Роберт Хайнлайн – Погоня за панкерой (страница 104)

– Хорошо, сэр. Пусть будет полный официоз. В этом случае нам понадобится не меньше часа – достать одежду из «Гэй Обманщицы» и одеться внутри, если она стоит правильно.

– Стоит.

– Отлично. Я выведу ее из вашего корабля позже. Если вы не собираетесь покинуть Главную Базу сразу после того, как мы сойдем на берег.

– Нет, нас сменил патрульный корабль «Пучеглазая Сова», а моей команде дали увольнительную на несколько дней. Капитан Картер, если вы доверитесь мне, то ваш корабль будет с предельной осторожностью безынерционно перемещен в удобный и безопасный ангар. Сейчас она абсолютно неподвижна относительно Главной Базы, и чтобы уж точно не побеспокоить ваши инструменты и приборы, «Гэй Обманщица» будет перемещена точно в том же расположении, что и сейчас. Под «безопасным ангаром» я имею в виду такой, что не будет поврежден, даже если сама Главная База превратится в расплавленный металл и камень. Это самое защищенное место в галактике. Поверьте мне, сэр, после того что вы мне показали, Патруль тоже хочет защитить ваш корабль не меньше, чем вы сами.

– Вы убедили меня. И кстати, что происходит с открытой водной поверхностью в безынерциальном состоянии? Наши туалеты не похожи на ваши.

(Конечно, не похожи, в их «ватерклозетах» на самом деле не было воды. Нечто много лучшее. Хитрая технология, которую я планировал изучить. А несколько литров воды, вылившейся в нашей волшебной ванной комнате, создали бы бардак, но не катастрофу.)

Ленсмену потребовалось необычайно долгое время – для него, – чтобы ответить. Вероятно, пять секунд.

– Если вред такого сорта был возможен, то он уже был нанесен этой ночью. Если так, то я сожалею и предприму все усилия, чтобы исправить.

– Успокойтесь, капитан, я уверен, что ничего не случилось. Просто любопытство. Предполагаю, что мы отправимся сейчас на наш корабль, а когда вернемся сюда, я вам позвоню. Примерно через час, я полагаю.

– Спасибо, капитан Картер. Сейчас девять ноль четыре ноль семь. Давайте условимся встретиться в кают-компании незадолго до одиннадцати?

– Никаких проблем. Если что, я позвоню.

– Зебадия, я испуганна. Я не имею ни малейшего представления, что такое «торжественная встреча». Как нам себя вести? Как одеться? У нас с Хильдой нет нарядной дневной одежды.

– Золотце, прекрати беспокоиться. Торжественно будут встречать нас. Поэтому нам не нужно будет делать ни черта, только стоять в ряд и получать почести. Как только они закончат, я отдам честь, а вы все трое слегка поклонитесь – вот так – чуть наклоните головы. Нет, мы с Джейком отдадим честь… мы уже установили прецедент. И мы с ним носим оружие все время. Язва, ты говорила, что захватила всю одежду Джейка. Там ведь нет военной формы, правда?

– Есть. Парадная.

– Жаль, что я не знал это вчера вечером.

– А мне нет. Папа и так выглядел просто идеально.

– И я так думаю, Зебби.

– Я называю ее «Глупость Джейка». Зеб, когда меня послали в Пентагон, я тешил себя глупой надеждой, что однажды меня пригласят в Белый дом. Или даже отправят туда с поручением. Но после того как я заказал форму, ее ношение отменили. Поэтому я надевал ее только один раз. На бал в честь Дня Армии. Но я в нее теперь не влезу. Слишком широк в талии.

– Джейкоб, у меня есть более свежие данные. Влезешь.

– Да? Но Хильда, дорогая…

– Ш-ш-ш, мой скромник. Тира была готова все перешить, но мы измерили твою талию по дырочкам в ремне на твоем «Сэме Брауне». Эта униформа налезет на тебя, мой стройный герой. Тира лишь отстирала ее и убрала все складки с помощью той волшебной штуки, которую они используют на шелке.

– Я поверю, что она на меня налезет, только когда примерю. Ты захватила обычный ремень? Все-таки «Сэм Браун» – это анахронизм времен Первой мировой.

– Не имеет значения, захватила или нет, Джейк…

– Имеет!

– …поскольку мы создаем собственный стиль и не можем ошибаться. Эта вселенная, по всей видимости, базируется на колоссальной космической опере доктора Э. Э. Смита – или, может быть, наоборот…

– А какая разница, Зебби? Ты все еще зациклен на причинно-следственных связях. Забудь об этом.

– …поэтому она как минимум на два или три столетия в будущем относительно нас… если бы мы были на той же временной оси, но это не так. Поэтому мы не можем ошибиться. Выбери тот ремень, что тебе больше нравится. Но мы с тобой теперь всегда при клинках.

– Зебби, а почему мы с Дити не сможем носить наши красивые кинжалы?

– Никакой, если вы хотите. Хотите?

– Пока думаю над этим, дорогой, просто обдумываю.

Мы потратили больше времени на размышления по поводу одежды, чем на само одевание. Я держал мои академические регалии в машине по той же причине, что и униформу – куда вероятнее, что все это понадобится в чужом кампусе, а не в своем, и всегда под рукой, если надо поучаствовать в каком-то официальном мероприятии в своем номинальном качестве профессора. Джейку и Дити не было причин держать мантии, шапочки и все прочее в Уютной Гавани, но три месяца назад они их надели, чтобы посетить церемонию открытия в Логане, а оттуда они отправились прямиком в Гавань, побросав свои мантии на заднее сиденье. В Логан эти мантии оттуда уже не вернулись.

