Вместе с психотерапевтом мы работали над моей неспособностью простить или пожалеть себя за то, что я всегда выбирала ущербных, опасных, недоступных (женатых!) и ненормальных мужчин. Я всегда чувствовала, что выбираю их, повинуясь какому-то нездоровому и порочному желанию. Но когда я читала вашу книгу, меня словно осенило, что во всех без исключения отношениях с мужчинами я искала «знакомые» ощущения, те самые, которые я испытывала, когда жила с родителями, которые никогда меня не трогали (за исключением инцеста), не поддерживали и не понимали меня. Это касалось чего угодно – моих оценок в школе, домашних обязанностей и прочего – мои родители всегда были недовольны мною. Именно поэтому я и выбирала мужчин, которые еще больше укрепляли мою уверенность в собственной порочности, когда они меня били, насиловали, оскорбляли и унижали. Именно такое отношение к собственной жизни привили мне мои родители. Как бы то ни было, я учусь прощать себя за те нездоровые решения. Я еще не готова к новым отношениям; мое исцеление еще на очень ранней стадии, и я думаю, что «хороший» мужчина пока еще не будет казаться мне достаточно привлекательным. Но впервые в жизни мне хорошо без мужчины, у меня нет никаких отношений, и я не хочу с этим спешить.
Читая вашу книгу, я все больше убеждаюсь в вашей правоте, узнаю себя в каждой главе и понимаю, что не только я одна причиняла себе вред. Особенно обнадеживают ваши слова об исцелении и тот факт, что я делаю все, о чем вы пишете. Я занимаюсь в группе с другими женщинами (и мужчинами), которые пережили то же самое, и в результате так же совершенно выбились из сил. Более того, я впервые в жизни начинаю видеть в мужчинах людей, таких же, как я: обиженных, одиноких, использующих секс в качестве единственного способа общения с другими людьми и исцеляющихся, как и я. Я уже продвинулась вперед в своем исцелении и знаю, что скоро, возможно, я даже буду готова к новым здоровым отношениям. Я начинаю с дружбы, учусь любить других и не думать при этом о сексе. Я никогда не была по-настоящему близка с другим человеком, я чувствую себя ребенком, который начинает жизнь с чистого листа. Надеюсь, однажды я буду готова к подлинной близости (ой!) настоящих отношений.
Моя дочь тоже выздоравливает благодаря занятиям в «Союзе дочерей и сыновей» (Daughters and Sons United) и благодаря тому, что я становлюсь нормальной матерью, у которой нет никаких секретов, которая не отказывает в любви и не ставит никаких условий. Мне страшно, но это все происходит по-настоящему, и оно того стоит!
То, что происходило с Сандрой в детстве и во взрослой жизни – явление гораздо более распространенное, чем кажется большинству из нас. Мы встречаем людей, которые ведут себя так же, как она, и недоумеваем, почему они так поступают. В ее письме приведены некоторые из самых распространенных причин. Навязчивое желание Сандры заниматься сексом с незнакомцами, которых она снимала в баре, – типичный симптом женской зависимости от секса, и очень часто предпосылки для этой зависимости бывают именно такими, которые описывает Сандра. В детстве ее использовали в сексуальном плане, и, повзрослев, она продолжала следовать тому же шаблону поведения, обезличивая себя и секс. Как и Сандра, многие, очень многие женщины, которые пьют или употребляют наркотики, пережили в детстве сильную душевную травму, связанную с сексом и жестоким обращением. Выпивка притупляет их боль, но в то же время дает им возможность разыгрывать драму с участием безразличных друг другу партнеров, которые занимаются опасным обезличенным сексом. Но вместо облегчения это поведение только усиливает ощущение стыда, аноми́и[29] и собственной никчемности, которые и стали первопричиной такого поведения. Когда женщина говорит себе, что не стала бы этого делать, не будь она так пьяна, она, по сути дела, отказывается брать на себя ответственность за свои поступки и не хочет разбираться в их причинах. Так замыкается этот порочный круг.
Я думаю, что письмо Сандры в очередной раз объясняет, почему исцеление так редко бывает успешным. Для того, чтобы вылечиться, ей потребовалось взять на себя смелость и разворошить болезненные и глубоко похороненные воспоминания о полученной в детстве душевной травме, а также разобраться с причинами своих поступков во взрослой жизни. Сандра никогда не смогла бы таким кардинальным образом изменить свое поведение, если бы не относилась к своей болезни с такой же непредвзятостью, с какой она анализировала проблемы своего мужа и своих родителей.
