Робин Хобб – Странствия Шута (страница 135)

Мне приснилось, что я орешек. Что у меня очень твердая скорлупка, и я уютно свернулась в ней. Внутри этой раковинки я была собой, и я была целой. Меня подхватила река и попыталась унести, но я застряла, не желая никуда двигаться.

Забавно, что река будто выбросила меня. Я упала на зеленую траву, а вокруг была весна. Какое-то время я сидела в скорлупе. Потом развернулась и оказалась на воле, целой и невредимой.

Остальным, выброшенным рекой, повезло гораздо меньше.

Этот сон кажется более правдивым, чем многие другие. Он почти наверняка сбудется. Я не понимаю, как я смогу стать орехом и упасть в реку. Но я знаю, что это будет. А устье реки похоже на форму, которую я нарисую ниже. И река выходила из черного камня.

Рассвет застал меня на ногах. Зная, что эта ночь пройдет без сна, я провел время не без пользы. Закончил переносить расположение Скилл-порталов на большую карту, которую дал мне Чейд. Мне не хотелось использовать ни один камень, которого я не видел сам, чтобы не оказаться внутри земли и не утонуть в болоте. Но если другого выхода не представится, если будет трудно, я предпочел бы знать куда какой камень может привести. С удивлением заметил, что Чейд отметил несколько, ведущих прямо в Чалсед. И решил, что лучше приму бой, чем сбегу через них.

Я прочитал записи Кетриккен и изучил ее карту. На ней было много интересного, но точности очень не хватало. Мне нужно было отправиться в самые дальние уголки карты Чейда и надеяться на то, что там подвернутся новые указатели. Я вспомнил, что рассказывал мне старый матрос: главное — попасть на Острова Пряностей, а там уже найти способ продвинуться дальше. Я слабо улыбнулся, вспоминая его совет: «Эх, если бы я собрался туда, я бы ни за что не начал отсюда».

Меч Верити я взял с собой. Снова он оказался в простых кожаных ножнах, а его рукоять я спрятал под куском старой кожи. Я подумывал о том, чтобы взять топор: это было, безусловно, мое лучшее оружие, но если меч мужчина мог таскать из простого тщеславия, то тяжелый боевой топор сразу выдавал человека, умеющего пользоваться им. Мне же нужно было выглядеть как обычный путешественник, искатель приключений, а не как отец, одержимый местью. Меч послужит мне отлично, как и всегда.

Когда за окном посерело, я осторожно оделся. Побрился в теплой воде, не зная, когда еще мне подвернется такая роскошь. Мои волосы, наконец, отросли достаточно, чтобы я смог связать их в хвост воина. Я захватил удобный плащ и сумку. Затем, повинуясь какой-то прихоти, спустился в зал гвардейцев и присоединился к их завтраку. Горячая каша, мед с покрошенными в него сухими яблоками, ароматный чай, хлеб, масло и ломтики вчерашнего жаркого. Мой отряд тоже был там, как и многие из баккипских парней, они приветствовали меня грубыми шутками и советами, как лучше всего обойтись с теми, кто осмелился войти в Бакк и разорить мой дом. Они знали лишь, что мое поместье было разорено, а леди Шайн выкрали, но потом спасли. Лишь некоторые из моего отряда знали о Би, и они понимали, что этим знанием не стоит делиться.

Потом был официальный завтрак, где я снова выслушал прощальные напутствия. Мне хотелось поскорее уехать, но я понимал, что кое-что задолжал Дьютифулу и Эллиане, и постарался как можно достойнее вернуть этот долг. Чейд дремал, но я разбудил его, чтобы попрощаться. Казалось, он был в очень добродушном настроении и спросил, не сыграю ли я с ним в камни. Я напомнил ему, что мне пора ехать в Клеррес. Он пообещал, что запомнит, что я сдержал слово и простился с ним. Но я сомневался, что он вспомнит хоть что-то после того, как я закрою дверь в его комнату.

Я тщетно стучал в покои Шута. Он не ответил, даже когда от моего стука зашаталась дверь, а я не удивился, заметив, что она заперта. Я бы мог выломать замок. Он знал это. Но запертая дверь стала сообщением. Он закрылся от меня. Я глубоко вздохнул и бросил попытки. Это тоже неплохо, сказал я себе. Лучше молчание, чем еще один скандал. Кто знает, что он может бросить в меня на этот раз?

Я вернулся к тому, что еще называлось моей комнатой, чтобы забрать сумку. Персеверанс, ожидающий у двери, меня не слишком удивил. Мрачный, он так упорно предлагал понести мою сумку, что я не стал отказывать ему.

Мы вышли во внутренний двор, где меня уже ждал отряд, одетый по полной форме. Бывшие Роустэры окончательно смешались с моей группой. Там же была и Фоксглов, а рядом с ней — Риддл. Все еще бледный Лант и Персеверанс сели на лошадей. Кобылки Би не было, и от этого мне стало больно. Я был слишком жесток к мальчику. Неужели мне так нравилась его глупая надежда? Или мне было просто невыносимо видеть его таким же отчаявшимся, как и я сам?

