Роберт Шекли – На суше и на море - 1963 (страница 123)
Через два месяца из куколок выходят первые рабочие муравьи и сейчас же принимаются за обработку запущенного самкой сада (она подрезала грибницу только по краям). Освобождают ее и от других забот: от ухода за яйцами, личинками. Все внимание самка обращает теперь на воспроизведение потомства. Снесенных яиц никто больше не ест: все муравьи питаются кольраби, и муравьиная семья быстро растет.
На восьмой-десятый день после своего появления на свет рабочие муравьи вскрывают закупоренный землей наружный ход, и первые отряды заготовителей отправляются в поход за свежей листвой.
Термиты — самые удивительные создания в этом удивительном мире, так утверждают некоторые их исследователи. Живут они под землей или над землей, но в сооруженных из земли термитниках и галереях, не выносят света; их нежные тела лишены красок, бледны, как призраки. Люди, не сведущие в зоологии, называют термитов «белыми муравьями». Но это не муравьи: совсем особенные насекомые[16], хотя и живут они, подобно муравьям, большими семьями, которые организованностью своей и совершенным разделением труда между членами общины напоминают хорошо устроенные государства.
Термиты — бич тропических стран. В ненасытных желудках «белых муравьев» исчезают тонны строительного дерева. Термиты едят древесину — продукт столь же малопитательный, как и бумага. (Едят, впрочем, и бумагу!)
Как им удается все это переварить?
Ученые, которые занялись исследованием пищеварения термитов, сделали поразительные открытия. Оказалось, что в «животе» у них, в особых карманах и ответвлениях кишечника, обосновался целый мирок микроорганизмов: тут и инфузории, и жгутиконосцы, и бактерии. Более двухсот различных видов простейших животных и растений! Все вместе весят они иногда почти половину термита! Микроорганизмы и переваривают клетчатку в кишечнике у термита (как в бродильном чане!). Превращают ее в сахара, которые усваивает затем организм насекомого.
Если накормить термита пенициллином, то обитатели его кишечника умрут, а потом умрет и термит, но не от пенициллина, а от голода.
Переваривая с помощью микросожителей клетчатку, термит получает в пищу лишь различные углеводы. А какими же путями получает он белок, который ему необходим, как и всякому живому существу?
Разными. Во-первых, кишечник термита частично переваривает, очевидно, своих кормильцев — бактерий и инфузорий, во всяком случае, отмирающий «рабочий персонал» бродильного чана.
Кроме того, среди многочисленных поселенцев кишечника термита обнаружены и чудо-бактерии, способные приготавливать пищу из воздуха — поглощая газообразный азот, они превращают его в белковые соединения. Третий источник пищевого протеина — кожа, шерсть, помет птиц и зверей, трупы насекомых и мертвые термиты, которых жадно поедают термиты живые.
Но этого мало. Ведь община термитов слишком велика.
Чтобы накормить всех и в первую очередь личинок, молодых братьев и сестер, и самку с самцом[17], родоначальников семьи, термиты разводят грибы.
Взрослые термиты — рабочие и солдаты — грибов не едят, однако продукты грибного меню, полупереваренные другими термитами, снабжают и их организм белковой пищей. Ведь все обитатели термитника — и личинки, и рабочие, и солдаты, и самец с самкой — представляют, по сути дела, один… общий кишечник, разделенный лишь в пространстве на отдельные отрезки, заключенные в теле каждого термита. Дело в том, что любой, даже ничтожно малый кусочек пищи не переваривается полностью в кишечнике только одного какого-нибудь термита. Нет! В виде отрыжки, выпота на брюшке и других выделений пища, словно эстафета, передается от одного термита к другому и заканчивает все стадии переваривания не раньше, чем побывает в животе у многих термитов. Поэтому в термитнике нет сытых и голодных, одним обедом здесь насыщаются попеременно все. Здесь даже не чародей может накормить «семью хлебами» тысячи алчущих ртов. Поэтому продукты, поставляемые грибами, достаются в конечном счете всем термитам.
О том, что термиты разводят грибы, ученые узнали на сто лет раньше, чем были исследованы первые грибницы в муравейниках листорезов. Однако грибные сады термитов изучены хуже муравьиных. Термиты ведут более скрытый образ жизни, и за ними труднее наблюдать.
Генри Смитмэн, один из первых исследователей термитов, почти двести лет назад подробно описал гнездо так называемого воинственного термита.
В основании оно округлой формы, кверху заканчивается острым конусом двух-трехметровой высоты. В центре термитника, приблизительно на уровне земли, помещается брачная камера — резиденция «царствующей» четы.
