Робин Слоун – Круглосуточный книжный мистера Пенумбры (страница 16)
— Это все кусочки Большого Ящика, — поясняет Кэт, указывая на них.
К дальнему концу стоянки подъезжает, тарахтя и шипя, грузовичок. Кузов ярко выкрашен в красный, зеленый и синий, на буксире грузовик тащит один из белых контейнеров.
— Это как Лего, — продолжает Кэт, — только в каждом кирпичике жесткий диск, с огромной памятью, процессоры и все, что надо, плюс подведены вода, электричество и интернет. Мы собираем их во Вьетнаме и развозим повсюду. Они все автоматически коннектятся друг к другу, где бы ни находились. Вместе они образуют Большой ящик.
— Который что?..
— Который все, — отвечает она. — Все процессы в Гугле происходят там.
Загорелой рукой Кэт указывает на контейнер с высокими зелеными буквами WWW, нарисованными на его боку.
— Вот там копия всего веба.
— Все видео на Ютубе.
— Вся твоя почта. Вся почта вообще.
Пенумбрины стеллажи больше не кажутся мне такими уж высокими.
Через центр технопарка вьются широкие пешеходные дорожки. Там есть полоса для велосипедистов, и гугловцы проносятся мимо на углепластиковых гоночниках и фиксерах с аккумуляторами. Пара аксакалов едут на рекамбентах, а высокий чел с синими дредами катит на уницикле.
— Я забила время на книжном сканере на полпервого, — сообщает Кэт. — Поедим сперва?
Показалась гугловская столовая, широкая и низкая: белый навес, будто для садового пикника. Фасад распахнут, над входами откинуты брезентовые пологи и на лужайке видны недлинные очереди из гугловцев.
Кэт останавливается, щурится. Прикидывает.
— Вон туда, — наконец решает она и тащит меня к крайней слева очереди.
— Я довольно неплохой стратег по очередям. Но здесь не так-то просто…
— Потому что в Гугле каждый — стратег, — предполагаю я.
— Именно. Потому иногда кто-нибудь блефует. Вот этот чувак, например, — говорит Кэт, пихая локтем гугловца прямо перед нами. Он высокий, рыжеватый и похож на серфера.
— Привет, я Финн, — говорит он, протягивая мощную лапу с длинным пальцами. — Первый раз попали в Гугл?
Он выговаривает «гю-гелл», с маленькой паузой посередке.
Ты прав, мой неопределенно-европейский друг. Я завожу светский разговор:
— Хорошо кормят?
— О, бесподобно. Шеф-повар — знаменитость…
Он замолкает. Что-то соображает.
— Кэт, ему надо в другую очередь.
— И правда. Вечно забываю, — говорит Кэт и поясняет: — У нас меню индивидуальное. Витамины, естественные стимуляторы.
Финн азартно кивает.
— Я экспериментирую с уровнем калия. Сейчас съедаю в день до одиннадцати бананов. Хакинг организма!
Его лицо расплывается в широкой усмешке. Постойте, а в салате с кускусом тоже были стимуляторы?
— Извини, — говорит Кэт, хмурясь. — Очередь для гостей вон там.
Она показывает на дальний край лужайки, и я оставляю ее с евросерфером, хакающим организм.
И вот я жду под указателем со словами «Внешние сотрудники» вместе с тремя чуваками в штанах хаки, голубых сорочках и с кожаными кобурами для телефонов. На другом краю поляны гугловцы сплошь в облегающих джинсах и ярких футболках.
Кэт уже болтает с кем-то другим, с худеньким смуглым парнишкой, что занял очередь сразу за ней. Этот одет как скейтер, поэтому я сразу предполагаю в нем доктора наук в области искусственного интеллекта. Копье ревности пронзает мой мозг, но я к этому готов: я знал, что так будет, здесь, в хрустальном дворце, где Кэт знает каждого, и каждый знает ее. Так что я просто жду, пока это пройдет, и напоминаю себе, что она меня сюда привела. В таких ситуациях это старший козырь: да, все остальные умные, все клевые, здоровые и привлекательные — но она привела тебя. Неси это знание, как значок, как бейджик.
Я опускаю глаза, и вижу, что на моем бейджике дословно написано следующее:
И я отцепляю его и прикрепляю повыше на груди.
Еда, как и обещали, изумительная. Я беру два черпака чечевичного салата и толстый розовый пласт рыбы, семь крепких зеленых черенков спаржи и одну шоколадную пышку, оптимизированную по хрусткости.
Кэт указывает на столик у края навеса, где свежий ветерок морщит белую парусину. Ломтики света скачут по бумажной скатерти в голубую клетку. В Гугле даже едят на миллиметровке.
— Это Радж, — представляет Кэт, указывая нанизанным на вилку чечевичным салатом (с виду неотличимым от моего) в сторону доктора-скейтера. — Мы вместе учились в школе.
Кэт изучала знаковые системы в Стэнфорде. Они тут все, что ли, учились в Стэнфорде? Может, там всем выпускникам сразу дают работу в Гугле?
Заговорив, Радж внезапно словно бы стареет на десяток лет. У него отрывистая и сухая речь:
— Ну а вы чем занимаетесь?
Я-то надеялся, что этот вопрос тут под запретом, и заменен каким-нибудь замысловатым внутригугловским эквивалентом типа «Какое у вас любимое простое число». Показывая на бейдж, я признаюсь, что работаю в противоположности Гугла.
— А, книги.
Радж на мгновение смолкает, жуя. Затем его мозг переключается на другую дорожку.
— Знаете, старые книги для нас большая проблема. И старые знания вообще. Мы так их и называем: СЗ. Старые знания, СЗ. Вы знаете, что девяносто пять процентов всего интернета созданы за какие-то пять последних лет? Но притом в отношении всего человеческого знания соотношение прямо обратное — вообще-то, к СЗ относится большинство фактов, известных большинству людей, сегодня и когда-либо.
Радж не моргает и, вероятно, не дышит.
— Тогда где это все, да? Где это СЗ? Ну, в старых книгах, среди прочего…
Он расчехляет маркер с тонким жалом (откуда его взял?) и рисует на миллиметровочной скатерти.
— …а еще в головах у людей море традиционного знания, мы его обозначаем как ТЗ. СЗ и ТЗ.
Он чертит небольшие пересекающиеся пузыри, надписывая их сокращениями.
— Представьте, если мы могли бы сделать все СЗ и ТЗ доступными для всех в любую минуту. В вебе, на телефоне. Тогда больше ни один вопрос не оставался бы без ответа.
Мне любопытно, что Радж взял на обед.
— Витамин D, омега-3, ферментированные чайные листья, — говорит он, не прекращая рисовать. Сбоку от пузырей он ставит одинокую точку, расплющивая кончик маркера, из которого вытекает черная тушь.
— Это то, что у нас есть сегодня в Большом ящике, — поясняет Радж, указывая на точку. — Но подумайте, какую ценность оно представляет.
— Если бы мы смогли добавить все это…
Он растопыривает ладонь над пузырями СЗ/ТЗ, будто генерал, планирующий наступление.
— …вот это было бы и правда серьезно.
— Радж давно в Гугле, — поясняет Кэт.
Мы не спеша покидаем столовую. На выходе я прихватил еще плюшку, и теперь жую ее.
— Еще до выхода на публичное предложение, и он тыщу лет был ПМ.