Роберт Хардман – Елизавета II. Королева мира. Монарх и государственный деятель (страница 69)

Однако после войны в Персидском заливе в 1990 году и оказанной Британией поддержки освобождения Кувейта силами США наступило время для очередного очень публичного путешествия через Атлантику. В Белом доме теперь находился Джордж Буш-старший, который вместе с его супругой Барбарой также стал настоящим другом Королевы. Из всех президентов США именно Буш был ближе всех к Королеве по возрасту. Как и она (и принц Филипп), принимал участие во Второй мировой войне. В то время он был самым молодым пилотом ВМФ США, в 1944 году он был сбит над Тихим океаном, но после этого продолжил летать и участвовал в пятидесяти восьми воздушных боях. Проработав два года на посту президента, он пригласил Королеву прибыть с государственным визитом и устроил ей очень торжественный прием. Она стала первым британским монархом в истории, выступившим на совместном заседании обеих палат Конгресса. На тот момент большая часть американских СМИ сильнее интересовали нестыковки и размолвки в королевской семье, информация о которых начинала просачиваться из британской прессы, хотя до ‘annus horribilis’, по выражению Королевы, оставалось еще два года. Washington Post разместила в связи с визитом Королевы лишенную всякого почтения статью, что было бы немыслимо во время ее предыдущего государственного визита. Статья начиналась так: «Королева – старуха, Чак – болван, Ферджи – толстуха, а ее отец – грубиян. Супруг Энни – дрянь, жена братца – франтиха, а шикарный брак Ди – провальная шумиха».

И все же едва Королева приземлилась в Америке, как Америка вновь начала проявлять живой интерес к королевской сказке. Началось все довольно неблагоприятно после официального приветствия президента Буша на лужайке Белого дома. Президент отошел от трибуны и предложил Королеве выступить с ответной речью. Она начала выступление с шутливого замечания:

– Прошло пятнадцать лет с нашего последнего визита в Вашингтон, когда мы отважно пренебрегли историей и от всего сердца участвовали в праздновании 200-летия основания этой великой нации.

Хотя шутка позабавила слушателей, проблема состояла в том, что никто не обратил на нее внимания. Британский посол в то время, сэр Энтони Экленд, говорит, что это была простая оплошность:

– После своей приветственной речи президент Буш, который в то время чувствовал себя не слишком хорошо, должен был нажать на педаль, чтобы поднять платформу, на которой должна была выступать Королева. Он забыл и не сделал этого. А Королеву, которая и так чуть не в половину ниже него, многие просто не увидели.

Этот момент точно описал Джим Миклашески из NBC: «Она исчезла! Я вижу только говорящую шляпу». И по сей день чиновники Дворца и дипломаты называют тот государственный визит «турне говорящей шляпы».

Два дня спустя, 16 мая 1991 года, Королева приехала для выступления перед Конгрессом. Как доложил Экленд в Лондон, «все в зале были искренне взволнованы и на удивление благовоспитанны». И собравшиеся не были разочарованы.

– Мы с ее Личным секретарем сказали, что лучше всего будет начать ее речь с какой-нибудь незамысловатой шутки, – говорит Экленд. – Ей не слишком хотелось делать это. Она сказала, что не имеет привычки шутить в своих выступлениях. Так что я не знал, прислушается ли она к нашему совету, но она вошла, огляделась, улыбнулась и сказала: «Очень надеюсь, что сегодня вы сможете меня увидеть». И ей аплодировали стоя.

Одетая в бледно-оранжевое платье, Королева еще несколько раз во время главной речи того турне срывала аплодисменты восторженных слушателей в переполненном зале, поднимавшихся, чтобы приветствовать ее.

– Некоторые люди верят, что сила вырастает из оружейного ствола, – сказала она. – Может, и так, но история показывает, что этот побег не бывает ни долговечным, ни плодоносным. Сила, по сути дела, бесплодна. Мы пошли более хорошим путем: основой наших обществ служат взаимное согласие, контракт и консенсус.

Сотрудники Белого дома тщательно подошли к подготовке государственного банкета. Оркестр морской пехоты США играл Королеве в Парадной столовой Белого дома успокаивающе знакомые мелодии Уильяма Уолтона[202]. Полковнику Джону Буржуа был строжайший приказ не повторить ошибку 1976 года. Когда у него спросили, будет ли он играть The Lady Is a Tramp, он ответил:

– Ее давно убрали из репертуара.

Вместо поп-дуэта гостей после обеда развлекала певица сопрано Джесси Норман. Когда омар из штата Мэн и жареный барашек покинули стол, президент Буш в своей речи приветствовал отношения, «которые никогда еще не были более особенными», отметив также стойкость Королевы.

– В любую погоду ваши продолжительные прогулки выматывают даже агентов Секретной службы, – сказал он ей. – Я рад, что мое слабеющее сердце не подверглось сегодня этому испытанию прогулкой.

