Роберт Морра – Да будет Кот! (страница 2)

Волки отстали, хотя в процессе погони они уже почти было настигли Настю, ещё до конца не привыкшую к звериному облику. Она буквально слышала их горячее и отрывистое дыхание за своей спиной, как вдруг произошло чудо. Волки вдруг начали отставать, а потом и вовсе куда-то испарили. Как будто бы кто-то властный приказал им прекратить преследование или же они… просто испугались чего-то.

А чего ж хищные звери могут испугаться в родном лесу? Настя попыталась ухватиться именно за эту мысль, посчитав её спасительной. Ведь ежели вычислить то, чего боятся столь опасные монстры, можно вполне успешно козырять этим знанием для того вероятность собственного выживания существенно возросла.

«Я же к окраине бежала, когда они сгинули, – старательно вспоминала девушка,а – стало быть, эти звери опасаются приближаться к краю леса, а значит и жить могут только в глуби леса».

Эта догадка весьма порадовала Настю. Она даже слегка гордилась тем, что будучи волком ещё при прошлом обращении, могла спокойно разгуливать по городу. Да и сейчас – лично её на краю леса ничто не пугало. Видимо, она действительно, какая-то не такая… оборотень не от мира сего. Волчица попыталась улыбнуться – получилось не очень.

И вдруг на самом краю, в зарослях молодняка, что-то зашевелилось.

Настя застыла на месте. Казалось, будто её свежеобретённая шерсть сейчас встанет дыбом, а лапы просто-напросто откажутся нести звериное тело.

Неужели кто-то из хищных оборотней посмел не испугаться окраины и проследил за девушкой? В этом случае вся её теория рассыплется в прах, а прямо сейчас придётся вновь бежать со всех ног, которых Настя уже почти не чувствовала.

Но в этот раз страхам было не суждено сбыться. Из зарослей раздалось тонкое и жалобное «Мяу!» и навстречу волчицы выкарабкался тощий белоснежный котик.

Девушка уставилась на зверька, не совсем понимая – как он оказался в этом забытом всеми лесу и что с ним делать.

– Не ешь меня, – молвил вдруг кот вполне человеческим голосом.

Волчица не ответила. Она продолжала молча смотреть на собеседника и не представляла, что ей делать дальше – то ли встревать в беседу с усатым, то ли просто-напросто игнорировать наглеца и бежать дальше.

Однако в течение нескольких минут Настя так и продолжала молча взирать на кота, почему-то не решаясь даже сдвинуться с места. По какой причине происходил такой странный эффект, она, как ни странно, не могла догадаться, да и, если честно, даже не думала об этом. Если честно, как вспоминала она позже, в течение этих нескольких минут она вообще не думала ни о чём и не желала думать.

Кот же, как уставился изначально на хищницу круглыми глазами – одновременно наглыми и жалостливыми – так и продолжал глядеть точно так же, ни на секунду не отводя взгляда. И, наконец-то, спустя эти минуты, именно кот нарушил молчание:

– А меня Муськой звать, – и добавил, – а тебя?

И только в следующий миг к Насте вернулась способность думать. Хотя, она даже не отдавала себе отчёта в том, что «вот сейчас к ней вернулась способность думать осмысленные мысли». Нет, просто в следующий миг она начала размышлять особенно старательно и последовательно.

«А может и правда его съесть? – думала волчица, и вдруг заметила, что котик презрительно фыркнул, как будто прочитал мысли, – да чего там есть-то? На два укуса зверёк, да ещё и шерсти полный рот будет… да и не голодна я вроде».

Зверёк насмешливо фыркнул, а Настя, искоса поглядывая на него, продолжала размышлять:

«А ведь это говорящий кот! – внезапная догадка посетила волчицу, – говорящий, а значит волшебный кот! А что если попробовать откупиться им от колдуна? Ведь существо, с которым можно вечерами вести заумные беседы, наверняка гораздо ценнее вечно сбегающего оборотня… А тут, глядишь, котяра ещё и учёным окажется – сказки и песни слагать на цепи научится!»

Муська округлил свои и без того большие глаза.

«Нет! – чувство жалости неожиданно пробралось в душу Насти, – разве я посмею отдать такого красавца на растерзание душегубу?! Никакие песни и сказки тому и задаром не нужны… Да и от меня он вряд ли отстанет в любом случае. Теперь я обречена навеки на рискованное существование с оглядкой. Прогнать нужно котика прочь от себя подальше, дабы не навлечь опасность на невинное существо».

Кот заинтересованно наблюдал за волчицей.

«Сейчас прямо так и скажу, – решила Настя, – иди-ка ты прочь по добру и здорову…этот… как его… Му…Стоп!»

И тут внезапная догадка пришла ей в голову.

«А зачем он спросил, как меня зовут?! Я же волк, а волки, как правило, имён не имеют. Если они конечно не человеки, превращённые в волков! Неужели котяра что-то знает?»

