Роберт Силверберг – Планета Горгоны (сборник, том 1) (страница 17)

Но он волновался об этом всю остальную часть вечера, даже после того, как Дженнертоны вчистую обыграли их с женой в «монополию», потом они допили остатки виски и, наконец, ушли домой, преисполненные высокомерным весельем.

Прибираясь в гостиной после их ухода, Каррен хмуро думал над утверждениями Дженнертона. Электронный пылесос, казалось, гудел обвиняюще, пока Каррен ходил по гостиной, поправляя подушки и заменяя салфетки. солидопроектор холодно взирал на него темным объективом, а в кухне насмешливо бренчала посудомойка, капая ему на мозги. Прав был Дженнертон, подумал Каррен. Что касается современных технологий, я действительно в них овощ. У него были лишь смутные представления о том, как работает автовертолет, и он понятия не имел, на каких принципах основаны электронные тряпки, сушилка посуды, солидопроектор или любая другая вещь из всего, что он накопил за пятнадцать лет более-менее счастливой семейной жизни.

Жена покончила с кухней и вошла в гостиную.

— Знаешь, дорогой, мне кажется, что, может, Фил и прав. Столько людей в наши дни сами строят разные штуки — я все время слышу о всяких захватывающих хобби. И все эти рассуждения о технологии — мне кажется, что в этом что-то есть.

— Я тоже в этом уверен, Хелен, — устало сказал Каррен.

— И я уже неделю хочу тебе сказать еще кое-что. У Браунов появилась замечательная новая сторожевая робособака. Она не пускает в дом никого незнакомого, и мне кажется, Хэл сам смастерил ее, и...

— Да, я ее видел, — буркнул Каррен, устало растянувшись на кушетке. — Очень удобное приспособление.

— А ты не думал, что и ты сам...

Но одновременно эта мысль пришла в голову и самому Каррену.

Он принялся за дело с фанатичной энергичностью, переделав часть подвала в мастерскую. Каррен взялся за это не просто так, а с ясным намерением. Он намеревался продемонстрировать себе самому, своей жене, а в особенности Дженнертону, что способен не хуже любого другого создавать интеллектуальные ценности в области современных технологий, что он больше не хочет расслабляться, используя лишь готовые вещи, а расти в мире, где доминирующей технологией было Сделай сам.

Первым шагом к этому был поход в библиотеку, откуда Каррен притащил три учебника по роботехнике и краткое введение в электронику. Затем последовали поиски материалов, паяльников, соленоидов, клепальной машины и других штуковин, название которых он не знал еще неделю назад.

После нескольких неудачных начинаний, Каррен принялся работать над сторожевой робособакой, подобной той, что была у Браунов. Это должно произвести впечатление на Дженнертона, думал Каррен, к тому же будет весьма полезной вещью в доме. Шли дни, Каррен все лучше владел мастерством механических технологий, но прежде чем окончательно разобрался в них, робопес был завершен, и Каррен проверил готовое изделие.

Заклепки по левому боку протянулись слегка криво, но в общем внешний вид производил впечатление. Завершенный робопес был приземистым металлическим ящиком с двумя мерцающими соленоидными глазами и короткими лапами на шарикоподшипниках. После его включения требовалось, чтобы все приходящие в дом Каррена идентифицировали себя, и эта идентификация передавалась и запоминалась внутри дома. Она могла быть настроена так, что члены семьи Каррена и близкие друзья заходили бы без всякой процедуры опознавания.

Каррен снял рабочий комбинезон и активировал робопса. Робопес был снабжен несколькими схемами передвижения, и Каррен установил такую, при которой он будет покорно следовать за ним по пятам. Затем торжествующий Каррен включил видеофон и связался с Дженнертоном.

Робопес шел за ним по пятам, когда Каррен вышел из дома и направился к Дженнертонам. Позвонил в дверной звонок.

— Рад видеть вас, Каррен, — пророкотал добродушный голос.

В дверном проеме появилась внушительная фигура Дженнертона. На нем был мягко светящийся пиджак из пластилайна, седеющие волосы подстрижены «ежиком». Он сделал Каррену жест входить и закрыл за ним дверь. Робопес тут же принялся биться в дверь снаружи и создавать шум.

Каррен приоткрыл дверь, и робопес стремглав заскочил внутрь и прижался к ноге хозяина.

— Что это? — спросил Дженнертон.

— Я внял вашему совету, — сказал Каррен, — и сам занялся конструированием. Так, в качестве хобби. Вот смастерил на днях робопса, — небрежно добавил он. — Я подумал, что вы бы хотели увидеть его. Это оказалось гораздо проще, чем я думал. — И он слегка самодовольно взглянул на Дженнертона.

— Конечно, — сказал Дженнертон. — Могу держать пари, что вам это понравилось. Наверное, вы почувствовали настоящее удовлетворение, когда обнаружили, что вполне можете справиться с роботехникой.

Он наклонился, умело поднял робопса на руки и принялся покачивать его, как младенца, а робопес тихонько гудел.

