Робин Слоун – Круглосуточный книжный мистера Пенумбры (страница 22)
На стене позади стола висит карта мира, огромная и очень старая. На ней нет ни Кении, ни Зимбабве, ни Индии. Аляска — незанятое пространство. В карте поблескивают воткнутые булавки. Ими помечены Лондон, Париж и Берлин. Помечены Санкт-Петербург, Каир и Тегеран. И еще какие-то города — и все это, должно быть, книжные магазины, небольшие библиотеки.
Пока Оливер ворошит стопки бумаг, я включаю компьютер. Рубильник переключается с громким щелчком, и машина с рокотом оживает. Звук будто от взлетающего самолета: сначала громкий рев, потом визг, потом стаккато — «пик-пик». Подскакивает Оливер.
— Ты что делаешь? — шепчет он.
— Ищу данные, как и ты.
Не знаю, почему он шепчет.
— Но что если там какая-нибудь дрянь? — спрашивает он по-прежнему шепотом. — Вроде порнухи.
Компьютер выдает приглашение командной строки. Нормально: с этим я смогу разобраться. Работая над сайтами, надо общаться с удаленными серверами, а способы этого общения, по сути дела, не сильно изменились с 1987 года, так что я возвращаюсь мысленно в «НовоБублик» и вбиваю несколько пробных команд.
— Оливер, — говорю я рассеянно, — ты когда-нибудь занимался цифровой археологией?
— Нет, — отвечает он, складываясь пополам над тумбой с выдвижными ящиками. — Все, что позже двенадцатого века, меня не волнует.
Крохотный винчестер компьютера набит текстовыми файлами с непостижимыми названиями. Я заглядываю в один и вижу мешанину символов. В общем, либо это первичные данные, либо шифр, либо… точно. Это одна из книг Дальнеполочного фонда, из тех, которые Лапен назвала codex vitae. Выходит, Пенумбра загонял их в компьютер.
Обнаруживается программа под названием «Эйлер-Метод». Я пишу ее в командную строку, задерживаю дыхание, нажимаю «Ввод»… Компьютер возмущенно пикает. Ярко-зеленой строчкой он сообщает мне, что в коде есть ошибки, множество ошибок. Программа не заработает. Может, никогда и не работала.
— Погляди-ка, — зовет Оливер с другого конца комнаты.
Он, склонившись, разглядывает толстую книгу на крышке шкафчика каталога. Обложка кожаная, с тиснением, как у журналов, и вытеснено на ней PECUNIA. Может это тайный журнал для всех по-настоящему значимых деталей этой книжной истории. Но нет: Оливер распахивает книгу, и ее назначение становится ясно. Это гроссбух, каждая страница разделена на две колонки и разлинована на несколько десятков узких строчек, каждая из которых заполнена голенастым почерком Пенумбры:
Оливер бегло пролистывает гроссбух Пенумбры. Записи ведутся помесячно и охватывают десятки лет. Значит, это и есть наш покровитель: компания Festina Lente, должно быть, как-то связана с Корвиной.
Оливер Гроун опытный археолог. Пока я играл в хакера, он обнаружил немало полезного. Я следую его примеру и шаг за шагом обхожу комнату, выискивая зацепки.
Вот еще один низкий шкафчик. На нем сложены словарь, и еще один, и покоробившийся «Паблишерз уикли»[13] за 1993 год, и меню бирманского ресторана на вынос. Внутри: бумага, карандаши, резинки для денег, степлер.
Вешалка, на ней только тоненький серый шарф. Я видел, Пенумбра его носит.
На дальней стене, у лестницы, ведущей вниз, фотографии в рамках. На одной запечатлен магазин, но, по-видимому, несколько десятилетий тому назад: снимок черно-белый, и улица выглядит непривычно.
По соседству вместо «Попок» — ресторан под названием «Аригони», со свечами и клетчатыми скатерками. На другой фотографии, уже цветной кодахромовской, красивая женщина средних лет, светленькая с короткой стрижкой, обнимает секвойю, задрав одну ногу назад, и радостно глядит в объектив.
На последней карточке трое мужчин позируют на фоне моста Золотые Ворота. Один в годах, академического вида: нос крючком и лукавая, торжествующая усмешка. Двое других намного моложе. Один с широкой грудью и мощными руками, точно культурист старой школы. У него черные усы и большие залысины, он показывает в объектив большой палец. Другой рукой он обнимает за плечи третьего, высокого и тощего, с… Постойте-ка. Этот третий — Пенумбра. Да, это Пенумбра, много лет назад, с ореолом русых волос и с щеками. Он улыбается. Совсем молоденький.
Я расцепляю раму и вынимаю снимок. На обороте рукой Пенумбры написано:
Ну, дела. В годах, видно, Аль-Асмари, значит, усатый — это Корвина, нынешний босс Пенумбры, генеральный директор «Всемирной сети странных книжных», которая, должно быть, и есть Festina Lente. И, не иначе, сам Корвина и вызвал Пенумбру в библиотеку для наказания, или увольнения, или сожжения, или еще чего похуже. Но фотографии он плотный и крепкий, но ведь теперь он такой же старик, как Пенумбра. Поди, стал злобным кощеем.