Королева в ответ похвалила президента за его «спокойное мужество» во время войны в Персидском заливе – «то самое, что Торо[203] назвал „мужеством в три часа ночи“», – отметила она и вспомнила визит своего отца к президенту Рузвельту:

– Неудивительно, что я не чувствую себя здесь чужой. Британцы никогда не считали Америку чужой страной.

Во время своего пребывания в Вашингтоне Королева также впервые встретилась с сыном президента, Джорджем Бушем-младшим, тогда возглавлявшим бейсбольную команду «Техасских рейнджеров». Мать предупредила его, что не стоит разговаривать с Королевой, так как его мнение может быть «переменчивым». Королева же была весьма заинтригована, особенно тем, что на ковбойских сапогах сына президента были вытеснены слова: «Боже, храни Королеву». В какой-то момент она спросила его, не является ли он паршивой овцой в семье.

– Думаю, да, – ответил Буш-младший.

– Они есть во всех семьях, – заметила Королева.

– А кто у вас? – поинтересовался Буш-младший, но тут в разговор вмешалась первая леди, воскликнув:

– Не отвечайте на этот вопрос!

Кульминацией вашингтонского этапа турне стало посещение Королевой нового жилищного проекта. Она посетила дом шестидесятисемилетней Элис Фрейзер, бабули-афроамериканки, значительно превосходящей Королеву по комплекции. Подробности этого визита попали в мировые новости, так как Элис сначала заключила Королеву в медвежьи объятия, а потом принялась угощать ее куриными крылышками, чаем со льдом и картофельным салатом.

– Мне сказали, что я не должна была этого делать, но я просто не могла остановиться, – поделилась она с журналистами. – Черт возьми, она такая же женщина, как и я. Если бы на ней не было этой короны, она была бы то-в-точь, как я.

Миссис Фрейзер была особенно взволнована, объяснила она, потому что ее пятнадцатилетняя внучка Лаверна только что родила ее третьего правнука.

– Три правнука – это же просто потрясающе, – весело сказала Королева, поздравляя ее.

Хотя СМИ изо всех сил старались представить как колоссальный faux pas[204] тот факт, что женщина крепко обняла Королеву, и Дворец, и Министерство иностранных дел не высказали беспокойства.

– Такое и правда случается нечасто, но Королева отнеслась к этому добродушно, – говорит сэр Энтони Экленд. – Никому не хотелось поднимать из-за этого шум или считать это нарушением протокола.

После четырех дней пребывания в Вашингтоне Королева закончила свою миссию в столице страны и поднялась на борт «Конкорда», чтобы отправиться в следующий этап турне. Как выразилась газета New York Times, Королева «произвела на этой неделе в Вашингтоне такой фурор, что превзошла всех прочих лидеров государств, даже господина Горбачева на пике Горбомании».

Визит продолжился во Флориде, штате, который Королева никогда раньше не посещала. Britannia приплыла, чтобы встретить Королеву в Майами, хотя дипломатический инцидент чуть было не свернул всю программу. Пока экипаж королевской яхты ожидал прибытия Королевы со свитой, во всех ванных и туалетах в качестве меры предосторожности была слита вода. После чего в дверь капитана яхты контр-адмирала Роберта Вударда внезапно заколотил разъяренный чиновник из управления порта Майами.

– Он заявил, что мы совершили загрязнение его порта, что мы оштрафованы на десять тысяч долларов и что Britannia надлежит в течение двух часов покинут порт, – вспоминает он.

Чиновнику было безразлично, что через несколько часов на борту яхты должен был состояться государственный банкет. Правила есть правила. Потребовалось вмешательство Белого дома, чтобы Britannia получила разрешение остаться.

В Майами пресса услышала, как Юрайа Голдфингер, двенадцатилетний ученик начальной школы в Коконат-Гроув, спрашивает августейшую гостью, давно ли она работает Королевой.

– Очень давно, – ответила она. – Обо мне даже написано в вашем учебнике истории.

Это замечание заставило некоторых комментаторов задавать вопрос, не слишком ли много Британия требует от бабушки, которой недавно исполнилось шестьдесят пять. Даже тогда, за год до сороковой годовщины ее восшествия на престол, звучали те же намеки на уход Королевы с трона, что периодически всплывали и в последующие ключевые этапы ее жизни, – и быстро исчезали, как только становилось совершенно ясно, что она не собирался отходить от дел. Затем Королева снова встретилась с двумя бывшими главами государства, которые теперь с комфортом жили в отставке и были рады этому. Королева пригласила обоих бывших президентов, принимавших ее во время предыдущих государственных визитов, Рейгана и Форда с супругами, на свой банкет на борту королевской яхты. Рональд Рейган, обрадованный новым визитом на яхту, имел с Королевой оживленную беседу о состоянии экономики, большую часть их разговора заснял кинематографист Эдвард Мирзоефф, включивший эту запись в отмеченный наградами документальный фильм BBC, посвященный сорокалетию начала правления Королевы. И она, и Рейган были обеспокоены растущими расходами.