Роберт Силверберг – Революция на Альфе Ц (страница 30)
— Сколько народа здесь живет?
— Около сотни человек. Они живут в одном большом здании, — сказала она, указывая на полуобвалившийся шпиль.
— А где вход в сами туннели?
Девушка вздрогнула.
— В центре города. Но туда никто не ходит.
— Это я понял, — сказал Харкинс.
Обстановка несколько отличалась от той, какую он себе представлял. Он представлял себе племя дикарей, живущих рядом со входом в туннель, и считал, что сначала их нужно победить, а потом начать исследовать подземелья. Но оказалось, что в туннели можно пройти и без всякого сражения.
— Что у тебя на уме? — спросила Кэта.
Харкинс объяснил свой план. Она тут же помотала головой.
— Сначала будет война. Люди не захотят ничего другого. Их не интересует вход в туннели, они просто хотят воевать.
— Ладно, — сказал Харкинс после недолгих размышлений. — Значит, будет война. Готовьтесь, мы нападем.
Кэта приложила рупором руки ко рту.
— Готовьтесь к нападению!
Это было принято с радостью. Отряд тут же ощетинился ножами и дубинами, были приготовлены и метательные палки. Харкинс с трудом сдержал улыбку при мысли о том, что эта группа оборванцев готовилась идти воевать с другой подобной группой дубинами и камнями. Но улыбаться ему тут же расхотелось, когда Харкинс вспомнил, что эти люди сражаются с таким примитивным оружием лишь потому, что у их предков оружие хотя и было получше, но и оно не помогло.
Он снова глянул на лежащие внизу руины и увидел, что по городу перемещаются какие-то фигурки.
— Все вниз! — закричал он.
Его отряд из двадцати трех человек не спеша побежал вниз по склону и ворвался в город. Харкинс почувствовал, как пепел и шлак захрустели под ногами. Люди Туннельного Города еще не знали о приближающемся отряде. Харкинс надеялся, что они услышат его. Он хотел сражения, но не резни.
На бегу Харкинс повернулся к Кэте.
— Как только начнется сражение и все будут заняты, мы с тобой пойдем в туннель.
— Нет! Я не пойду с тобой!
— Нечего там бояться, — нетерпеливо сказал Харкинс. — Мы...
Он замолчал. Жители города услышали наконец приближение отряда и выскочили из небоскреба, служившего им домом, готовясь защищаться.
Противники столкнулись, и послышался шум сражения. Харкинс отступил назад — не из трусости, а из-за нежелания убивать. Важнее было, чтобы он остался в живых и добрался до туннелей.
Один человек из его отряда пустил первую кровь, вонзив нож в грудь мускулистого жителя города. Но тут же грянуло возмездие. Сзади ему на голову опустилась дубина, и убийца свалился наземь. Харкинс тревожно взглянул вверх, думая о том, наблюдают ли за ними Звездные Гиганты, а если наблюдают, то наслаждаются ли они зрелищем.
Он отошел от дерущейся толпы и с удовлетворением посмотрел, как два отряда мутузят друг друга. Затем подтолкнул Кэту.
— Сражение идет полным ходом. А мы пойдем в туннель.
— Я бы лучше сражалась.
— Я знаю. Но ты нужна мне там. — Он схватил ее за руку и повернул лицом к себе. — Ты что, Кэта, трусишь?
— Я...
— Там нечего бояться. — Он крепко прижал ее к себе и поцеловал.
— Ну, идем, если ты не боишься.
Секунду она молчала, борясь с собой.
— Ладно, — наконец согласилась она.
Они потихоньку отступили подальше от дерущихся и стали пробираться по развалинам в направлении узкой улицы.
— Осторожно! — внезапно закричала Кэта.
Харкинс пригнулся, но нож, просвистев по воздуху, порезал ему плечо. Струйка крови потекла по его руке, но рана была несерьезной. Харкинс огляделся и увидел того, кто швырнул нож.
Это был Джуар, житель деревни с сонными глазами, который стоял на куче искореженного металла и наивно смотрел на них, словно не мог поверить, что промахнулся.
