Родион Вишняков – Огонь памяти (страница 41)

– Постараюсь, – маг снисходительно улыбнулся. – Садитесь ко мне поближе. Думаю, мы решим эту проблему. – Он выставил перед Эрмиттой открытую ладонь. Но обрадованная девушка заметила, как спустя всего несколько мгновений самодовольное выражение лица молодого мага сменилось озадаченным.

Он положил ладонь на грудь девушки, закрыл глаза и тут же раздраженно отдернул руку, повернулся к сидящему на передке мужику:

– Пен! Бездна тебя забери! Останови лошадь! Ты что, не видишь, что я делаю?

Повозка остановилась. Каланторец, хмурясь, вновь повернулся к Эрмитте.

«Конечно, он тебя не видит. Человек делом занят и смотрит на дорогу, поскольку сие куда важнее, чем наблюдать за тобой, драгоценность самоназванная».

Руд продолжал исподлобья смотреть на замершую на груди руку, на сосредоточенное лицо молодого мага и на замершую в страхе девчонку. Вот рука каланторца поползла вверх, к шее. Вновь замерла. Вторая рука метнулась в широкую поясную сумку, нащупала там что-то и, сжав в кулаке, выскользнула обратно, на свободу.

«Отточенные движения. Не один десяток десятков раз подобное творил. А стало быть, и дело свое хорошо разумеет. Отсюда, видимо, и гордыня начало берет. Понимает свою силу и ум сполна».

– Удивительно, – маг, отняв руку от шеи Эрмитты, открыл глаза и посмотрел на ничего не понимающую девушку. – Я бы даже сказал, потрясающе, – вторая рука весело подбросила на раскрытой ладони небольшой белый самарант. – Мы с вами, моя дорогая, даже не успели познакомиться. Как вас зовут?

– Эрмитта. А моего спу…

– А меня Тураллан. Моя дорогая Эрмитта, вам несказанно повезло! Не в том, что вас ранили, а в том, что вы решили идти в Калантор, и особенно в том, что встретили по дороге меня. Случай у вас весьма интересный. Можете мне поверить, за несколько лет службы в Свободных землях я успел повидать немало.

– Что со мной?

– Объяснение потребует продолжительного времени. Будет лучше для всех нас, если мы проведем наш разговор в дороге. Вы согласны ехать со мной в Калантор?

– Да!

– Тогда прощайтесь со своим телохранителем. В его услугах вы более не нуждаетесь.

– Он не телохранитель, – Эрмитта удивленно смотрела на Тураллана. – Мы с ним идем вместе, так как ему тоже необходимо попасть в Калантор.

– Прекрасно. Не имею против этого ровным счетом ничего. Прощайтесь.

Эрмитта встала:

– Тогда и я продолжу свой путь далее вместе с ним, пешком.

– Мне не хотелось говорить об этом вот так, – маг смотрел на девушку, улыбаясь, – но сами вы до Калантора вряд ли дойдете. Вы умираете. У вас просто не хватит времени.

– Я знаю.

– Знаете? И отказываетесь от моей помощи?

– От помощи – нет. Но я против того, чтобы Руд оставался один. Мы начали этот путь вместе и вместе его закончим. А если я умру, то в надежных руках, которые меня не оставят.

– Как вам будет угодно.

– И тепель это волшебное кольцо у нас в делевне. Плавда, я его никогда не видела и не знаю, где оно лежит. Я бы тебе обязательно его показала, – девчонка вздыхает. Чуть более наигранно, чем того требует ситуация.

«Надо будет попытаться», – мелькает у него в голове мысль. Пока он здесь и ему тут доверяют…

– Вот бы его увидеть! Хоть одним глазком, – тем временем продолжает Ликси. – Но дедушка Пелиндок говолит, что мне пока нельзя.

«Да. Надо попробовать».

Дорх внимательно смотрит на Ликси.

– Оно бы тебе понлавилось.

– Ликси, думаю, если дедушка Периндок говорит, что тебе ещё нельзя смотреть на это кольцо, то он совершенно прав.

– Почему? – Уголки губ, ресницы, выражение глаз – все говорит об истинном разочаровании: ее близкий друг сейчас отказывает ей в поддержке.

– Потому, что чем меньше людей… и вообще всех будут о нем знать, тем лучше. А то вдруг кто-нибудь захочет украсть его у вас?

– Но ты же не укладешь его, – девчонка заливисто смеется. Сама мысль об этом кажется ей если не смешной, то уж точно забавной.

Перед глазами Дорха проносится вчерашний день: он стаскивает развеселившуюся Ликси со своих плеч и, держа ее за ноги, вытягивает на руках. Она продолжает смеяться как ни в чем не бывало.

– Тебе совсем не страшно?

– Нет! Я же знаю, что ты меня никогда не обидишь!..

Мысли возвращаются к реальности. Дорх смотрит на сидящую рядом Ликси:

– Я не украду.

Глава шестнадцатая

В течение следующих дней

– Так что же в итоге у меня за проблема?

– Как я и говорил, моя дорогая Эрмитта, все обстоит намного сложнее, чем мне показалось на первый взгляд. Именно поэтому я и настаивал на том, чтобы ты ехала со мной в Калантор. В пути я бы мог контролировать проистечение твоей болезни.