Поэтому мы нарядили доктора Хильду в академическую мантию Дити, и девочки быстренько укоротили ей подол. У Дити широкие плечи, и она на каблуках ростом практически с Джейка. Поэтому его мантия подошла ей хорошо. Капюшон Джейка был велик для Хильды, но эти штуки и не должны сидеть нормально, зато у него имелась роскошная подкладка, золотая и пурпурная. Девочки ее почистили немного и убедились, что выглядит все как надо. Прекрасный контраст с голубой подкладкой капюшона Дити.

Но квадратная шапочка Джейка не желала держаться на Хильде и все время сваливалась. Но ничего, та фабрика степеней, в которой я обретался, использовала мягкие докторские шляпы, напоминавшие четырехугольный шотландский берет – прямиком из Средних веков, хотя университет не настолько стар. Золотая кисточка сочеталась с капюшоном. Иголки, нитки, немного заколок, и Хильда стала выглядеть в нем отлично.

– Тетя Хильда, и что мы собираемся надеть под это?

– Те прекрасные легкие комбинезоны, которые Тира сшила для нас. И наши кинжалы.

– Но они обтягивающие и полупрозрачные.

– Не совсем прозрачные. И вихревые узоры отвлекают внимание как нужно. Прошлым вечером мы показали куда больше кожи. Капитан Зебби сказал, что мы можем создавать собственный стиль. Я собираюсь надеть телесного цвета бюстгальтер с подбивкой, в котором была вчера… так что, если меня попросят снять эту ночнушку, я все еще останусь в рамках приличий. Скажи ей, Зебби.

Я был готов поддержать Дити, но неожиданно сменил сторону.

Она не хотела платье в клеточку, слаксы или джинсы (именно такую одежду она носила в Уютной Гавани), она просто хотела быть уверенной, что камуфляж будет сидеть как надо.

– Дити, девочка, ты не заболела? Пару дней назад я видел тебя рядом с Гэй, одетую только в счастливую улыбку, на виду как минимум пяти сотен мужчин и дюжины женщин.

– Но… но это был Барсум!

– А это – Главная База в другой вселенной, и они знают, что мы явились из другой. Язва права, мы создаем свой стиль и не можем ошибаться.

Мы оделись и вернулись в каюту «Ночного ястреба» еще до десяти тридцати, поскольку никакой разлив внутри Гэй нас не задержал. То ли все эти игры с инерцией никак не влияли на воду, либо наши ванные находились в другом мире – вторая теория нравилась мне больше. У меня нашлось время побриться, пока девочки поспешно перешивали одежду. Я позвонил капитану Смиту и сообщил, что «Гэй Обманщица» не нуждается в его заботе. Потом мы с Джейком порепетировали салют холодным оружием – на счет, сначала вслух, потом про себя, удерживая каждую позицию по два такта – только команда «Клинки… наголо!» – а все остальное в полном молчании. Мы были во всеоружии.

Потом мы порепетировали это, поставив между нами собственных жен. Да, когда Дити стоит слева, я способен вернуть клинок в ножны, не выколов ей глаз – ей они нужны оба.

Без пяти одиннадцать мы появились в кают-компании.

Капитан Смит поклонился нашим дамам, пожелал доброго утра и обменялся с нами рукопожатиями.

– Спасибо за оперативность, капитан.

– Нас ничего не задержало, вода в ванных комнатах не пролилась.

– Правда? Я рад это слышать… и был бы рад посмотреть на этот феномен… позже. Порт-адмирал готов… если вы готовы.

– Мы готовы. Какова церемония, капитан?

– Очень простая. Вы вчетвером сходите с корабля первыми, я следую за вами. Порт-адмирал и его сопровождающие будут стоять лицом к трапу примерно в тридцати футах от его подножия. На полу есть золотая линия – на полпути между трапом и порт-адмиралом. Когда вы остановитесь на этой линии, то будет оказан торжественный прием, а сразу после него порт-адмирал просит вас проследовать за ним в его кают-компанию на ланч… если вам удобно. Если нет…

– Удобно. Пожалуйста, так ему и скажите.

– Я так ему и сказал, – да, Линзу можно использовать и так! Никаких звонков и посыльных. – Собирался сказать, что потом вас отведут в гостевые помещения и что в ангар для «Гэй Обманщицы» можно попасть через короткий проход прямо из ваших комнат.

– Очень удобно и любезно. Можем начинать, сэр?

– Сюда, пожалуйста.

Когда мы дошли до «квартердека» – большого отсека с ведущим наружу люком, – стало понятно, как постарался Ленсмен Тед Смит. Я заподозрил, что нас ждет, когда увидел, как он оделся – униформа из черного, золота и серебра, еще более роскошная, чем та, в которой он был вчера, и начищенные «деламетры»[148] на бедрах. Я ожидал, что он будет при полном параде, поскольку он говорил о «торжественной встрече», но не ожидал некоторых, видимо, традиционных вещей. Вахтенным офицером у трапа оказался астронавигатор (вполне логично), а вот под мышкой у него была древняя подзорная труба – тоже вполне логично! Я задумался, рабочая она или муляж, но потом решил, что Патруль не опустится до подделки.