Роберт Уилсон – Смерть в Лиссабоне (страница 99)
— Помните название кафе?
— Нет.
— Откуда вы знаете, что учится она в лицее Д. Диниша?
— Когда она вышла из кафе, я тоже вышел и видел, как она зашла в здание школы.
— Значит, наблюдая за ней в пансионе «Нуну» в прошлую пятницу, вы уже знали, что она школьница?
— Да.
— Будьте любезны, опишите сексуальный акт, свидетелем которого вы стали в прошлую пятницу.
— Девушка стояла на коленях между двумя молодыми людьми. Пенис одного был у нее во рту, другой же молодой человек имел ее сзади.
— Имел ее сзади? — переспросил я, начиная догадываться о выбранной им стратегии.
— Да.
— Откуда вам известно, что он имел ее сзади?
— Это было видно с того места, где я сидел.
— Как такое возможно?
— Они передвинули кровать, поставив ее напротив зеркала, и я мог ясно видеть, что происходит.
— Можете ли вы утверждать, что происходящее доставляло ей удовольствие?
— Ничто в выражении ее лица не указывало на обратное.
— Вы проследили, куда она пошла и в тот раз?
— Нет.
— Но позже в ту пятницу вы находились в машине, стоявшей возле ее школы примерно в половине пятого.
— Да.
— Можете ли вы описать эту машину?
— Черный «мерседес» С 200, дизельный двигатель, регистрационный номер 1843 NT.
— Это ваша машина?
— Она зарегистрирована на имя моей жены.
— Выходит, что вы поджидали девушку, не так ли?
— Да.
— С какой целью?
— Поговорить с ней.
— Насчет чего?
— Насчет возможности вступить с ней в половой контакт.
— И что было потом?
— Она вышла из школы. Она разговаривала с каким-то взрослым мужчиной, возможно одним из преподавателей, не знаю. Они поссорились, потому что дело окончилось тем, что он дал ей пощечину. И она пошла прочь от него в направлении улицы Пятого Октября. Увидев это, я поехал вслед за ней и нагнал ее, встав у светофора. Я спросил ее, все ли с ней в порядке и не надо ли подвезти ее куда-нибудь.
— Что же она ответила?
— Она села в машину.
— Ничего не сказав?
— Ничего, что мне бы запомнилось.
— У нас имеются свидетели, показывающие, что ваш разговор с ней длился примерно минуту, пока не зажегся зеленый свет.
— Правильно. Теперь я вспомнил. Я спросил ее, как мне куда-то там проехать. Она стала объяснять, а потом сказала, что проще будет показать дорогу.
— А о чем вы говорили в машине?
— О музыке.
— В самом деле?
— Да.
— И куда вы поехали?
— Мне надо было возвращаться в Кашкайш. Я решил сделать крюк, проехав через парк Монсанту, и выехать на автостраду.
— Вы сказали, что хотели с ней секса.
— Да.
— Когда же зашла об этом речь?
— В парке Монсанту.
— Она удивилась?
— Почему же?
— Вы начали с того, что спросили у нее дорогу. Дорогу куда?
— Не помню.
— Она еще затруднилась ответить.
— А, да, в Монсанту. Я спросил у нее дорогу в Монсанту. Объяснить, как туда проехать, действительно сложно, — сказал он уже запальчиво.
— Но, согласившись показать вам дорогу, она вряд ли думала, что ее бросят в парке.
— Еще в начале разговора она сказала, что едет в Кашкайш. Я сказал, что могу подвезти ее туда. Я был…
— Но туда вы не поехали. Вы добрались в тот вечер только до Пасу-де-Аркуша.
Это была испытанная тактика: спрашивать о том, что вроде бы не имеет прямого отношения к делу, задавать вопросы, на которые у допрашиваемого нет заранее заготовленных ответов.
— Послушайте, инспектор, — сказал он уже с явным раздражением, — я спросил у нее дорогу. Она сказала, что едет в Кашкайш на поезде. Я сказал, что еду туда же на машине. Она обрадовалась, что ее подвезут. Села в машину. Я не вынуждал ее ехать со мной. Если ваши свидетели утверждают, что я втащил ее в машину силой…
— Они этого не утверждают. Я просто хочу уяснить для себя, сеньор Родригеш, как в точности обстояло дело. Итак, чтобы она села в машину, вы сказали ей, что едете в Кашкайш.
— Она сама села в машину. Мы завели разговор… — упорно гнул он свое.
— О музыке, о том, что вы едете в Кашкайш. Как же возник вопрос о сексе?
В комнате душно не было, но Родригеш потел. Ему было явно не по себе. Он ерзал на стуле и несколько раз менял позу.
— Я сказал ей, что видел ее в пансионе.
— Это должно было ее удивить.