Роберт Сальваторе – Звёздный анклав (страница 81)
Ей потребовалось немало времени, чтобы оторвать взгляд от этого чарующего зрелища, и поначалу она смущённо покачала головой, пока не заметила, что Илина терпеливо ждёт её и трёх её товарищей, точно так же глазевших на открывшийся вид.
- Сиглиг, - сообщила им Илина. – Здание правительства и великая библиотека эвендроу.
Они прошли по улице и поднялись по ступеням, часто останавливаясь, чтобы осмотреть барельефы, вырезанные в треугольном фасаде крыши, поддерживаемом шестью колоннами. Эти панели отличались немалым контрастом. Некоторые изображали битвы, в основном с великанами, а другие говорили о любви и о танце, о столь очевидном в Каллиде контрасте.
Возвышенное и низкое, радость и борьба.
Как каззкальци, подумала Кэтти-бри, вспомнив, как войско Боскейла остановилось в финальной битве, хотя это стоило им шанса на гол или даже на победу – чтобы поднять свои голоса в честь чемпиона их соперников.
Как и сама Аззудонна, как и все остальные солдаты четырёх армий со сломанными носами, выбитыми зубами и другими следами битвы, которые они носили, несмотря на возвратившуюся магию, позволявшую снова стать столь прекрасными дроу. Жрецы лечили только самые серьёзные раны, полученные в чётырёх битвах каззкальци.
Они были народом радости и красоты в краю, что требовал от них свирепости и силы.
Великие двери Сиглига были открыты, по бокам стояли стражники, молчаливые и неподвижные, как колонны, в роскошных пурпурных жилетах поверх обычных для Каллиды чёрных одеяний из тюленьей кожи. Их алебарды были из отполированного дерева, увенчанного трёхсторонним наконечником из синего льда: острый шип сверху, топор спереди, и молот с другой стороны.
Стражники даже не взглянули на прошедших мимо пятерых спутников. Илина повела их в лабиринт коридоров и небольших помещений, все – с мягким освещением, с гобеленами на стенах и картинами, выполненными в том же стиле, что и панели на крыше снаружи. Коридоры были усеяны многочисленными альковами, и в каждом стояла статуя или бюст какого-то эвендроу или просто фигура – некоторые обнажённые, другие скудно одетые, третьи – в парадном облачении. Были здесь и дварфы-курит, и орки, и люди-улутиуны, собранные в неподвижном и безмолвном чествовании.
Каждый из друзей, даже Энтрери, то и дело останавливался, чтобы рассмотреть ту или иную работу.
Кэтти-бри пришло в голову, что в это здание могла бы уместиться половина лусканских доков или Кровоточащие Лозы целиком, но всё равно, каждый его уголок, каждый дюйм стены, каждая лестница и дверь были с любовью украшены резьбой, одновременно функциональной и бесспорно красивой, провоцирующей эмоции и глубокие размышления.
Наконец они подошли к большим двустворчатым резным дверям, по бокам которых стояли двое стражников, одетых и оснащённых так же, как стража снаружи, а прямо перед дверями стояла пара эвендроу, полностью одетых в фиолетовое с серебряной каймой, на каждом – единственная белая перчатка, на левой руке у привратника справа и на правой руке у привратника слева.
Они одновременно поклонились и повернулись, каждый взялся за дверную ручку и открыл дверь. Они не моргали, не делали движений, кроме необходимых для этого ритуала, и не проронили ни слова.
Пока товарищи не прошли мимо, и тогда один из них прошептал: «
Застигнутая врасплох, Кэтти-бри резко обернулась, и эвендроу с улыбкой подмигнул ей, прежде чем вернуться в прежнее непроницаемое состояние.
Помещение перед ними было самым крупным из всех, что они видели до сих пор, и прекрасно соответствовало остальному зданию. Очевидно, это был сам Сиглиг, место встречи того, что называлось Светским созывом. Зал был прямоугольным, только стена напротив входа изгибалась полукругом вокруг поднятой платформы. Вверх по этому изгибающемуся фасаду поднимались скамьи, и там сидели дюжины эвендроу и немало представителей других трёх народов Каллиды. Кэтти-бри мгновенно догадалась, что надетые на них пояса повторяют цвета, которые она видела в каззкальци у армий четырёх округов, и хотя представители не были разделены на отдельные группы, она вскоре поняла, что количество каждого цвета совпадает по пропорциям с числом зрителей каззкальци, а значит – и с населением каждого округа.
На центральном подиуме стояла мона Валрисса Жамбоуль в своих величественных одеяниях, а по бокам от неё – два инквизитора, которые говорили с товарищами, когда они впервые прибыли в Скеллобель. Третья из троицы, Галата, стояла перед подиумом на первом ярусе.
Когда их пятёрка вошла, Галата повернулась к ним и указала на кресла из белого льда, установленные на полу в нескольких шагах перед подиумом.