Я решила опубликовать следующее письмо потому, что оно рассказывает, как неохотно касаются тем насилия или неадекватного сексуального поведения те, кто с этим сталкивался. «Инцест», «сексуальные домогательства» и «насилие» – это слова, которые людям зачастую сложно даже произнести вслух, не говоря уже о том, чтобы использовать их для описания своей семейной жизни. Сексуальное и (или) физическое насилие так часто встречается в семьях алкоголиков, что психотерапевт, консультируя пациента, выросшего в семье, где были проблемы с алкоголем, должен уметь аккуратно выяснять, насколько часто в этой семье прибегали к насилию, и делать это осторожно, мягко, не торопясь.
Уважаемая Робин Норвуд!
Я живу с мужчиной уже девять лет. Ваша книга помогла мне увидеть наши отношения в истинном свете. Сейчас я посещаю индивидуальные занятия с психологом и пытаюсь решить, что же мне с этими отношениями делать. Мужчина, с которым я живу – алкоголик. Очень преуспевающий алкоголик. Сначала заболел он сам, потом и я тоже, а потом мы все чуть было не оказались на самом дне. Мы официально не женаты, но у нас две дочери. Мы с девочками выздоравливаем, а он все еще болен. Я все еще надеюсь на то, что он изменится, но начинаю понимать, что это произойдет, только если он сам этого захочет. Это моя мечта, фантазия – когда-нибудь увидеть его здоровым. Он очень обеспеченный человек, и состояние его растет, и это для него сейчас важнее, чем собственное психическое здоровье. Я никак не могу бросить его, потому что боюсь. Чего боюсь? Сама не знаю. Просто боюсь. Частично за девочек. Я не хочу, чтобы он был с ними, когда меня нет рядом, но, если я порву с ним отношения, он захочет их видеть, а я не смогу ему помешать.
А еще я очень боюсь других отношений. Я пыталась встречаться с нормальными мужчинами, но всякий раз у меня возникало чувство страха, и я бросала их. Я снова и снова перечитываю вашу книгу, и она помогает мне, медленно, но верно. Спасибо вам большое за то, что выслушали меня.
Уважаемая Джейн!
Я хочу сосредоточиться на ваших опасениях за то, что может случиться с вашими дочерями, когда вас не будет рядом, чтобы защитить их. Уверена, вы опасаетесь, что их отец будет оскорблять их, распускать руки или домогаться их, или все сразу. Я также предполагаю, что вы всегда старались быть «буфером» между мужем и дочерями, не позволяя мужу оставаться с ними наедине и пытаясь таким образом уберечь дочерей от него.
Во-первых, Джейн, вам нужно признать то, что вы и так знаете, и перестать скрывать от самой себя правду о наклонностях этого человека. Зачастую созависимые не решаются что-либо предпринимать в отношении поведения и наклонностей своих нынешних или бывших партнеров, однако подобная нерешительность опасна.
Конечно же, если вы расстанетесь с мужем, у него, скорее всего, будет право общаться с детьми – возможно, оставаясь с ними наедине, без вашего присутствия. Но многие сильно пьющие алкоголики более заинтересованы в самóй борьбе за опекунство, право видеть детей и тому подобное, чем в непосредственном общении со своими детьми. Драматизм ситуации приводит их в возбужденное состояние, а война с «бывшей» – прекрасный повод сосредоточиться на этой проблеме и таким образом отвлечься от алкоголизма и его последствий. Как это ни парадоксально, но чем яростнее вы будете сражаться с ним, оспаривая его право видеть дочерей или что-нибудь еще (что угодно), тем сильнее будете отвлекать его от алкоголизма.
Чаще всего акты насилия и инцеста происходят между алкоголиками и связанными с ними со-алкоголиками. Вам нужно поговорить со своими дочерями о ваших опасениях, а это означает, что вы должны научиться непредвзято (никого не обвиняя) говорить об алкоголизме и о том, что алкоголики могут вести себя неадекватно по отношению к другим, и, в частности, к своим детям. Вы должны объяснить девочкам, что вы волнуетесь за их безопасность, но сделать это так же спокойно и невозмутимо, как если бы вы рассказывали им о том, что у их отца бывают приступы эпилепсии. Им нужно рассказать о том, чего от него можно ожидать, и о том, как они должны вести себя в сложных ситуациях.
Когда вы сможете подойти к этому непредвзято, вам, вероятно, захочется рассказать мужу о своем разговоре с девочками. Но не делайте этого до тех пор, пока не научитесь говорить об этом без раздражения, злости и агрессии. Само собой разумеется, что для этого нужно сначала значительно продвинуться в собственном исцелении. Я считаю, что самый лучший способ научиться правильно абстрагироваться от его поведения и связанных с ним проблем – посещать встречи Ал-Анон.
