Роберт Силверберг – Логовище дракоптицы (сборник, том 2) (страница 38)
Как раз на Веллиране со мной и произошло нечто подобное.
Сам я с Земли, родился не на одном из внешних миров, а прямо на Материнской планете, Родине всего Человечества. Хотя вряд ли это что-нибудь значило. На Земле борются за выживание бесчисленные уже миллиарды населения, поэтому я, как и многие другие, предпочел улететь во внешние миры, где, как я тогда думал, можно жить свободно, счастливо и дышать свежим воздухом.
Так я попал на Веллиран. Веллиран находится в системе Поллукса, это большая, хотя и не очень плотная планета, так что сила тяжести на ней равна земной. Я обосновался на ней, прожил там восемь лет и, вероятно, жил бы и до сих пор, если бы не события, которые привели меня на Планету Семь из Звездной Системы А.
Веллиран в основном населен туземцами — гуманоидами с синей кожей, происхождение которых теряется где-то в безграничной Вселенной. Друг с другом они разговаривают на странном плавном языке и держатся особняком, не смешиваясь с землянами, построившими на их планете города. Они имеют какое-то обостренное почитание этики, и мне говорили, что их религия — одна из самых благородных в Галактике. Чего не знаю, того не знаю. Сам я никогда не водился с ними.
На Веллиране я управлял синдикатом по добыче шкур янгов, что приносило мне неплохой доход. Для этого я нанял шесть охотников-землян, которые бродили по материку в поисках восьминогих янгов, а также трех кожевников, четырех заготовщиков и двух упаковщиков. В лучшие времена мой синдикат считался даже средним, я получал по двадцать тысяч кредитов в год прибыли и заказы падали с неба, до тех пор пока земные женщины считали модным покрывать свои плечи мягкими, облегающими черно-белыми шкурками.
Однажды утром я направлялся в банк с недельной выручкой в кармане. Утро было ясное, солнечное, а небо фантастически прозрачное, что и делало Веллиран таким прекрасным. В общем, я был доволен своей жизнью здесь. Улицы на Веллиране никогда не бывают полны народа, так что я видел лишь нескольких тонких туземцев с нежными глазами, да пару землян.
Я до сих пор не знаю, что произошло. У меня было такое чувство, словно меня треснули по голове и ударили молнией одновременно, а потом я вновь оказался на той же улице, и улица была все так же тиха и безмятежна.
Только в правой руке у меня появился украшенный драгоценностями нож, с которого капала ярко-красная кровь. Красная кровь, но не земная, для земной она была слишком уж яркой. О нет. Единственными существами в Галактике, кровь которых была красной, как пламя, являлись как раз туземцы Веллирана.
И один из них лежал у моих ног, выглядя мирным даже после смерти. Вот только умер он вовсе не мирно. Его синее тельце было изрезано ножом. Ножом, на который я тупо глядел.
Естественно, чуть позже меня потащили в суд. Появившийся полицейский прошелся туда-сюда, пока я стоял с ножом в руке, так что все следствие не заняло и шести минут. Судебное разбирательство тоже не затянулось. Судья был мне не знаком, что было совсем уж плохо.
Он брезгливо посмотрел на меня со своего возвышения.
— Подсудимый Кроуфорд, вы убили веллиранина прямо среди белого дня. У вас есть какие-нибудь объяснения этого преступления?
Я поморгал.
— Нет, Ваша Честь.
А что я еще мог сказать? Что толку спорить, если меня застали с окровавленным ножом в руке.
— Данное преступление находится вне юрисдикции земного суда на Веллиране, — сказал судья. — Но разумеется, это не означает, что вы останетесь безнаказанным.
Я уставился на него.
— Но я этого не делал. Скорее всего, это был не я.
— У веллиран есть свои способы добиться справедливости, — сказал судья. — И мы порекомендуем применить их к вам.
После чего меня отпустили.
Несколько минут я стоял возле здания суда, глядя в прозрачное небо и думая о том, как так вышло, что вся жизнь полетела ко всем чертям всего лишь за полчаса. Выручка все еще лежала у меня в кармане. Две тысячи кредитов, обеспеченных платиной с Земли. Но теперь я не собирался класть их в банк. Мне они самому теперь понадобятся. Причем очень скоро.
Кто-то явно подставил меня, но было бессмысленно кого-либо убеждать в своей невиновности. Веллиране не смогли бы понять, как это — подставить другого под преступление, которого он не совершал. Для них было все ясно: я убил их соотечественника, поэтому должен умереть. Так работала справедливость по-веллирански. И я знал, что способы ее исполнения весьма неприятны.
Однако я нашел человека, который мог мне помочь. Звали его Джеффри Халлан, и он был Экспедитором. Он упрощал людям жизнь.
Это был маленький косоглазый человечек с острым носиком и бледным лицом.
— Вы и правда не убивали туземца? — спросил он.
