Робин Хобб – Судьба Убийцы (страница 54)

— Нет нужды, — объявила фигура.

Она ловко повернулась, наклонилась вниз к Янтарь и вытянула руки.

— Фигура тянется к тебе. Осторожно! — тихо предупредил я ее.

Она не понизила голос:

— Мне не нужно предостережений среди старых друзей. Направь меня, Фитц.

Я неохотно выполнил ее просьбу и невольно задержал дыхание, когда фигура обхватила ее руками поперек груди, будто ребенка. Я стоял и смотрел, как Совершенный поднимает ее в своих огромных руках. Они были цвета человеческих, потемневшие от долгих дней под солнцем, но еще можно было различить структуру диводрева, из которого они были вырезаны. Из всей магии Элдерлингов живые фигуры больше всего поражали меня и одновременно вызывали наибольшее беспокойство. Я мог понять дракона — это существо из плоти и крови, с теми же нуждами и аппетитами любого животного. Но корабль из живого дерева, который мог двигаться и говорить, и, судя по всему, думать, но не нуждался ни в еде, ни в воде, ни в спаривании, ни в потомстве? Как можно предсказать действия или желания такого существа?

В одиночестве оставшись на пристани, я слышал голос Янтарь, но она разговаривала с фигурой тихо, и я не различал слов. Он держал ее, словно куклу, и сосредоточенно смотрел ей в лицо. Будучи ослепленным раньше, он сочувствовал ей? Может ли корабль, вырезанный из драконьего кокона, сочувствовать? Не впервые я столкнулся с осознанием того, какой же малой частью своей жизни Шут делился со мной. Здесь его знали как Янтарь, умную сильную женщину, которая отдала состояние, чтобы восстановить Бингтаун и помочь бывшим рабам построить новую жизнь в Дождевых Чащобах. В этой части нашего путешествия она та, кем должна быть. Янтарь. Женщина, все еще остававшаяся для меня незнакомкой.

— Фитц? — Лант склонился через леера Совершенного. — Ты идешь?

— Да.

Я взобрался по веревочному трапу, что оказалось намного сложнее ожидаемого, и ступил на палубу Совершенного. По ощущениям он был не таким, как Смоляной, а ближе к человеку. Уитом и Скиллом я чувствовал его как живое существо. Сейчас, пока его внимание было сосредоточено на Янтарь, я мог осмотреться.

Прошло долгое время с тех пор, как я в последний раз был на столь большом корабле. Я вспомнил о путешествии на Внешние Острова и затянувшейся морской болезни Олуха. Вот это был опыт, который мне никогда не хотелось бы повторить! Совершенный был меньше и изящнее того корабля, и я подозревал, что лучше пригоден для плавания. Он был очень ухожен. Палубы сверкали чистотой, тросы аккуратно сложены, а команда чем-то занята, даже в то время, когда корабль стоял пришвартованным.

— Где Спарк и Персиверанс? — спросил я Ланта.

— Осматриваются с разрешения капитана Брэшена. Нас же пригласили присоединиться к капитану и леди Альтие в их каюте, чтобы перекусить и переговорить.

Я посмотрел в сторону носа, где Совершенный по-прежнему держал Янтарь. Мне не хотелось оставлять ее буквально в хватке корабля, и также не хотелось оскорбить людей, которые предложили нам бесплатно добраться до Бингтауна. Нам предстояло долгое путешествие вниз по реке Дождевых Чащоб, а потом вдоль ненадежной зыбучей линии Проклятых Берегов вплоть до Торговой бухты. Я предпочитал оставаться со всеми в хороших отношениях. Но сомневался в том, что Шут будет помнить об осторожности в присутствии фигуры. Очевидно, Янтарь давно приняла решение доверять ему.

— Фитц? — подтолкнул меня локтем Лант.

— Иду.

Я еще раз глянул на Янтарь. Я видел ее лицо, но не его. Ветер с реки развевал ее юбки и трепал волосы, выбившиеся из-под платка. Она улыбалась его словам. Ее руки свободно лежали поверх его ладоней, будто на подлокотниках удобного кресла. Я решил поверить ее инстинктам и последовал за Лантом.

Дверь в капитанскую каюту была открыта, и, уже подходя, я услышал оживленные голоса. Спарк над чем-то смеялась. Мы вошли и увидели, что Лефтрин держит Пера за шкирку так, что его ноги еле касаются пола.

— Он плут и умом не блещет, проследи, чтобы ему дали побольше работы! — объявил он.

Только мои мышцы напряглись, Лефтрин засмеялся и подтолкнул мальчика к крепко сложенному мужчине средних лет. Мужчина придержал мальчика за плечо и ухмыльнулся в ответ, показывая белоснежные зубы, окруженные аккуратно подстриженной бородой. Он хлопнул Пера по спине.

— Мы называем это «управляться с такелажем», и да, этому можно научиться, но только если Клеф, Альтия или я разрешим. Мы скажем, когда ты понадобишься сверху и что именно ты должен делать, — мужчина глянул на Лефтрина. — Он знает какие-нибудь узлы?

— Несколько, — вклинился я в разговор. Я поймал себя на том, что улыбаюсь капитану Треллу.