Вообще, наше неожиданное знакомство по пути в столицу Свободных земель несет для нас двоих огромную пользу. Сейчас объясню, – Тураллан выставил ладонь перед сидящей напротив девушкой. – Но сперва мне придется отойти немного в сторону от основных пояснений. Дело в том, что в самом Каланторе после окончания войны набирают популярность новые идеи о методах и тактиках лечения различных недугов.

В течение всего времени изучения и применения целительной ветви магии, тело больного рассматривалось как своего рода неделимая или, вернее будет сказать, неприкосновенная оболочка. И весь опыт целительства заключался только лишь в умении оперировать ощущаемыми магическими потоками и следами, которые можно уловить, осматривая тело и понимая его внутреннее состояние. Сие, хоть и было доступно многим, все же являло собой определенную преграду для значительного количества магов. Попытаюсь объяснить более наглядно.

Тут все напрямую зависит от знания о строении человеческого тела. До недавнего времени оно базировалось на тех догмах, что были оставлены нам в Кузнице. Но, Бездна меня разнеси, они весьма скудны.

– Почему мудрейший оставил нам столь малочисленные сведения о нас самих?

– Существует две версии, – маг посмотрел в глаза Эрмитте, оторвав непреднамеренно сместившийся за время разговора взгляд от выреза ее рубашки. – Первая гласит, что мудрейшим Богом заложено подробнейшее описание строения человеческого тела. Оно состоит из фрагментов, складывающихся в полноценную картину лишь после понимания всего объема знаний, на всех этажах Кузницы. Отсюда же можно сделать вывод, что сия задумка раскрывает очередной из секретов строения тела, только в совокупности с определенными знаниями в других областях, ибо они имеют между собой наитеснейшую связь. Вторая версия представляет собой предположение, что Бог не оставил значительного описания нашего внутреннего устройства, для того чтобы мы, маги, являли наивысшее усердие в стремлении познать скрытое от нас.

– Попытка найти истину открывает дополнительные знания?

– Моя дорогая Эрмитта, ты права. Но я немного отвлекся от основной темы. Хотя нет, все по делу. Ведь именно для подтверждения любого из двух предположений и была создана самостоятельная ветвь школы целителей, к которой относится и ваш новый знакомый, – маг коротко поклонился. – Сторонники именуют нас «практиками», завистники нарекли «потрошителями», и все из-за того, что в стремлении улучшить магию целительной ветви мы, по их мнению, применяем сомнительные методы. Но посуди сама: чем подробнее и точнее я буду знать о внутреннем строении человеческого тела, тем быстрее и легче смогу излечить какой-либо недуг. С этим глупо спорить, ты согласна?

– Да, – кивнула Эрмитта.

– Отсюда следует вывод: если Бог по каким-либо причинам не оставил нам полнейшее описание строения тела, стало быть, мы должны изучить его сами. Это полностью следует второй, озвученной ранее версии.

Как ранее проходило исцеление любого из заболеваний у тех, кто обращался к нам за помощью? Владеющий способностью к целительству при осмотре тела исследовал все через доступную взгляду поверхность и исходящие от тела потоки магии. Да-да, все живые существа наделены тончайшими, невидимыми глазу потоками магии. И для целителя они являются осязаемыми и более прочными.

Хорошо, если причина недуга находится на видном месте. Скажем, выглядывающая наружу вследствие перелома кость или нанесенная оружием рана. Здесь все понятно и просто. Можно незамедлительно приступать к лечению. Но что прикажете делать, ежели на поверхности только следствие, а истинная причина болезни сидит внутри и ты, в силу общего незнания, не можешь распознать настоящую беду? Не резать же человека живьем ради последующего исцеления, верно?

– Верно.

– А вот и нет!

– Это как?! – пораженная услышанным девушка уставилась на сидящего напротив мага.

– Сейчас объясню, – по всему было видно, что Тураллан доволен произведенным эффектом. – Дорогая Эрмитта, твое прекрасное тело столь же идеально внутри, сколь и снаружи. Оно намного сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Каждый из твоих органов и слоев, окружающих расположенное слева энергетическое ядро, исторгает во внешний мир свою собственную магическую струю. Именно она отчетливо изменяется при болезни, и именно так мы знаем, что и как следует исцелять. Основная проблема заключается в том, что если затронутый недугом орган лежит под слоем мышц, которые также имеют какое-то повреждение, то какая из струек магии является приоритетной? Больного сердца? Или твоей грудной мышцы? За какой из потоков следует ухватиться незамедлительно? Ведь порой успех и неудачу разделяют мгновения. Мгновения жизни. Можешь мне поверить, я знаю, о чем говорю, – взгляд Тураллана на какой-то момент делается холодным и злым. – Или же другой пример. Магическая нить больного сердца скрывается иной нитью, исторгаемой неведомой тебе структурой тела. Стоит ли обращать на нее внимание? Как будет отвечать это неведомое нечто на твою работу с исцелением сердечной мышцы? Вопросы. Вопросы, накопленные за десятки десятков лет. Вопросы, требующие ответа.