– Ну и что ты смотришь на меня, как пингвин на кенгуру? – усмехнулся Муська, – котов что ли первый раз видишь. Так вот знай теперь, какие мы симпатяги! – и отчётливо мурлыкнул при этом.

– Котов я знаю, – наконец-то решила заговорить Настя, да только голос, как назло получился каким-то дрожащим и слишком уж тихим, – меня удивляет то, почему ты так бесстрашно разговариваешь с волком… я же волк, хищник с острыми зубами… да, и вообще, почему ты разговариваешь.

– Ну, во-первых, – котик задрал заднюю лапу, которую принялся самым непосредственным образом вылизывать, умудряясь при этом вести диалог, – никакой ты не волк, а во-вторых, почему бы мне не поболтать на досуге. Пусть даже с таким невнятным собеседником.

– Почему же не волк?! – Настя старательно оскалилась и попыталась даже порычать, ответом на что послужил саркастический взгляд собеседника.

– Послушай… кхм… волк, – потянулся котик, – если бы ты была волком, ты бы попросту никаких бесед поддерживать не стала, а просто слопала бы меня без разговоров, но ты не волк, а… человек, прикидывающийся волком, и даже не просто человек, а девочка-человек, так ведь… Ну, а разговаривать могут все животные. Если бы ты была волком, ты бы знала об этом.

– Ну тогда почему волк не стал бы разговаривать, ведь перед едой и поболтать можно, – удивилась Настя, – и как ты угадал то, что я девушка?

– Не расстраивай меня, это же очень просто! – взмолился было Муська, – разговаривать могут, конечно, все животные, однако у каждого вида свой, как бы это выразиться, диалект. Зачастую один вид не пожелает, да и не сможет просто-напросто общаться с другим. А волки, так и подавно, только перешептываются друг с дружкой, так что по сути их никто и не слышал никогда. А вот человек заколдованный сразу начнёт болтать со всеми, акцентируя внимание на именах, почему-то. Ну, а то, что ты дамочка, и так с первого взгляда понятно. Это вы – люди – не умеете отличить котика от кошечки, потому и именуете иногда серьёзного мужчину девчачьим именем Муська. Мы же вас различаем и с закрытыми глазами.

– Не знала, что вы, кошки, столь умны и интересны, – Настя усмехнулась, сверкнув клыками, – но ведь ты понял то, что не настоящий волк ещё до того, как я заговорила с тобой…

– Конечно, – презрительно фыркнул кот, – подбежала и уставилась на меня круглыми глазами. Не, волк сожрёт, и только потом подумает, кто это. Но об этом мы уже вели беседу.

Муська выгнул спину, потянувшись, после чего старательно вытряхнулся и подытожил:

– В общем, очень повезло тебе…– кот нахмурился, вопросительно взглянув на волчицу.

– Настя, – подсказала та.

– Настя, – повторил кот и продолжил, – повезло тебе, ибо коты умеют понимать и общаться с любым из видов живых существ, включая и человеков… заколдованных, – добавил он.

– Как это здорово, – искренне восхитилась волчица, – что же мы предпримем, о мудрейший Муська?

Кот наконец-то полностью выбрался из объятий колючего кустарника, немного покрутился на месте, и решительно разлёгся на траве, подставляя лучам солнышка, так удачно просочившимся сквозь листву окраинных деревьев, свой упитанный белоснежный бок.

– И почему ты думаешь, – лениво промурлыкал он, – что я намерен что-либо предпринимать вместе с тобой?

Волчица округлила глаза. Она была уверена, что после услышанного вся её шерсть мгновенно стала мокрой от пота, а лапы начали подкашиваться. Хотя волки вроде бы и не должны потеть.

– Но ты же сам… – неуверенно залепетала она, заикаясь на каждом слове, – кот, понимающий и разговаривающий… заколдованный человек.. я… девушка… повезло мне…

Настя обнаружила, что от волнения даже не может сформулировать фразу должным образом.

– Всё так, всё так, – невозмутимо согласился кот, каким-то образом поняв, что имела в виду его собеседница – но почему из этого должны следовать какие-то наши совместные действия? Ты заколдованная девочка, я обычный кот. Нам повезло поболтать, поболтали и разошлись каждый в свою сторону, так ведь?

– Нет, не так, – Настя даже попыталась оскалиться, – никакой ты не обычный кот, а очень умный, хоть и вредный. И наверняка ты уже догадываешься, как мне помочь! – требовательно заявила волчица, однако после этого заметно смутилась и повторила фразу с более мягкой интонацией, – ты же догадываешься, как мне помочь?

– Даже если так, – мурлыкнул Муська, – допустим, догадываюсь, – и, слегка сощурив свои большие глаза, добавил, – ну, а мне-то какой прок от того, что я помогу тебе? Подставляться за просто так на съедение голодным волкам не входило в мои планы.

– Напротив! – горячо возразила Настя, – ты будешь чувствовать себя гораздо в большей безопасности, если во время перемещения по этому проклятому лесу тебя будет сопровождать грозный зверь, пусть даже на самом деле это и не зверь никакой! Но не всем же об этом известно…