Рокси Торн – Милость богов? (страница 3)

Торговались мы с чешуйчатым богом до хрипоты, до сжатых до боли кулаков и летящей в разные стороны слюны, и всё это под заливистый смех Элины и её едкие комментарии. Вот уж кто получал от ситуации максимум удовольствия, хотя стоит помнить, что и ей придётся за место в первом ряду заплатить.

А когда условия были обговорены и каждая позиция с потом и кровью, но всё-таки была мной отвоёвана, настал черёд приносить друг другу клятвы. Бюрократию, даже для богов никто не в силах отменить. Стоило только проговорить условия соглашения, как нас с Одарном охватил золотистый свет, и на моём запястье появился крошечный золотой дракончик. Ну, миленько, обзавелась местным аналогом татуировки. А вот клятва Элины одарила меня сердечком, красивеньким таким, по соседству с дракошей.

Одарн, обиженный и насупленный, отбыл восвояси, ну или кто его знает, где предпочитает коротать время похотливый предводитель чешуйчатого стада, а вот мы с Элиной остались. Да и куда я денусь, во всяком случае, пока.

– Физическую защиту наложила, метку скрыла, а вот с личиной, не знаю, что и придумать, – помахав надо мной руками и удовлетворительно кивнув собственным мыслям, сказала богиня. – А что, если я тебе дарую магию иллюзий? Не подумай, высшего порядка, и запах, и ауру, всё изменить сможешь, и … – заговорщицки подняла палец и тянула паузу она. – Сможешь стать невидимой.

А вот это шикарный бонус, особенно в дополнении к магии перемещения, которую я выторговала у Одарна, и заметьте, отдельной строкой, в целях осуществления моей безопасности. Всё в целях сохранения целостности тушки Оливки, не иначе, всё во имя благой цели.

– А с чего такая щедрость? – постаравшись не улыбнуться, спросила я.

– А за удовольствие, что ты доставила, доведя этого гада до бешенства, – подмигнула богиня. – Да и так следить за Сэлимом проще будет. Как, не имея достоверной информации, ты сможешь его урезонить?

Логично. Хотя и не слишком-то интересно следить за каким-то ящером. Ну что я там не видела, кроме самого ящера, конечно. Наверняка, обычный спесивый выскочка, золотой мальчик. Море алкоголя и одноразовых девочек? Редкие рабочие моменты? Сомнительные развлечения? Ну, такое себе удовольствие.

Но отказываться от подарка я, естественно, не стала и поблагодарила со всей искренностью, что смогла изобразить.

Элина тоже исчезла, заверив на прощание, что заберёт меня, как только Одарн выполнит свою часть сделки. И я осталась одна, осваиваться с новым телом и местом. То ли, к счастью, то ли нет, но в этой заброшенной крепости, где полагалось жить единственной и неповторимой местного правителя, не было слуг, вообще никого живого. Только метров триста полезного пространства и голые отвесные скалы вокруг.

И я совершила немыслимое по меркам последних лет: я пошла осматриваться, движимая забытым чувством – любопытством.

Одна спальня, причём небольшая, метров пятнадцать, не больше, с узкой кроватью, застеленной шкурой, комодом, шкафом, креслом, маленьким столиком и камином. Нечто смахивающее на гостиную, пара полупустых кладовок, библиотека, огромная запущенная кухня и мыльня. Это самая мыльня повергла меня в шок, уж ванной комнатой это помещение точно не назовёшь: каменные стены, пара досок на полу, лохань размером с бочку, несколько ковшей, жёсткая мочалка и всё.

Да уж, даже моё запущенное в последнее время жилище выглядело солиднее, про комфорт вообще молчу. И это правительницу так содержат, или кем там должна быть Оливка. Сам то ящер, поди, на шёлке спит и жопу свою чешуйчатую на ветру не морозит, чтобы по нужде выйти. О да, сортир был только уличный, домик типа «М-Ж» из страшных воспоминаний о пионерских лагерях, дощатый такой домик, с щелями в руку, и это на высоте километров трёх-четырёх.

Если бы Оливка сама не суициднулась, то от цистита бы сдохла или от воспаления лёгких, с такими-то условиями. Я в очередной раз возмутилась и только подивилась, насколько чистые и незамутнённые презрение и ярость меня посетили. Может, не так меня Кирилл Алексеевич лечил, не таблетками надо было, а во вселенскую несправедливость мордой потыкать? Какая тут депрессия, когда, извините, срать – холодно. Недаром много раз слышала в свой адрес, что с жиру бешусь. Может, так и было, одна терапия в месяц обходилась в сумму большую, чем зарабатывают те же учителя. А может, такая позиция – обычная зависть, всё-таки не принято у нас душевные болезни воспринимать за реальную угрозу. Вот инфаркт или язва – это да, это настоящие болезни, по мнению многих, а у меня что? Жить не хочу? Так это всё от избалованности. Я, конечно, такой позиции не разделяла, да и, если честно, не особо и задумывалась, тратя последние силы на попытки уговорить себя, что всё обязательно наладится. Когда-нибудь, так точно.

