Робозеров Филипп – Легенда о мече Арогана: Идолы (страница 9)

Парень отвернулся от отца, стёр кровь с подбородка и зажал кровоточащие ноздри.

– Если будет выбор… выполнить задачу и стать похожим на это вот водное существо, то я лучше воздержусь. Какова бы ни была цель и кто бы ни отдал мне приказ, я в первую очередь сделаю то, что считаю правильным. Но никогда не пойду против своего желания.

Лугр тряхнул рукой, сжал кулак и со всего размаху ударил парня по спине. Тот упал на землю, треснувшись плечом о камень, и тихо застонал.

– Пафосные заявления от малявки. Мне стыдно, что у меня такой сын. Я даже имени твоего не желаю слышать и знать, – сквозь зубы пробубнил лорд.

Парень встал и, не оборачиваясь, похромал в сторону кустарника, за которым начиналась гора, на чьей вершине стоял замок из тёмно-красного кирпича.

– Меня зовут Рогнар, и мне нравится это имя… – неуверенно шептал парень себе под нос, ощущая, как капельки крови падают с подбородка в траву.

V

Валлес перегнулся через перила башни, пытаясь разглядеть хоть что-то в бесконечном потоке коричневого песка. Небо озарила вспышка молнии, которая мелькнула совсем рядом с землёй. Стали слышны странные завывания ветра, будто воздух тревожили огромные крылья. Очередная молния рассекла небо, заморосил лёгкий дождь, вода подхватила с собой песок, покрывая стены слоем грязи.

Не смыкая глаз, Валлес смотрел на север, ожидая сигнала, и вскоре увидел: красная вспышка едва не утонула в темноте бури. Это был знак для другой башни, той, где сейчас должен был находиться Рогнар. Но ничего не произошло.

Намокший песок погнало ветром в сторону, превращая в грязевые комья, неприятно бьющие в лицо. Валлес увидел новую молнию, огромную, через полнеба; даже стена песчаной бури не в силах была скрыть её ветвистые узоры. Но тут же массивная тень перекрыла небосвод – угадывались только очертания драконьей туши, и они напугали охотника. Руки задрожали, кровь застучала в висках. Горгол мог раздавить собой весь город, если бы пожелал. Настолько огромен был каменный бог.

Валлес не дождался, пока в небе сверкнёт зелёный сигнальный свет, дающий знать, что Горгол приблизился к его башне. Он уже понял, что Рогнар не исполнит задачу. Охотник ударил по крепежу в тот миг, когда тень стала видна вновь. Тогда услышал вой, чудовищный и неповторимый.

Округу огласил рёв такой ярости, что могли лопнуть барабанные перепонки. Что-то огромное взвилось в небеса, бурю на миг смело в сторону чудовищными крыльями, обнажая кристальную тушу каменного бога. Потом раздались свист и грохот. Рядом падали дома, рушилась стена, камни отбросило с такой силой, что рядом с Рогнаром пролетел кусок крыши. Срезая верхушки ближайших жилищ, он пронёсся по улицам и врезался в стену храма-полумесяца. Длинные балконы начали осыпаться, круша всё под собой.

Ловчий пригнулся, когда тень очередного валуна пронеслась у него над головой, а потом застыл в изумлении: прямо перед ним, точно в медленном сне, на землю упал кристаллический обломок. Прозрачно-синий овальный камень звякнул о каменную кладку улицы и раскололся на мириады осколков, возвещая о крушении второго сердца. Валлес выстрелил вслепую, но попал в цель с первой попытки. Горгол попытался покинуть Бах-Хаш, но не сумел и обрушился на городскую стену, покорёжив огромные ворота. Дракон собрался с силами и, пока буря не развеялась, взмыл в воздух, разметая обломки камня по округе. Застучали барабаны. Сквозь свист ветра послышались призывы жрецов, топот ног наполнил городские улицы.

Gorgo-o-o-o-o-ol! Бум-бум. Gorgol! Бум! Gorgol! Бум-бум. Gorgol. Бум!

Песчаная буря обратилась штормом внутри Бах-Хаша. Сотни эхменов покинули стены храма-полумесяца и устремились туда, откуда каменного бога поразила стрела аркбаллисты.

Ветер рвал навесы лавок. Здания осыпались после удара огромных камней. Вурвы неслись навстречу Рогнару. И ловчий прекрасно понимал, что бежать уже некуда. Со всех переулков как саранча нахлынули эхмены. Полетели копья, кхукри рассекали воздух. Но резко что-то переменилось. Стало темнее, над городом нависла чудовищная махина, бурю в очередной раз смело. Свист смешался с хрипом, и тут ловчий рванул в ближайший дом.

Gorgo-o-o-o-o-ol! Бум-бум. Gorgol! Бум! Gorgol! Бум-бум.

Улицы залило зелёным пламенем, что взвивалось в небо жёлтыми всполохами. Как в кошмарном сне, Рогнар вбежал в ближайший дом, нырнул за стену, и дверь за ним снесло огнём. Глиняные сосуды лопались, полки сгорали, вода вскипала и испарялась. Песок обращался в стекло. Не было криков, не было иных звуков – только треск камня и боль. Волосы на голове начали гореть, и тут пламя внезапно схлынуло.