— Убей его! — резко сказала Кэта. — Убей предателя, Харкинс!
Ничего не понимая, Харкинс начал карабкаться на кучу, чтобы добраться до Джуара. Джуар наконец вышел из ступора и побежал как-то неловко, по-кроличьи.
Харкинс нагнулся, схватил камень величиной с футбольный мяч и швырнул его в спину бегущему. Джуар споткнулся, упал и попытался встать. Харкинс подбежал к нему.
Джуар поднялся с земли и попытался вцепиться Харкинсу в горло. Харкинс ударил его кулаком в лицо, а второй удар нанес в живот. Джуар согнулся пополам.
— Ты бросил в меня нож? — закричал Харкинс, хватая его.
— Д-да, — наконец-то удалось вымолвить Джуару. — Я его бросил.
— Но почему? Разве ты не знаешь, кто я такой?
Джуар жалобно застонал.
— Я знаю, кто ты, — сказал он.
— Нам нужно спешить, — сказала Кэта. — Убей этого червяка и пойдем сделаем то, что мы должны сделать.
— Минутку, — сказал Харкинс и снова начал трястись Джуара. — Зачем ты бросил в меня нож?
Джуар несколько секунд молчал, беззвучно шевеля губами, затем сказал:
— Эльза... Она велела мне сделать это. Она... сказала, что отравит меня, если я не убью тебя и Кэту. — Он опустил голову.
— Запомни это, Кэта, — сказал Харкинс. — Мы разберемся с ней, когда вернемся в деревню.
Очевидно, ведьма поняла, что у нее нет никакого будущего с Харкинсом, и решила убить его, прежде чем покончит с Кэтой.
Харкинс одной рукой крепко схватил Джуара за плечо. Он чувствовал жалость к этому человеку, который был так или иначе обречен. Он взглянул на Кэту, увидел ее застывшее лицо и понял, что может сделать только одно. Выхватив нож, он вонзил его в сердце Джуара. Человек с сонными глазами мгновение укоризненно глядел на Харкинса, затем обмяк и упал.
Это было второе убийство, которое Харкинс совершил в здешнем мире. Но если первое было чистой самообороной, то это нельзя было назвать иначе, чем хладнокровным убийством. И Харкинс почувствовал себя грязным. Он вложил нож обратно в ножны, вытер руки о бедра и переступил через труп. Он знал, что потеряет власть, если оставит Джуара в живых. Ему придется разобраться и с Эльзой, когда они вернутся в деревню.
Сражение все еще продолжалась.
— Ну, — сказал Харкинс, — теперь идем в туннель!
Хотя город на поверхности земли был почти полностью стерт с лица земли какой-то катастрофой, пронесшейся через него, в туннелях не было видно никаких признаков разрушения. Строители туннелей построили их так хорошо, что туннели пережили их на целых два тысячелетия.
Вход в туннель оказался в центре огромной площади, которая когда-то была ограничена четырьмя высокими зданиями. Теперь от зданий остались лишь четыре кучи обломков, а сама площадь вспухла пузырями от какого-то пожара и вход в туннель был почти разрушен.
При помощи Кэты Харкинсу удалось отодвинуть в сторону металлическую пластину, прикрывающую вход в туннель.
— А как мы пойдем там, в темноте? — спросил он.
— Говорят, что там есть огни, — ответила Кэта.
Там действительно были огни. Стены туннеля сверкали ярким светом электролюминесценции, включавшейся, когда они шли, и снова выключавшейся, когда они проходили дальше. Таким образом движущаяся стена света освещала им дорогу в туннеле, который вел в сердце всей системы.
По пути Харкинс отметил гладкие, отполированные стены туннеля и его абсолютно прямое направление. Это говорило о мастерстве его строителей.
— Дальше не проходил никто из нас, — сказала Кэта, и ее голос отозвался странным резонирующим эхом. — Отсюда отходит множество небольших туннелей, но мы никогда не осмеливались заходить в них. Там живут всякие странные существа.