парень, но только у него не было никаких сумочек: у него было большой нож! Видимо, в команде было три парня, два чёрных и один белый, и каждый страховал двух других. Нож дважды скользнул мимо меня, я отступил, и вопящие женщины преградили мне путь. Господи Иисусе, что за давка!

Мой нападавший, кажется, знал, что делает, и был весьма агрессивен. Полагаю, он хотел наказать меня за то, что надрал зад его дружкам, а затем попытаться вытащить их оттуда. Его нож продолжал свистеть возле меня, но не настолько хорошо, чтобы нанести урон, хоть пару раз он и прошёл близко. А затем он совершил ошибку – бросился на меня вперёд, надеясь напугать меня этим. Я обхватил его снаружи, ломая локоть и запястье, а затем поднял его вверх и швырнул на пол, летя вслед за ним. Его голова ударилась о барный пол, и я занёс руку для пары ударов, а затем меня кто-то схватил и потащил прочь.

На мгновение я застыл, пытаясь сообразить, сколько же там нападавших, а затем Мэрилин зашла ко мне спереди; на её лице был ужас.

– Карл! Прекрати! Всё в порядке, всё кончилось! Ты их победил!

Её вид подействовал на меня как ведро ледяной воды на голову.

– Ч… Что?

– Всё кончилось, ты победил их, – повторила она.

Парень, что держал меня позади, сказал мне на ухо:

– Всё уж, чувак! П-тише!

Снаружи я смог услышать приближающийся привычный звук европейских полицейских сирен. Я опустился и повернулся к парню позади. Это был огромный чёрный парень, и я узнал в нём одного из барменов.

– Всё закончилось?

Он кивнул и ослабил свой захват.

– Аха, п-тише, чувак. Уж нет, чувак!

В баре теперь был полный хаос. Две девушки спрятались под стойкой, второй грабитель орал на полу, большинство посетителей выбегали через переднюю дверь, и сквозь них, наконец, пробился отряд полиции. Я просто откинулся спиной на стойку, дрожа, когда из меня выветривался адреналин. Мэрилин проползла сквозь толпу и, подойдя ко мне сзади, обняла. Но затем она отскочила и уставилась на свои руки. Те были красными и влажными.

– Карл! Ты истекаешь кровью!

– Что? Нет, вовсе нет. Я не могу, – покачал я головой. – Это чья-то ещё.

– Нет, не чья-то!

Я поглядел на свой левый бок, где были руки Мэрилин. Большая ошибка! Мой левый бицепс и вся левая рука были красными.

– Вот дерьмо! – кажется, третий парень обращался с ножом лучше, чем я думал.

Вытащив свой носовой платок, я повязал его на плечо. Похоже, у меня был длинный порез на руке, может, не слишком глубокий, но достаточно глубокий, чтобы кровь продолжала течь. Я поглядел на свою жену – та была бледной, как призрак. Обернувшись за стойку, я увидел там раковину.

– Милая, я буду в порядке. Ты должна обойти бар и вымыть руки. Твоё платье слишком красивое, чтобы его погубить.

– Карл?

– Иди и помой руки. Я никуда не денусь, – я сжал свою руку, пытаясь поймать давление. Раньше боли не было, но это прошло. Теперь наступил черёд чертовки-сука-жгучей-боги! Чёрт!

Это был примерно конец вечера в баре. Думаю, в тот вечер туда съехались все полицейские машины Элеутеры, минимум полдесятка, а также пара скорых. Большую часть времени я успокаивал Мэрилин. Никто даже не задавал мне никаких вопросов. Здоровенный коп-багамец схватил меня за правую руку, выволок наружу и запихнул на заднее сидение полицейской машины. Мэрилин потребовала права ехать со мной, и её усадили с другой стороны. Затем нас увезли в другую часть города. Справедливости ради, поездка была недолгой.

Мы остановились перед кирпичным зданием, и это всё, что я мог увидеть. Я решил, что это местная тюрьма, но коп, который вытаскивал меня, ничего не говорил. Он просто взял меня за правую руку и вытянул наружу. Здание больше походило на больницу, и там определённо витал медицинский запах. Мэрилин последовала за нами. Женщина в белой униформе указала на комнату дальше по маленькому коридору, туда мы и направились. В центре той комнаты стоял медицинский стол, к которому меня и подвели; забравшись на него, я огляделся.