— Гляди-ка! — вновь окликает меня Оливер с того конца комнаты. Определенно, он лучше меня справляется с работой сыщика. Сперва гроссубух, а теперь вот это: у него в руке свежая распечатка железнодорожного расписания. Оливер расправляет ее на столе, и вот он, обведенный четырьмя уверенными штрихами — пункт назначения нашего работодателя.
Пенн-стейшн.
Пенумбра отправился в Нью-Йорк.
Империи
Ситуация, как я понимаю, примерно такова.
Магазин закрыт. Пенумбра уехал, будучи вызван своим боссом Корвиной в секретную библиотеку, которая на самом деле — главный штаб секты библиофилов, известной под названием братство Неразрывного Каптала. Там что-то собираются сжечь. Библиотека находится в Нью-Йорке, но где именно, неизвестно — пока.
Оливер Гроун будет забираться в магазин через пожарную лестницу и хотя бы на несколько часов в день отпирать его, чтобы обслуживать Тиндэлла и остальных. Может быть, по ходу дела Оливеру удастся побольше разузнать про Каптал.
Теперь я: у меня своя миссия. Дата прибытия поезда Пенумбры в пункт назначения — естественно, он предпочел поезд — еще через два дня. Сейчас он трюхает через всю страну, и если я буду действовать быстро, то смогу его опередить. Да: я успею его перехватить и спасти. Я могу все исправить и вернуть себе работу. И выяснить, что, в конце концов, тут творится.
Я рассказываю обо всем Кэт, как привык поступать в последнее время. Это как будто скармливать компьютеру какую-то сложную математическую задачу. Просто закидываешь все данные, жмешь «Ввод» и:
— Ничего не выйдет, — говорит она. — Пенумбра — старик. Я так понимаю, что все это уже давно стало частью его жизни. Ну, в смысле, это и есть, по сути, его жизнь, так?
— Так, ну и…
— Ну и мне кажется, ты не уговоришь его просто… бросить. К примеру, я работаю в Гугле сколько, три года? Совсем не полжизни. Но даже сейчас ты попробуй подойти ко мне на станции и попроси отказаться от этого. Эта компания — самое важное в моей жизни. Да я на тебя и не взгляну.
Она права, и я в растерянности, во-первых, потому что нужно придумывать новый план, и во-вторых, потому что хоть я и понимаю правоту ее слов, никакого смысла в них не нахожу. Я никогда не чувствовал ничего подобного ни к какой работе (или секте). Вы можете подойти ко мне на станции и отговорить от чего угодно.
— Но тебе определенно надо ехать в Нью-Йорк, — говорит Кэт.
— Ладно, ты меня запутала.
— Все это слишком интересно, чтобы взять и бросить. А потом что? Найти другую работу и провести вечность, гадая, что случилось с твоим прежним боссом?
— Ну, конечно, это план Б…
— Твое первое побуждение было верным. Тебе просто нужно подойти к вопросу…
Она смолкла и поджала губы.
— …стратегически. И обязательно взять с собой меня.
Кэт усмехается. Естественно. Как я могу отказать?
— У Гугла большое отделение в Нью-Йорке, — продолжает Кэт. — Я там никогда не бывала, так что просто скажу, что хочу съездить познакомиться с той командой. Мой руководитель не будет против. А что насчет тебя?
Насчет меня? У меня есть миссия и есть союзник. Осталось найти только покровителя.
Позвольте дать вам один совет: завязывайте дружбу с миллионером, когда он шестиклассник-одиночка. У Нила Ша куча друзей: инвесторы, работники, такие же предприниматели — но на каком-то уровне они понимают, и он понимает, что все они друзья Нила Ша — президента компании. Между тем я есть и буду другом Нила Ша — владыки подземелий.
Нил и станет моим покровителем.
Квартира Нила исполняет роль главного офиса его фирмы. В молодые денечки Сан-Франциско это была просторная кирпичная пожарка: сегодня это просторный кирпичный техно-лофт с навороченными колонками и скоростным интернетом. Фирма расположилась на первом этаже, где пожарные девятнадцатого столетия ели позапрошловековое чили и травили позапрошловековые анекдоты. Нынче их заменила ватага худеньких ребят, которые представляют собой полную противоположность прежним обитателям: вместо грубых черных ботинок носят неоновые кеды, а руку жмут не стискивая со всей силы, а едва-едва касаясь. У большинства иностранный акцент — может, это как раз не изменилось?
Нил отыскивает талантливых программеров, привозит в Сан-Франциско и помогает натурализоваться. Это и есть Ниловы ребята, и крутейший из них — Игорь, ему девятнадцать, и он из Беларуси. Послушать Нила, так Игорь самоучкой освоил матричную алгебру, записывая формулы на совковой лопате, в шестнадцать стал главным хакером Минска, и так и шел бы дальше опасной стезей цифрового флибустьерства, если бы демо-видео на Ютубе с его 3D-поделкой не попалось Нилу на глаза. Нил сделал Игорю визу, купил билет на самолет и к приезду организовал ему рабочий стол в пожарке. Рядом со столом Игоря ждал спальный мешок.