Ну ладно, со мной всё понятно, и свет в конце тоннеля действительно появился, вопрос только надолго ли этой встряски хватит, и действительно ли я кони двинула? Вот что могло произойти? Последнее, что помню – оперативку на стройке: крики, скрежет и грохот, плита на голову упала? Так, я вроде под стрелой и не ходила никогда, подавая пример необходимости соблюдения техники безопасности. Скорее уж кран рухнул, его как раз демонтировали. Нехорошо это, там же народу была тьма-тьмущая, объект под сдачу, инспектора всякие, как к себе домой ходят; бригады, срочно выведенные для переделок. И даже хвалёная каска от кучи тонн металла, падающего с пятидесяти метровой высоты, не спасёт. Вот на мне точно была каска, качественная, с кучей сертификатов, но я где? Правильно, в другом мире, а каска осталась в старом, украшать потерявшую целостность черепушку.

Размышляя о реальности или нереальности возможного ЧП на стройке, так и ходила по крепости. И всё большую жалость испытывала к Оливке. Здесь вообще ничего полезного: сундук с разным рукоделием и кладовка со съестными припасами, вот и весь доступный досуг. Судя по книжке на столике в спальне, девушка или пошла на очередной виток чтения одних и тех же книг, или ничего умнее осилить не могла. Её хоть как-то обучали? Вот даже не удивлюсь, если кроме выживания сосуда, как такого, никого ментальная целостность девушки в принципе не интересовала, и её не обучали ничему. Но кто-то ведь жил с ней, пока она была совсем малышкой? Настолько под драконов стелются, что ребёнка обрекли на существование не только одинокой, но и глупой? Будь ты хоть трижды в потенциале гением, но имея в своём распоряжении пустую крепость, отвесные скалы и книжки на уровне дошколят, увы и ах, но останешься глупышкой.

Элина бросила меня на долгих два дня. К концу первого, я уже начала впадать в привычное для меня состояние апатии, и даже разглядывание своего нового тела не особо помогало. Ну, красива, молода. Но, я в своём родном теле была ничего, пусть и не такого типажа. Если исконная Ольга Владимировна Тиунова была крупноватой блондинкой, этакая скандинавская красавица, не зря меня за глаза, да не только за глаза, звали валькирией, то Оливка, оказалась восточной принцессой. Лет двадцати трёх, с гривой иссиня чёрных волос, огромными карими глазами и смуглой кожей. Да и фигурой это тело отличились от меня родимой более плавными изгибами, отсутствием мышечной массы, а в остальном, ну фигура и фигура.

Таблеточки отпускать меня не спешили, и я потихоньку начала верить, что действительно застряла в этом теле и в этом мире, но и этот факт не особо задевал. Ольгой я прожила достаточно, да у меня даже завещание было оформлено. Когда сотнями раз в день перебираешь в голове варианты сведения с жизнью, и даже блокнотик имеется, с плюсами и минусами каждого вида смерти, глупо не позаботится о таких мелочах, как документы. Так что, умерла и умерла, особо грустить по мне никто не будет.

Некому по мне грустить. Племянник, учащийся в другой стране и даже не знающий, что пережить смерть мужа я не смогла, вот и все родственники, а друзей давно не осталось. Нет, начальство, наверняка посокрушается, мало того, что два объекта до конца не сданы, так ещё теперь и с ЧП разбираться, а это и проверки и следствие, мало приятного. Но, посокрушаются, выделят толстую пачку денег на подкуп и всё уладят, а потом благополучно забудут. Может ещё Кирилл Алексеевич, вспомнит тихим добрым словом и пересчитает отданные ему суммы, но на этом точно всё.

А я застряла тут, с неприятным наследством в виде долбоящера. Дракон же рептилия? Забавно получится, если драконами окажутся пушистые милахи, но в таком случае местный язык подсунул бы, наверное, какое-то другое определение из привычной мне мифологии. Да и боги не поправляли, когда я Правителя окрестила чешуйчатым, так что примем, за аксиому, что в наследство мне досталась жестокая рептилия, возможно где-то охраняющая свою гору золота, пока его истинная отмораживает жопу.

Даже перебор всех лишений и тягостей жизни Оливки уже не помогал воспрять духом и пробудить подзабытые эмоции. Немного удивляло, как девушка терпела столько лет? Ради чего? И что, собственно, побудило пойти на крайний шаг? Кто-то помог прозреть или чешуйчатый в конец обнаглел? Ответов у меня не было и я вяло строила теории.

Так и лежала до следующего вечера, просто смотря в стрельчатое окно, и провожала взглядом редкие облака. А может и не так плохо просто уснуть навсегда, лежать и вечно смотреть в окно. Когда ещё тело Оливки обнаружат, минимум через год, когда за своей порцией прилетит дракон, а может он и не заметит, что тело уже не совсем живо? Сначала оприходует безучастный труп, а потом удивится, не получив подпитки? При такой температуре и влажности из меня должна получится отменная мумия. Вот бы увидеть лицо ящера, когда его накроет осознанием.