Ее защищают очень толстые стены, пронизанные узкими отверстиями. Ходы ведут в располагающиеся вокруг комнаты с расплодом. Эти комнаты окружены со всех сторон еще одним ярусом сооружений — грибными камерами. Они крупнее всех других помещений — самые маленькие с лесной орех, самые большие с человеческую голову.
Каждую темницу почти до потолка заполняет пористая масса соответственно удобренной[18] и переработанной древесной трухи с переплетающими ее гифами грибов. Многократно ветвясь, гифы образуют на концах веточек вздутия, похожие на кольраби муравьев. Плодовые тела, то есть обычные грибы — шляпки на ножках, вырастают лишь в заброшенных термитниках; в гнездах же полных жизни, рабочие термиты, а особенно молодь, постоянно, как и муравьи-листорезы, подрезают разрастающиеся вверх ветви грибницы.
Самки муравьев-листорезов, улетая из родительского гнезда, прячут «за щекой» грибную рассаду.
Вопрос этот окончательно не решен. По-видимому, самец и самка (у термитов они вдвоем роют первые галереи нового гнезда) уносят частицы грибницы в своих кишечниках. Возможно также, что споры грибов приносят из леса в гнездо рабочие термиты. В некоторых недавно основанных термитниках ученые не находили грибов, но позднее они разрастались здесь в изобилии.
Все сорта пищи, которую потребляют на земле живые существа, можно разделить на три большие группы: жиры, белки и углеводы.
Что такое жиры, всем известно. Углеводы, как показывает их название, состоят из углерода, водорода и кислорода и после переваривания распадаются на различные сахара. Белки — очень сложные, содержащие азот органические соединения* Жиры и углеводы — энергетическая база нашего организма. Это горючее, которое потребляет мускульная машина. Белки (и частично жиры) несут конструктивные функции. Они основа жизни, ее носители, материальная база, из белков в основном сложено наше тело. Поэтому ни одно животное в мире, особенно растущее, не может существовать без белковой пищи. Но удивительное дело: науке известно немало видов насекомых и моллюсков, питающихся, казалось бы, исключительно углеводами — клетчаткой древесины. Это термиты, жуки короеды, сверлильщики, древесные осы, корабельные черви и другие пожиратели дерева. Их однообразная и малопитательная диета всегда ставила в тупик биологов. Многие из этих животных с самого рождения питаются лишь клетчаткой и, однако, отлично растут: их тело наращивает белковую массу. Очевидно, есть у этих древоедов какие-то не известные еще нам источники питания. Но какие?
Термиты, например, восполняют белковый дефицит, разводя и поедая грибы.
Когда был установлен этот поразительный факт, ученые, естественно, решили поискать грибные поселения и в жилищах других древоедов.
Тщательно обследовали высверленные в древесине гнезда жуков короедов. Многие натуралисты сочли это обследование пустой тратой времени: даже муравьиное садоводство казалось тогда (да и сейчас!) чудом из чудес, в которое не сразу поверили. А муравьи ведь очень «интеллигентные» насекомые. По сравнению с ними жуки короеды — просто неотесанные увальни. Всю жизнь они тупо грызут древесину, не помышляя ни о каких садах…
Но оказалось — не такие уж они простаки, эти жуки.
Еще в 1836 году натуралист Шмидбергер сообщал, что личинки непарного короеда, небольшого черного жучка (у нас он обитает почти всюду), едят не дерево, а беловатые, похожие на сметану обрастания на стенках ходов, которые матка прогрызла в древесине дуба. Что это за «сметана», Шмидбергер не знал. Позднее установили, что это грибы! Нигде, кроме жилищ короедов, они не растут.
Когда молодые самки короедов, выбрав подходящее дерево, выгрызают под корой ветвистые галереи, на их стенках разрастаются бледные бархотки грибного мицелия. Гифы грибов глубоко проникают в дерево — на пять миллиметров, а на их свободных концах созревают «плоды» — богатые протоплазмой вздутия, похожие на кольраби муравьев.
Однако долго не удавалось установить, как переносит самка короеда грибные «семена» с одного дерева на другое. Лишь недавно, в 1956 году, немецкий исследователь Франко Гросман обнаружил на теле жучка между кольцами хитиновых доспехов маленькие карманчики. Он назвал их грибными депо. Вылетающая из родительского гнезда самка уносит в них микроскопические кусочки грибницы, чтобы посеять ее на новом месте. Особые железы выделяют в набитые грибами карманчики жидкость, богатую белком и жирами. Это питательный бульон, на нем разрастаются грибы, как на агар-агаре в микробиологических лабораториях.