— Заклепки вот здесь немного криво идут, — сказал Дженнертон. — Вам еще требуется практика.

— Да, разумеется, — сказал Каррен. — Но вы должны признать, что это весьма хорошая работа.

— Несомненно. Для новичка, — небрежно сказал Дженнертон.

Каррен почувствовал себя смешанным с грязью. На всю его работу плюнули и ножкой растерли одной короткой фразой «хорошо — для новичка».

Он взглянул на Дженнертона и что-то принялся бормотать, как вдруг почувствовал, что холодные руки снимают с его плеч куртку. Каррен резко повернулся и увидел невысокую фигуру с холодным металлическим лицом.

Робот.

— Надеюсь, он не напугал вас, — сказал Дженнертон, — я и сам еще не привык к нему.

Каррен рассмотрел робота. Он был метра полтора в высоту, этакая гуманоидная фигурка, правда, с некоторыми негуманоидными чертами: парой длинных проволочных щупалец и странного вида многоцелевой пятой руки.

— Хорош, да? Моет посуду, другой рукой готовит коктейли, присматривает за ребенком, проветривает помещения, ходит и разговаривает, а также играет в «монопольку». Странно, что мы оба забавляемся роботехникой, не так ли?

— Весьма странно, — сказал Каррен, а затем до него дошло. — Вы хотите сказать, что сами сконструировали этого робота?

Он опустил взгляд и посмотрел на робопса, описывающего круги возле его ног. Внезапно робопес показался ему таким жалким и никчемным.

— Разумеется, — весело ответил Дженнертон. — Ведь из того, что я сказал, когда был у вас в гостях, вы ведь не могли сделать вывод, что я стану покупать робота, верно? Нет, я сам сконструировал его. Это заняло несколько недель. Зато теперь я горжусь им.

— Есть чем, — пробормотал Каррен, глядя на своего робопса. — Я очень, очень завидую вам.

— Да к чему завидовать? — небрежно спросил Дженнертон. — Нужно было лишь хорошенько потрудиться, приложить, так сказать, руки. Технологии в наше время вообще плевое дело. Но мы что-то заболтались. Хотите выпить? Робот сварганит вам та-акой коктейль...

Каррен уныло смотрел на своего робопса, чувствуя в груди лишь опустошение. Он шел к Дженнертону чуть не лопаясь от гордости, но после того как Дженнертон описал, на что способен его рободворецкий, Каррену и его игрушке оставалось лишь убраться домой, поджав хвосты.

Неполноценный.

Каррен понял, что не может избавиться от этого слова. Оно буквально преследовало его. Он стал замечать, как часто остальные работники конторы, где он трудился, разговаривают о различных устройствах и приспособлениях, причем они рассказывали о своих проектах так просто и доходчиво, что Каррен стал остро ощущать собственную неспособность к механике. И везде маячила огромная фигура Дженнертона, напоминая ему о его неполноценности.

Весь мир стал казаться ему одним гигантским «Сделай сам», в который были вовлечены все, кроме него. В то время как он в блаженном неведении покупал готовые посудомоечные машины и солидопроекторы, все проводили вечера над созданием чего-то из бесчисленных наборов «Сделай сам».

Каррен принялся изучать различные технические пособия, понавыписывал журналов по механике и не возвращался домой без груды упаковок с различными деталями. Где-то в глубине души ему было весело и страшно от хобби, которым его вынудил заниматься Дженнертон, но теперь Каррен чувствовал, что будет вечно носить на себе клеймо изгоя, если только не...

Это было — как там сказал Дженнертон? — право первой ночи. Сделай сам. Это был единственный оставшийся человеку способ поддерживать чувство собственного достоинства.

Каррен начал по вечерам пропадать на различных семинарах и возвращался домой за полночь, да и тогда сразу же шел в свою мастерскую в подвале.

Электронная мышеловка.

Скворечник с паровым отоплением.

Разборное каноэ для летнего пешеходного туризма.

Чудовищный книжный шкаф со встроенным устройством, удаляющим пыль.

Двенадцатиструнная гитара.

Каждую новую штуковину Каррен с гордостью показывал своей жене, а потом заманивал в гости Дженнертона, чтобы произвести на него впечатление. Но этого ему никогда не удавалось.

У удаляющего пыль книжного шкафа была тенденция глотать порой вместе с пылью и парочку книг.

— Да разве это имеет значение? — протестовал Каррен. — Ну что такое книга-другая?

Но Дженнертон легко исправлял это парой движений плоскогубцами, а Каррен мысленно рвал на себе волосы.

Затем что-то случилось с детектором электронной мышеловки, и она по ошибке схватила робопса, вызвав серьезные необратимые изменения в нервных системах обоих роботов. Пришел Дженнертон. Весело улыбаясь, разъединил бедолаг и исправил поломку, одновременно объясняя Каррену, точнее, Неудачнику Каррену, как он теперь себя называл, а то и просто Неудачнику, что нужно делать, чтобы избежать подобных случайностей.