Робин Хобб – Судьба Убийцы (страница 56)

Я понял, что ей не впервые пришлось произносить эти слова кораблю. Я увидел, как Брэшен распрямил плечи и сделал шаг вперед, готовый взять на себя роль миротворца.

— Совершенный, — мягко сказала Янтарь. — Мой друг, я чувствую твою тоску. Ее слишком много, чтобы мне это вынести. Пожалуйста, — и, задыхаясь: — Ты слишком сжимаешь меня. Пожалуйста, верни меня на палубу.

Я бессильно смотрел. У меня было два небольших спрятанных ножа, бессмысленное оружие против такого огромного противника. Если бы я напал на него, он бы бросил Янтарь в реку? Я посмотрел на Брэшена, его лицо побледнело. Альтия склонилась над поручнями. Она заговорила негромко и рассудительно:

— Если ты раздавишь свою подругу, это не вернет тебе сына Кеннита. Корабль, успокойся.

Какую потребность в воздухе может испытывать корабль, пусть и созданный из драконьего кокона? Однако грудь Совершенного то и дело поднималась и опускалась, будто он был мальчишкой, охваченный сильными эмоциями. Его глаза были плотно сомкнуты, а большие руки, державшие Янтарь, дрожали. Пустой взгляд Янтарь неподвижно смотрел вдаль. Ее лицо покраснело от нехватки воздуха. Совершенный поднял руки ближе к груди. Он наклонился над ней, и я испугался, что он откусит ей голову, но он повернулся и выпустил ее на палубу столь резко, что она споткнулась и упала. Альтия встала на колено рядом, взяла ее за плечи и оттащила назад.

— Не нужно убирать ее туда, где я не достану! — хрипло пожаловался Совершенный. — Я бы не причинил ей вреда.

— Я знаю, — вдохнула Янтарь.

Альтия была невысокой, но, закинув руку Янтарь себе на плечо, она помогла ей подняться.

— Я забираю Янтарь в нашу каюту, — спокойно объявила она.

Прежде, чем я смог возразить, Брэшен взял Янтарь за другую руку, и они пошли в сторону кормы. Я решил пойти следом, но корабль внезапно заговорил:

— Ты, с моим лицом. Стой.

Я замер. Брэшен остановился и оглянулся на меня с широко раскрытыми глазами. Он предупреждающе чуть-чуть покачал головой. Взгляд Ланта перебегал с меня на Янтарь. Я наклонил голову в ее сторону, указывая, чтобы он шел за ней, и он быстро занял место Брэшена. Капитан скрестил руки и встал, глядя на фигуру.

— Ты, Баккиец. Я хочу говорить с тобой. Подойди сюда.

Корабль не смотрел на меня. Его взгляд был устремлен вдаль через широкую Реку Дождевых Чащоб. Далекий берег казался зеленой полосой на горизонте.

— Я здесь, — ответил я, пытаясь, чтобы это не прозвучало как вызов.

Корабль никак не показал, что услышал меня. Я стоял и ждал, слушая как в движении вода ударяется о борт. Отдаленные крики речного города на расстоянии звучали как птичья песня.

— Баккиец?

Я подошел ближе и повысил тон:

— Я здесь, корабль.

— НЕТ!

Брэшен опоздал с предупреждением. Фигура вывернулась, дотянулась до палубы и схватила меня. Я было отшатнулся, но он поймал меня за левое плечо и вцепился в руку. Я зажал один из его пальцев другой рукой и попытался отцепить и скрутить его. Бестолку. Он поднял меня в воздух и прижал к фальшборту вниз головой.

— Совершенный, отпусти его! — проревел Брэшен.

Покачивание корабля привлекло команду. Подбежавший Клеф замер на полпути, уставившись на меня и придерживая за локоть бледного Пера. Еще двое, Корд и Хафф, поспешили к нам, но тоже остановились. Замерла Альтия, все еще поддерживающая Янтарь. Я не слышал, что она сказала, но Янтарь слепо повернулась обратно в нашу сторону.

Совершенный спокойно заговорил, и его слова отдались эхом внутри меня.

— Это не касается никого из вас. Возвращайтесь к своим делам.

— Совершенный, — попросила Альтия.

Совершенный усилил хватку и поднял меня выше. Его пальцы пережимали мою грудь слева. Я не сопротивлялся — когда победить невозможно, лучше не злить противника и не давать ему повод снова применить силу.

