Робин Хобб – Странствия Шута (страница 74)

Я добавил то немногое, что знал:

— Клеррес — город далеко к югу от нас. За Чалседом, за Пиратскими островами, за Джамелией и островами Пряностей. До него можно добраться только на корабле. Вопрос в том, пойдут ли похитители сначала в Чалсед и отплывут оттуда? Или они проедут вдоль побережья в надежде найти корабль, отплывающий на юг?

— Чалсед, — произнесли одновременно Чейд и Дьютифул.

— Ни одна чалсидианская банда не попытается нанять корабль в портах Шести Герцогств. Их сразу же разделят и допросят, и как только узнают, что Би и Шан едут с ними против воли, банду арестуют, — голос Дьютифула звучал уверенно.

Я молчал, обдумывая его слова, как Шут. А если Слуги идут не в Чалсед. Тогда где и как они пойдут?

Дьютифул продолжал рассуждать.

— Им придется пройти большой путь. И задолго до того, как они доберутся до Чалседа, им придется заменить сани колясками или фургонами. Или даже повозками, пожалуй. Или они все поедут верхом. На чем они добрались к поместью? Как могло произойти, что они так глубоко прошли в Шесть Герцогств и ни разу не были замечены? Думаете, они шли из Чалседа? И прошли напрямую?

— Где же еще они могли найти чалсидианских наемников? — вслух спросил Чейд.

Дьютифул резко встал.

— Мне нужно немедленно поговорить с моими командирами. Неттл, собери свою группу и свяжись с каждой крупной заставой. Как можно лучше объясни им про «туман Скилла» и попроси быть готовым к любому проявлению магии, если, конечно, те люди станут использовать Скилл так, как мы понимаем. На маленькие пограничные заставы мы отправим почтовых птиц. Мама, ты знаешь наши библиотеки почти так же хорошо, как наши писцы. Можешь ли ты помочь им в поиске каких-нибудь карт, каких-нибудь упоминаний об отдаленных южных землях, и поискать этот город Клеррес? Не смотрите на возраст карт. Легенда о Белом Пророке очень древняя. Сомневаюсь, что с тех времен город куда-нибудь переехал. Я хочу понять, по каким дорогам они пойдут, в какие порты наведаются, словом, все, что вы сможете найти.

— Мне поможет Эллиана. Она не хуже меня знает наши библиотеки.

Неожиданно меня осенило.

— Уэб! — почти выкрикнул я.

Все повернулись ко мне.

— То, что затуманит мозг человека, не затронет животное. Позволь нам попросить Уэба узнать у народа Древней крови, не видел ли кто-то из знакомых зверей отряда солдат и людей на белых лошадях. Нам могут помочь те, кто связан с охотничьими птицами и падальщиками. Такие птицы видят далеко, а падальщики часто следуют за солдатами. Они хорошо знают, что идущий отряд может ввязаться в битву, а битва — это мертвецы.

Кетриккен подняла бровь.

— Умно, — сказала она тихо. — Да. Уэб отбыл вчера, он направлялся в Бернс. К нему залетала ворона и сообщила, что нашла себе товарища. Он хотел остаться и попрощаться с тобой, но не смог. Над Бернсом несколько раз видели дракона, возможно, он поселился неподалеку. Уэб собирался посоветоваться с герцогом и герцогиней Бернса, как лучше поступить. Люди из Бернса не желают заботиться о животных для дракона, но вполне возможно, это будет самым верным решением. Есть надежда, что Уэб сможет поговорить с драконом и убедить его брать то, что предложат, а не охотиться на лучших племенных животных, — она вздохнула. — В такое время мы живем. Мне не хочется возвращать его, но, полагаю, придется. Это слишком щекотливый вопрос, мы не можем поручить его никому другому.

Я кивнул Кетриккен. Снова промедление, а Би и Шайн все дальше и дальше. Но я кое-что вспомнил.

— Сивил Брезинга. Он был здесь, при дворе, во время Зимнего праздника. Прислал мне записку, предлагая свои услуги.

— Отлично! — Дьютифул улыбнулся. Было заметно, что он рад, что я вспомнил про его друга. — У Сивила много друзей среди Древней крови. Он может договориться с ними раньше, чем курьер догонит Уэба.

— Как бы то ни было, но я должен спросить: хотим ли мы растрезвонить на весь мир, что по Бакку бродит невидимая армия? — неохотно произнес Чейд.

Кетриккен спокойно парировала:

— Я хорошо знаю Сивила. Я никогда не забывала, что, будучи юношей, он подверг опасности Дьютифула, смертельной опасности, но ведь все мы помним и об угрозе самому Сивилу. С тех пор он вел себя как настоящий друг моего сына и как почетный представитель Древней крови. Я доверяю его разуму. Позвольте мне поговорить с ним. Я скажу ему, чтобы он осторожно выбирал людей для этого задания. А им нужно только передать, что мы ищем отряд всадников, сани и людей, одетых в белые меха. Но сама я предпочла бы кричать о поисках на каждом углу. Чем больше глаз смотрит, тем больше шансов, что кто-нибудь что-нибудь заметит.

— А иногда люди видят то, что им советуют видеть. Я выбираю осторожность.