— О, больше чем несколько, — возразил Лефтрин. — Он работал с Беллин вечерами, когда вы запирались со своей леди. Мы дали ему хорошую основу для того, чтобы стать матросом. Но Трелл прав, парень. Если ты полезешь на ванты, в первые разы иди с кем-то знающим и слушай! Слушай без возражений и делай без возражений, только то, что тебе сказано. Ты понял меня?

— Да, сэр, — Пер ухмылялся то одному, то другому капитану. Будь он щенком, он бы завилял хвостиком. Я гордился им, но еще и немного ревновал.

Трелл подошел ко мне и протянул руку. Мы обменялись торговым рукопожатием. Его темные глаза встретились с моими, во взгляде читалась откровенность.

— У меня никогда не было на борту принца, но Лефтрин говорит, что с вами легко. Мы сделаем все, что в наших силах, но Совершенный — корабль, и мы живем по его законам.

— Уверяю, я не великая знать. Я провел доброе количество времени, выгребая веслом на Руриске во время войны Красных Кораблей, все мои принадлежности помещались под скамьёй, и она же обычно служила мне и спальным местом.

— Ага, значит, вы справитесь. Я хочу представить вам Альтию Вестрит. Я пытался сделать ее Трелл, но она настаивает на своем. Упрямство — главная черта женщин в ее семье, но вы, должно быть, знаете, раз уже встречали Малту.

Альтия сидела за столом, где стоял большой котелок, исходящий паром, чашки и блюдо с небольшими лепешками. Котелок был создан Элдерлингами, с блестящей металлической отделкой и орнаментом в виде змей. Нет. Это не просто змеи, а морские змеи, так как рядом нарисованы еще и маленькие рыбки. Лепешки были начинены семенами и кусочками ярких розовых фруктов. Альтия привстала и наклонилась над столом, чтобы пожать мне руку.

— Не обращайте внимания на него. Хотя, моей племяннице досталось даже слишком много этого вестритского характера, как мы его называем.

Мозоли на ее руке потерлись о мои. Ее улыбка отражалась морщинками в уголках глаз. Темные волосы, тронутые сединой, были забраны назад и заплетены в тугую косу, которая спадала ниже поясницы. У нее была мужская хватка, и я понимал, что она оценивала меня, как и я ее. Она снова села и сказала:

— Что ж. Странное удовольствие — видеть мужчину с лицом моего корабля, хотя, бесспорно, вы считаете иначе. Пожалуйста, садитесь за стол, выпейте кофе и расскажите мне, каково было увидеть фигуру, вырезанную Янтарь в честь мужчины, которому принадлежало ее сердце.

Тишина, последовавшая за очень неловким заявлением, по-своему шумна. Клянусь, я слышал, как Лант задержал дыхание, и буквально почувствовал, как Спарк и Персиверанс уставились на меня широко раскрытыми глазами.

Я попытался поспешно перевести разговор:

— Для начала, кофе было бы кстати! Пусть и весна, но ветер с реки пробирает прямо до костей.

Она ухмыльнулась:

— Ты не знал, что она вырезала твое лицо кораблю, не так ли?

Становилась ли честность опасной привычкой? Что бы подумал Чейд? Я позволил себе смущенный смешок и признал:

— До очень недавнего времени, - нет.

— О, Са, — пробормотала Альтия, а Брэшен выдал приглушенный смешок, который больше не мог сдерживать.

Я услышал тонкий возглас за спиной и, повернувшись, увидел, что к нам присоединилась Элис.

— О, что же делают с нами наши женщины! — воскликнул Брэшен и подошел похлопать меня по плечу. — Садись, садись, Альтия нальет. Еще есть бренди, спорим, оно согревает немного лучше! Элис! Лорд Лант! Садитесь к нам. И если я приглашу сюда ваших слуг, то сильно нарушу этикет? Вам стоит прямо говорить мне о таких вещах.

— Подобные путешествия сами по себе очень быстро нарушают протокол. Персиверанс и Спарк, хотите присоединиться к нам за чашкой кофе?

Персиверанс скорчил гримасу, прежде совладеть со своей мимикой:

— Нет, сэр, но я все равно очень благодарен. Я бы хотел пойти осмотреться на корабле, если можно.

— Пожалуйста! — в унисон ответили Альтия и Брэшен.

Тогда Брэшен повернулся ко мне и добавил:

— Только если твой хозяин не против.

— Конечно нет. Пер, если кто-то скажет тебе не путаться под ногами, живо отходи.

— Хорошо.

Он уже был на полпути к двери, когда заговорила Спарк:

— Я бы хотела, — начала она и запнулась. Ее щеки покраснели.

Все взрослые смотрели на нее. Элис улыбнулась:

— Дорогая, просто скажи.

Она открыла рот и сказала голосом подчиненной:

— Мне нужно заняться распаковкой вещей леди Янтарь.

— Или, — предложила Элис, — пойти осмотреться на палубе с Пером. Нет ничего плохого в том, чтобы интересоваться кораблем. От Дождевых Чащоб до Бингтауна женщины уже не первое время стоят наравне с мужчинами. Даже если некоторые периодически об этом забывают, — она улыбнулась мне. — Когда вы были заняты, Спарк задавала нам с Беллин много вопросов о Смоляном. Она быстро учится, и уверяю, нет ничего плохого, чтобы девочка разбиралась в большем, нежели шитье и ленты.