— Все в порядке, — выдохнул я, хватаясь за его пальцы и стараясь ослабить давление.

— Займитесь делами, — любезно предложил Совершенный, и я склонил голову в одобрении.

Альтия повела за собой Янтарь. Она шла неохотно, то и дело оглядываясь, но я не мог прочитать выражение ее лица. Клеф сжал плечо Пера и потащил его за собой. Лант пошел помочь ему. Брэшен, чьи губы сжались в тонкую линию, молча удалился. Совершенный поставил меня на ноги, но продолжал прижимать к поручням.

— Теперь, — сказал он очень мягко, — мы поговорим, ты и я, чтобы быть уверенными, что мы друг друга понимаем. Ты слушаешь, баккиец? Твоя задача — слушать.

— Слушаю, — прохрипел я.

— Отлично. Янтарь, кажется, увлечена тобой. Возможно не первый год, — он сделал паузу.

Я кивнул:

— Друзья с детства.

Хватка ослабилась.

— Друзья?

— С тех пор, как мы… с тех пор, как я был мальчишкой.

Он издал глубокий звук, который прошел по всему моему телу, и сказал:

— Пойми это. У нас одно лицо, хотя мое моложе и красивее. Я попросил ее вырезать мне лицо, которое она могла бы полюбить, и она дала мне твое. «Могла полюбить», а не «любила». Помни. Она любит меня намного больше, чем тебя, и всегда будет.

На последних словах хватка снова усилилась. Я кивнул.

Над головой я услышал взволнованное карканье. Я не мог посмотреть наверх, но знал, что над нами кружила Мотли. Я взмолился, чтобы она не попыталась напасть на корабль.

Пожалуйста, не надо, - я попытался донести до нее эту мысль.

Совершенный разжал пальцы. Я схватился за поручни, чтобы не упасть. На мгновение мне показалось, что он отозвался на мой Уит. Затем он угрожающе улыбнулся:

— Итак. Мы поняли друг друга?

— Да.

Я боролся с порывом убежать. Мне не хотелось поворачиваться к нему спиной, даже когда он уже отвернулся от меня. Глядя на воду, он скрестил руки на груди и напряг плечи. На них проступили рельефные мышцы. Я не был уверен, что когда-то выглядел также.

Он молчал. Шаг за шагом, я, наконец, отошел, не отводя глаз от него до тех пор, пока кто-то не схватил меня за ворот и не оттянул назад. Я оттолкнулся ногами от палубы, чтобы ускорить процесс, и мы оба свалились вниз. Брэшен судорожно вдохнул, когда я придавил его.

— Пожалуйста, — прохрипел он, пока я, откатившись в сторону, шатаясь, пытался встать.

— Спасибо, — ответил я.

— Ты в порядке? — Янтарь уже присела рядом со мной.

Альтия протянула руку Брэшену. Пер подошел ко мне и взял за руку меня.

— Немного помят, но не ранен, если не брать во внимание мою гордость, — я повернулся к Альтии с Брэшеном. — Вы меня предупреждали. Я не мог представить, что он способен двигаться настолько быстро или быть таким… — я замолчал, пытаясь подобрать слово.

— Обманчивым, — подсказал Брэшен и вздохнул. — В последнее время с ним тяжело.

— Тяжелее обычного, — поправила Альтия.

Она взяла Янтарь за руку и подняла ее на ноги.

— Странная встреча для тебя, Янтарь, но я уверена, что ты помнишь, каков Совершенный. С ним может быть все в порядке месяцы или годы, а потом вдруг что-то да выведет его из себя.

— Ревность, — очень тихо сказал я. — Янтарь, он не хочет тобой делиться.

— Я сделаю все возможное, чтобы успокоить его, но дело не только в этом. Его корпус и фигура сделаны из разных колод диводрева. В нем сущность и частично воспоминания двух драконов. Его палубы видели слишком много жестокости и насилия, он был в плену у печально известного пирата Игрота, который использовал его как личное судно. На его борту пытали Кеннита Ладлака, сына его семьи. Пытали и сломали.

Шепотом она добавила:

— Жестокость порождает жестокость.

— Намеренная жестокость непростительна, — резко сказала Альтия.

Янтарь коротко кивнула:

— Сейчас я наверняка понимаю это лучше, чем раньше.

Мы ушли с бака. Брэшен кинул хмурый взгляд в сторону матросов, которые смотрели на нас, и они сразу вернулись к работе. Я аккуратно высвободил руку из хватки Пера.