Слова короля поставили точку в разговоре. Мое сердце замерло от мудрости, прозвучавшей в них.

Дьютифул был уже у двери. Неттл двинулась за ним, и я ощутил, как сквозь Скилл потекли команды — она начала работать. Повинуясь ее просьбе, я не стал пытаться выяснить, что же именно она делала. Не стоило отвлекать и раздражать ее. Кетриккен вышла последней. У двери она остановилась и покачала головой, глядя на Чейда.

— Тебе следовало больше доверять нам.

Затем она тихо закрыла за собой дверь, оставив двух убийц наедине.

Старые привычки. Оставшись одни в комнате, мы стали сами собой. Лорд Чейд и принц Фитц Чивэл исчезли, и двое мужчин, которые долго делали тихую работу для короны, обменялись взглядами. Ни один из нас не произнес ни слова, пока в коридоре не затихло эхо шагов. Я подошел к двери и прислушался. Затем кивнул.

— Так что же еще? — требовательно спросил Чейд после долгого молчания.

Я не видел смысла смягчать свои слова.

— Эш воскресил Шута, дав ему кровь дракона.

— Что?! — с ужасом переспросил Чейд.

Повторять я не стал. Он хорошо слышал меня.

Через некоторое время он прохрипел:

— Иногда Эш позволяет себе слишком много. И что же с ним случилось?

Мне хотелось спросить, а чего же он ожидал? Вместо этого я сказал:

— Парень сказал, что Шут почти умер. Он влил несколько капель ему в рот. Это воскресило его. И даже больше. Сейчас он выглядит намного лучше, чем когда я впервые привел его сюда, и чем когда я оставил его и уехал в Ивовый лес. Кажется, это исцеляет его. И меняет. Кости рук и ног, которые были сломаны и криво срослись — выпрямляются. Ему конечно больно, но теперь он может двигать всеми пальцами и опираться на искалеченную ногу. А глаза его стали золотыми.

— Как и раньше? Он прозрел?

— Нет, не как раньше. Не бледно-желтые. Золотые. Будто льющийся расплавленный металл.

Совершенно внезапно я понял, что они напомнили мне. Мне вспомнились глаза Тинтальи. Чейду тоже.

— Как глаза дракона. Но он еще слеп. И все-таки утверждает, что сны вернулись.

Чейд почесал подбородок.

— Пусть Эш спрашивает его о том, что он чувствует, и записывает все, что он говорит. Скажи ему, что он может взять листы моего лучшего пергамента.

— Я сам могу сделать это.

— Сны его тоже. Иногда во сне к человеку приходит то, о чем он не хочет думать днем. Эш должен записывать все, что снится Шуту.

— Возможно, он не захочет делиться своими снами, но мы можем попробовать.

Чейд прищурившись посмотрел на меня.

— Что там еще тебя терзает?

— Шут боится, что враги могут предугадать любой наш ход.

— Среди нас шпионы? Здесь, в замке Баккип? — он резко сел, схватился за бок и охнул.

— Нет. Не шпионы. Он боится, что они собрали пророчества от Белых детей и полукровок.

Он внимательно слушал мои объяснения, как я понял их из уст Шута. Когда я закончил, он задумчиво произнес:

— Невероятно. Разведение людей для пророчеств… Какая идея… Изучить все возможные варианты будущего и выбрать цепочку событий, которые будут наиболее выгодны вашему ордену. Это потребует предельной самоотдачи, ведь вы будете работать на благо тех Слуг, что придут после вас, а не на немедленную наживу. И они посылают в мир Белого Пророка, который проявит их волю в создании будущего. И вдруг появляется Шут, истинный пророк, выросший без их участия… Ты записал все это?

— У меня не было времени на записи.

— Ну так постарайся найти его.

Он сжал губы и задумался. Его глаза сверкали. Я знал, что его мысли быстрее моих мчатся по ступенькам рассуждений.

— Давно, когда Шут, доставив Кетриккен в Горное Королевство, стал жить один, когда он думал, что ты мертв и его план провалился, кое-кто искал его. Паломники. Выискивали Белого Пророка в горах. Откуда они узнали, где его можно найти?

— Полагаю, из пророчеств…

Он заговорил быстрее.

— Или это были так называемые Слуги, которые уже тогда искали его? Для меня совершенно очевидно, что им не нравится, что он неподвластен им. Подумай сам, Фитц. Они сделали Бледную женщину. Она была их фигурой. Они пустили ее по игровому полю, чтобы сделать мир таким, каким хотелось им. А его держали при себе, чтобы никто не смог помешать ей, но он сбежал. Свернул и раскидал их поле, как плохой бросок кубика. Они хотели его вернуть. Есть ли лучший способ найти кого-то, чем взрастить семена пророчеств и выпустить свору псов на поиски?

Я молчал. Обычно Чейд так и рассуждал, перескакивая от одного к другому. Он как-то странно откашлялся. Не от лихорадки ли так блестели его глаза? Задумавшись, он тяжело задышал. Вдруг поднял палец вверх.

— А когда они добрались до него, он не захотел встречаться ни с кем. Не признавал себя пророком, утверждая, что он простой кукольник.