Снова собралось много народа, вышли Дьютифул, Эллиана, принцы при всех регалиях. Неттл, бледная и с красными глазами. Я долго обнимал ее, а затем передал Кетриккен.

— Вернись к нам, — прошептала она.

Я кивнул, но стал ничего обещать.

Под громкие возгласы толпы мы выехали из ворот замка. Мотли пролетела над нашими головами, изредка карканьем напоминая, что она рядом. Когда мы отъехали, мне подумалось, что часть этого утра прошла в пустой суете.

— Это необходимо, — сказал Риддл, будто прочитав мои мысли, и невесело усмехнулся.

Вскоре галоп уступил место легкой рыси, отмерявшей милю за милей. Ночь мы собирались провести в гостинице, а на следующий день быстро двигаться дальше. Уже следующим вечером я надеялся добраться до камня, в котором исчезла моя дочь. Там я попрощаюсь со своими товарищами и дальше пойду один. И начну я с заброшенного рыночного круга, где однажды мне пригрезилось преображение Шута.

Все это казалось обычным путешествием. Хозяин гостиницы был предупрежден, и нас приняли хорошо. Той ночью я отлично спал, а утром наслаждался сытным завтраком в компании Риддла, Ланта и Фоксглов. Мы говорили об очень простых вещах: о том, что завтрак свеж и недурен, что хорошая погода должна задержаться. Риддл ставил на раннюю весну, и Фоксглов заметила, что снег уже осел.

Я надел удобный синий плащ, и мы снова вышли на дорогу. Хозяин и его семейство проводили нас, вручив свои наилучшие пожелания вместе со сладкими овсяными булочками и сушеными фруктами. Теперь мы поехали быстрее, потому что я посчитал, что, если доберемся к камню после полудня, мой отряд успеет вернуться в гостиницу, и ребятам не придется проводить ночь среди леса. Меня же ничего подобного не ожидало. Я знал, что, пройдя через камень, столкнусь с горной зимой. И только надеялся, что не попаду в непроглядную метель.

Оттуда все пройдет просто. Три ночи в смехотворно громоздкой палатке, которой меня снабдили. Мне хватит походных запасов, чтобы добраться до следующего Скилл-портала. Согласно карте Чейда, до Кельсингры меня отделяет всего один переход. В этом городе я хотел бы добраться до реки Дождевых Чащоб, в Бингтаун и дальше — в Джамелию. В Джамелии мне будет нетрудно найти корабль, отправляющийся на Острова Пряностей. Оказавшись там, я доверюсь своей удаче и карте Кетриккен, чтобы отыскать путь в Клеррес. И пролить кровь.

Я чуть не проехал нужный поворот. Риддл окликнул меня. Наши следы на снежном поле выделялись ямками и впадинами. Мне казалось, годы прошли с тех пор, как я начал этот путь. Годы прошли с того дня, когда исчезла Би. Годы — и один миг. Чем ближе мы подъезжали к камню, тем сильнее мне хотелось коснуться его. Мы вошли в лес и пошли по еле заметным следам. У места стоянки Двалии и лурри Фоксглов остановила отряд и отдала приказ разбивать лагерь.

— Не стоит, — тихо сказал я ей. — Я не собираюсь делать из этого драму, Фоксглов. Я подойду к этому камню, прикоснусь к нему и уйду. А ты развернешь отряд и отправишься в гостиницу. Надеюсь, сегодняшнюю ночь вы проведете в тепле и под крышей, и может быть поднимите кружечку за мою удачу.

Я откашлялся и тихо добавил:

— В моей комнате есть пакет для тебя. В нем — письма для людей, которые мне дороги. Если через год от меня не будет вестей, тебе придется их разослать.

Она посмотрела на меня и кивнула.

Я спешился, и она крикнула парням, чтобы они не разбивали строй. Потом тоже спешилась, отдала поводья внучке и последовала за мной. За нами потянулись Риддл и Лант. Я оглянулся, ожидая увидеть Персеверанса замыкающим, но мальчик исчез. Откуда-то закричала ворона. Они вместе. И это хорошо.

В лесном сумраке день становился вечером. Черные и бледно-серые тени лежали на снегу и стволах деревьев. В этой тусклости мне потребовался миг, чтобы разглядеть камень, зажатый и вывернутый мощными корнями. Я без сомнения направился к нему. Команда Неттл легко прошла отсюда в горы и вернулась через несколько дней. Он безопасен, как и любой другой портал, сказал я себе. Я выбросил из головы то, что случилось в мой последний подобный переход. И то, что это именно этот камень сожрал Би и ее похитителей.

С тех пор как я был здесь последний раз, камень лишь припорошило легким снежком, пробившимся через плотные еловые лапы. Не снимая перчатки, я смахнул снег и опавшие иглы с грани. На боку у меня висел меч, одна сумка — на спине, вторая оттягивала плечо. Все необходимое лежало в первой, все, что предлагали взять остальные — во второй. Про себя я подумал, что постараюсь побыстрее избавиться от нее.