Мэрилин стояла рядом со мной, держа меня за правую руку, как будто не желала отпускать.

– Давай; садись сюда ко мне, – я подвинулся, насколько мог.

Мэрилин запрыгнула рядом.

– Где это мы? Что происходит?

Я широко и ослепительно улыбнулся, хотя моя рука всё ещё досаждала мне, истекая кровью…

– Ну, либо это местная больница, либо местная тюрьма с отличным медблоком!

– Тюрьма?

– Может, на Багамах общие тюрьмы! Мы могли бы стать сокамерниками!

– Мы сядем в тюрьму? – Мэрилин выглядела испуганной.

Я пожал плечами. Коп, который приволок меня сюда, всё ещё стоял в дверях, предотвращая любую попытку побега.

– На Багамах общие тюрьмы? – спросил я его. Он не ответил, но улыбнулся. Я наклонился и прошептал Мэрилин на ухо: – Если это и тюрьма, то она чертовски лучше той, в которой я был в последний раз!

Глаза Мэрилин расширились. Она стремительно трезвела!

Спустя пару минут вошёл парень в белом халате.

– Я доктор Беллинджер. Давайте осмотрим рану, не так ли? – доктор Беллинджер был чёрным, точно пиковый туз, и говорил с отчётливым британским акцентом, что означало, что он из Англии.

Опять же, на некоторых островах в итоге прекратились попытки разбританить британцев. Он снял платок с моей руки и закатал рукав моей рубашки, отчего кровотечение началось снова.

– Погодите, док. Дайте мне снять рубашку, – я вздрогнул, когда двинул рукой, но снял рубашку и бросил её в угол.

Она всё равно была испорчена.

Беллинджер с минуту тыкал и трогал порез, а затем сказал:

– Ну, вам понадобится пара швов, но угрозы для жизни нет, – он вытащил огромный бинт и замотал мою руку, а затем сказал: – Я вернусь. Нужно пока взглянуть на дело ваших рук. Их нужно отправлять во Фрипорт, вертолёт уже в пути.

Отлично! Это звучало не очень многообещающе, особенно когда он назвал их «делом моих рук». Это не выглядело позитивно. Кажется, на этот раз я и правда облажался! Внезапно я ощутил себя очень уставшим.

Я слез со стола и подошёл к раковине на стене. Смыл кровь с рук, как только мог, а затем вытерся бумажным полотенцем. Не только моя рубашка была разрезана; вся левая часть моих чинос была красной от крови, и тоже они были испорчены. Мне нужно было отдохнуть, но, если только я не желал прилечь на полу, оставался медицинский стол. Поглядев на него, я вытащил снизу раскладную часть и приподнял спинку. Затем снял ботинки и лёг на него. Мэрилин прижалась ко мне, очень нервная. Наш безмолвный страж остался у дверей.

Проснулся я пару часов спустя, когда дверь в кабинет открылась и доктор вернулся. Я растряс Мэрилин, и мы оба сели на столе. По лицу Мэрилин было видно, что она плакала. Я просто обнял её здоровой рукой и сказал:

– Всё будет в порядке. Просто подожди, и увидишь.

Моя левая рука начала саднить. Беллинджер не помог этому, когда сдёрнул наложенный им же раньше бинт. Рана снова начала кровоточить, и он внимательно осмотрел её, а затем принялся открывать шкафы и ящики, готовясь к наложению швов. К счастью, он вытащил иглу для подкожных инъекций, а то я подозревал, что будет больно. В некоторых виденных мной местах это в лучшем случае вариант.

– Не слишком глубокая и достаточно чистая, так что мы просто почистим рану и наложим шесть швов. Как звучит?

– Вполне нормально, док. А затем я смогу уйти? – с надеждой спросил я.

Он фыркнул и с улыбкой глянул на копа. Ну, стоило попытаться.

– А теперь может слегка пощипать, – и следующее, что я осознал – это как он выдавил что-то мне на руку и немного втёр.

Слегка? Пощипать? Мне показалось. Что моя рука оторвана! Кровь снова начала течь, и я заподозрил, что Беллинджер отыгрывается на мне за то, что поднял его среди ночи.

Я выругался себе под нос.

– Док, если это вы зовёте «слегка пощипать», я не хочу быть рядом, когда вы скажете про что-то, что будет по-настоящему больно!