— Честное слово, нет. Если только у меня не возникло вдруг временное помешательство и теперь я ничего не помню.
Халлан пожал плечами.
— Ну, большого значения не имеет, убили его вы или нет, верно? Веллиране заинтересованы в том, что
— Так и есть. — Я взял банковскую упаковку, отсчитал банкноты и шлепнул их ему на стол. — Вот две тысячи, Халлан. Вы можете тайком увезти меня с Веллирана?
Он взял бумажки, пролистал их, изучая порядковые номера, потер подушечкой пальца по портрету в середке, затем сказал:
— Возможно.
— Возможно?
— В городе стоит корабль Космической Разведки, он должен стартовать нынче вечером. На предыдущей планете погиб их эколог, и они попросили меня найти нового. Я связался со штабом Разведки и попросил, чтобы они привезли замену. Его зовут Пол Маркхэм, и он уже в городе.
— Ну и?..
— Предположим, — сказал Халлан, — я проведу на борт вместо Маркхэма
— Меня? Но ведь я не эколог! Я понятия не имею о...
— Да, не имеете, — холодно улыбнулся Халлан. — Все, что вам нужно сделать, так это попасть на борт корабля. Они направляются в неизведанные территории в области Андромеды, и если вы сумеете таким образом совершить гиперпространственный перелет, то будете спасены. Они не будут проверять ваши документы. Если возникнет проблема, я что-нибудь придумаю. А на обратном пути вы просто останетесь на какой-нибудь планете и смените себе имя. Галактика велика, веллиране не побеспокоят вас.
— А что будет с настоящим Маркхэмом?
— С ним? Он опоздает на корабль, только и всего. Есть масса способов задержать человека.
Три луны Веллирана висели высоко в небе, заливая все оранжевым светом, когда я попал в космопорт. Весь предыдущий день я провел у Халлана. Я переписал на него все свое имущество и перевел деньги со счета. Когда я вернусь из исследовательской экспедиции, он передаст их мне в моем новом мире. Нельзя сказать, что я так уж доверял ему, но при данных обстоятельствах был рад убраться с Веллирана живым.
Он сам привез меня на космодром, где в слабом лунном свете блестел высокий тонкий корабль. Халлан самолично проводил меня до лифта, поднимающегося в шлюз.
— Ну что ж, путь вам открыт, Кроуфорд... простите, Маркхэм. Летите себе спокойно и не возвращайтесь сюда.
— Спасибо вам, Халлан. Спасибо.
Я сел в лифт и поднялся на корабль. Там меня уже ждали человек восемь-девять.
— Я Маркхэм, — сказал я. — Новый эколог.
— Добро пожаловать на борт, — ответил человек в синей с золотом форме. — Я капитан Хендрин. А это команда, с которой вам предстоит работать.
Он быстро представил меня всем: биологу, медику, антропологу, ботанику, химику и так далее — обычный состав группы Звездной Разведки.
— Мы направляемся в систему Андромеды, как вы, возможно, уже слышали, — сказал капитан Хендрин. Нам предстоит стандартная шестимесячная экспедиция. Начнем мы с системы звезды А. Наша задача — исследовать как можно больше миров за отведенный период времени.
Я усмехнулся, стараясь выглядеть настоящим ученым.
— Рад оказаться у вас на борту, капитан.
Постепенно я приспосабливался к жизни на корабле и к своей новой профессии. Фактически, это было не так уж и трудно. Дела Звездной Разведки частенько описывались в художественной литературе, и из тех же книг я знал о корабельной жизни. Разумеется, я совершенно не разбирался в экологии, но, читая микрокниги из корабельной библиотеки, начал постепенно входить в курс.
А самое главное, я живым убрался с Веллирана.
Я не знал, кто подставил меня и зачем, и даже не надеялся когда-либо узнать, но все это осталось в прошлом. Я попал в ситуацию, когда мне пришлось покинуть обжитую уже мной планету, и смысла не было спорить о правах, ошибках, подставах и моральной стороне всего этого.
Полет занял три недели — первые два дня на стандартных ионных двигателях, а затем, когда корабль вышел из системы Поллукса, переход с душераздирающим визгом в гиперпространство. И три недели в небытии, вне всякого пространства-времени, пока корабль буквально проглатывал расстояние.
Затем мы покинули нашу Галактику и оказались в Андромеде. Вокруг светили такие же яркие звезды. Первые несколько минут после того, как мы возникли в обычном космосе, я во все глаза смотрел на экране на эту звездную необъятность.
При этом я думал о том, насколько ужасающе велика вселенная. Мы летим исследовать соседнюю галактику величиной с нашу собственную, а кругом бесконечная ночь, и подобных галактик неисчислимое количество, миллионы и миллиарды, и в каждой галактике тысячи миллиардов звезд. Человечество могло до конца времен посылать корабли Разведки и все равно не иметь возможности хотя бы раз побывать на каждом из миров.