Илина повела товарищей туда и уселась с краю, дав остальным знак рассаживаться.
Как только они уселись, мона Валрисса трижды громко хлопнула в ладоши, призывая Светский созыв к порядку, и представители расселись на многочисленных ярусах арены.
- Добро пожаловать в Сиглиг, - сказала им мона Валриссы. – И на наше собрание, Светский созыв. Знакомая вам святая Галата будет говорить за эту скамью и эту галерею, но позвольте сначала заверить вас, что это – не допрос и не судилище. Все те, кто находят Каллиду, должны предстать здесь перед нами. Это необходимая формальность и открытая дискуссия о вашем будущем выборе, ничего больше.
- И будьте уверены, что мы хорошо осведомлены о ваших действиях во время пребывания здесь и о вашей помощи. Это собрание благодарно вам за указание нашим воинам на инкубатор слаади, и впечатлено тем, что вы возглавили эту битву. Ваши подвиги не остались незамеченными.
Она замолчала и тепло улыбнулась им, и Кэтти-бри решила, что улыбка искренняя.
- Святая Галата, - попросила мона Валрисса.
- Надеюсь, вы все успели отдохнуть после нашей великой экспедиции, - начала паладин. – То, что вы не сообщили нам о вашей встрече с великанами и слаадом – поступок, который мы поняли и простили, поскольку вы более чем исправили причинённый вред.
- Так что я должна повторить слова Моны Валриссы: это не допрос. Я сомневаюсь, что вы удивлены нашей осторожностью в Каллиде, или что вы не знаете о цели этого собрания. Я проведу вас через этот совет. Мона Валрисса может брать слово, как и другие по её разрешению, если у них есть важное дело для обсуждения с вами, но пожалуйста знайте, что вы не среди врагов и не среди судей. Кроме меня и вас самих никто из присутствующих не может заговорить с вами без разрешения Моны Валриссы. Любые вопросы, любые дополнения, всё, что вы хотите сказать – прошу вас…
- Я понял, - оборвал её Артемис Энтрери.
Кэтти-бри с остальными резко повернулись, чтобы уставиться на мужчину – никто не ожидал, что изо всей их группы вмешается именно он. Но по мере того, как Энтрери продолжал, Кэтти-бри поняла, что его несколько грубое вмешательство в речь Галаты произошло ради того, чтобы оценить реакцию совета, а не потому что его мысли не могли ждать. Кроме того, она знала, что в подобных обстоятельствах всегда сложнее всего сделать первое замечание. Намеренно или нет, Энтрери только что нарушил эти эмоциональные чары молчания, охватившие их всех в этом пугающем месте. И за это Кэтти-бри была ему благодарна.
- Я хочу сказать, что понимаю вашу цель, - продолжал он. – Здесь есть сходство с обетом, который моя спутница Кэтти-бри приняла от вас. Это продолжение того, что вы считаете необходимым для безопасности Каллиды. Мы можем уйти, но только на ваших условиях.
Галата кивнула. Кэтти-бри заметила, что в аудитории никто не охнул и не удивился, не казался возмущён резким вмешательством Энтрери. Хороший знак.
- Выбор, перед которым мы вынуждены поставить вас в ближайшее время, довольно прост, - объяснила Галата, - и одновременно – не так прост, как кажется. Вы можете остаться здесь, выбрать себе округ и поселиться все вместе в одном доме – или по отдельности, в любом сочетании по вашему выбору. В скором времени, возможно уже в Зарождение Зелени, вас примут в ряды полноправных каллидцев, с правом голоса здесь в Сиглиге, со всеми возможностями стать тем, кем вы хотите, и добиться чего угодно – в искусстве, в битве или в управлении городом.
Она сделала паузу и улыбнулась им четверым.
- Надеюсь, ваш выбор будет именно таким.
- А если нет? – довольно бесцеремонно поинтересовался Энтрери.
- Тогда вы все уйдёте, - ответила мона Валрисса, опередив Галату. – Когда решите и когда будете способны. Зима становится всё суровей. Холод и снег не отступят. Предупреждаю, за нашими границами – холодная смерть.
Она посмотрела прямо на Кэтти-бри и добавила:
- Если, конечно, вы не приготовили волшебное путешествие.
- Но обсуждать это мы будем в конце собрания, а не в начале, - решила мона Валрисса. – Необходимо решить другие вопросы, прежде чем вы примете решение. В любом случае, спешить здесь некуда. В грядущие часы и дни вы можете свободно гулять по улицам Каллиды – с единственным условием, которое мы вынуждены поставить.
- Продолжение подавляющего магию обета, - сказала Кэтти-бри. – Я согласна, и заверяю вас, что в нашем отряде только я могу воспользоваться магией эвакуации – или отправить магическое послание.