Рогнар закричал от боли, сознание поплыло, но он удержался и, шатаясь, вышел на улицу, где обнаружил десятки обугленных тел эхменов Деку. Сама земля пылала, стала скользкой из-за спёкшегося песка. А громада Великого дракона набирала воздух перед повторным выдохом пламени. Небо раскололось, окрасившись мириадами цветов. И тут полетела стрела (вторая по счёту), направленная в оставшееся сердце Горгола.

Gorgo-o-o-o-o-ol! Бум-бум. Gorgol! Бум!

Укрываясь от снаряда, Спящий под звёздами сомкнул крылья в кокон, пламя рассеялось и обрушилось на землю крупным огненным дождём. Рогнар нырнул обратно в дом, но левую руку обдало пламенем настолько, что тёмное серебро раскалилось докрасна. На сей раз сил бороться не осталось. Оказавшись внутри дома, ловчий пошатнулся и упал на пол, теряя сознание от боли.

Gorgo-o-o-o-o-ol! Бум-бум.

Последний раз прозвучали крики жрецов и ударили барабаны, а вслед за этим наступила мёртвая тишина.

Глава 3. Подполье

I

Рослый длинноволосый варвар больше походил на мифическое существо, чем на человека. Густые бурые волосы вились у него на груди и животе. Мускулистую спину покрывали старые шрамы, которые напоминали о множестве сражений как с представителями собственного племени, так и с многочисленными врагами народа южных вурвов. Глаза его были абсолютно серыми, дающими понять, что лишился зрения он очень давно. Повелитель ветра, песка и мира сейчас был разъярён. После шума в городе и чудовищного падения каменного бога с потолка храма-полумесяца посыпались камни. Горгол скрылся за огромными стенами в святилище-арене, представлявшего собой преграду на пути к ущелью, ведущему к Грязевому морю. Его дыхание было слышно в каждом, даже самом потаённом уголке храма. Но события на улицах Бах-Хаша лишили Деку двух третей верных бойцов. Они пали от гнева каменного бога, преданные сокрушительному пламени.

– Hjernene er ikke klare enna [Мозги не прожарены], – буркнул Деку, сплёвывая серую массу на шершавый пол. – Jeg er blind, jeg har ikke mistet smaken [Я ослеп, а не лишился вкуса].

– La oss fikse alt [Сейчас всё исправим], – чернокожий воин поклонился и вышел через арочную дверь.

Довольно быстро в зал внесли плошку, полную серого желе, похожего на холодец. Деку погрузил в эту массу ладонь, понюхал пальцы и резким жестом стряхнул на пол.

– Jeg skal vise deg hvordan du forbereder hjernen din pa riktig mate [Я покажу, как правильно готовить мозг], – вождь варваров встал, сбросил плед и громко чихнул, после чего утёр лицо тыльной стороной ладони.

Выйдя в полукруглый коридор, вождь направился на кухню, и вскоре его лицо обдало приятным жаром. Воздух здесь был сухим, пахло пряностями: острым перцем, лавром, кардамоном, куркумой и корицей.

Оголённый по пояс повар опасливо отступил, пуская вожака к столу. Деку пригнулся, чтобы не удариться головой о висящие под потолком молотки, открыл высокую клетку, стоящую в углу стола, и поймал обезьяну за лапы.

Деку ударил примата о стол, прижал левой рукой, а правой взял широкий нож и быстрым движением отсёк обезьяне голову. Остриём вскрыл череп, пальцами вынул мозг и принялся мять его руками.

– Hjernen ma klemmes som en kvinnes bryster [Мозг надо мять как женскую грудь], – Деку сжал мозг примата так, что на стол закапала кровь вместе с серой слизью. – Kok deretter i femten minutter [Потом отваривать четверть часа], – одной рукой выдавив остатки слизи и крови, вурв сбросил мозг в кипящую воду и добавил кориандра, паприки и соли.

Деку достал гвоздику, сжал в кулаке и принюхался, наслаждаясь ароматом. Умиротворение вождя вурвов длилось недолго. Вскоре тонкий слух уловил раздавшийся из храма резкий щелчок, а потом донёсся шелест огромных крыльев.

В голову Деку вторглись странные шепчущие голоса.

– Ja, Gorgol… [Да, Спящий под звёздами…] – вождь быстрым шагом покинул кухню и направился на балкон, выходящий в святилище храма.

Перед ним раскинулась огромная долина, окаймлённая стенами храма-полумесяца. Величественная фигура бога, покрытого драгоценными камнями, смотрела на вождя холодными змеиными глазами. Песчаная буря уже прекратилась, возвращая округу палящему солнцу, но триумф небесного светила был недолог. Каменное божество зашевелилось, начало меняться и в один миг расправило крылья, накрывая тенью весь Бах-Хаш.

– Ja, Gorgol [Да, Спящий под звёздами], – повторил Деку. – Jakt! [Охота!] – закричал вождь.

В считаные мгновения улицы Бах-Хаша заполнились практически всеми оставшимися в живых эхменами.

II

Сова нёсся меж разрушенных домов. Нападение каменного бога изменило облик Бах-Хаша: дома обвалились, обломки стен перегораживали узкие улочки, следы пламени навсегда въелись в спёкшуюся землю. Где-то здесь должен был находиться Рогнар. Наёмник и мысли допустить не мог, что королевский ловчий погиб во время огненной вакханалии.