Роберт Ханс – Сочинения в трех томах. Том 1 (страница 36)

Судья Ди направился к западному крылу, прошел через главные двери трапезной и поднялся по лестнице к покоям Суня.

Несколько раз он постучал в резную дверь, но ответа не последовало. Толкнув дверь, он обнаружил, что помещение открыто. Судья прошел внутрь.

Библиотека, слабо освещенная угасающими свечами, была погружена в полумрак. Судья подошел к узкой двери позади письменного стола и обнаружил, что она прочно заперта.

Судья огляделся, внимательно изучая комнату. Потом подошел к свитку с изображенной на нем схемой и некоторое время всматривался в круглый символ, изображавший взаимодействие двух изначальных принципов. Затем он покинул комнату.

Окинув беглым взглядом сломанную балюстраду, он направился к восточному проходу, ведущему к квадратной площадке над храмовым залом.

Снизу, из храмового нефа, до него слабо доносились бормотания молившихся монахов. Дао Ганя нигде не было видно. Судья пожал плечами и направился к коридору, ведущему в кладовые. Дверь одной из комнат была распахнута настежь.

Судья зашел внутрь и поднял фонарь над головой. В комнате все было в точности как в тот раз, когда он пытался застать там Мо Мо-дэ. Только двойные дверцы старинного шкафа в дальнем углу были распахнуты. Судья подскочил к шкафу, углубился в него и приблизил фонарь к изображению драконов на задней стенке. Между ними действительно был круглый даосский символ двух Первоначал, но разделяющая их линия была горизонтальной. Когда он спрашивал об этом Суня, то совсем забыл, что именно здесь видел ранее подобный даосский символ. Рассуждения Дао Ганя и разбитое блюдце напомнили ему об этом.

Более того, и здесь судья заметил то, что прежде ускользнуло от его внимания: в каждом полукружии была маленькая точка, тот самый зародыш противоположной силы, о которой говорил ему Сунь, объясняя символику. Присмотревшись, судья понял, что эти точки на самом деле представляют просверленные отверстия. Он постучал костяшками пальцев по кругу. Это явно был не деревянный, а металлический диск, и узенькая бороздка отделяла его от лакированной поверхности шкафа.

Судья догадался, что означают эти два отверстия в металлическом диске. Вставив шпильку в одно из отверстий, он попытался повернуть диск влево. Никакого результата! Тогда судья попробовал повернуть диск в другую сторону, держа шпильку обеими руками. Ему без труда это удалось, и, сделав еще четыре поворота, судья заметил, что правая половина задней стенки шкафа начала медленно двигаться, как это бывает, когда кто-то тихонько приоткрывает дверь. Из-за стенки шкафа до него донеслись слабые звуки. Он мягко притворил дверцу и отступил назад в комнату, затем выбежал в коридор и осмотрел лестничную площадку. Дао Ганя еще не было. Что ж, придется действовать без свидетеля, решил он. Он вернулся в кладовую, залез внутрь шкафа и резким толчком распахнул потайную дверь.

Его взору предстал узкий проход шириной не более трех локтей. В два шага он оказался за углом и попал в маленькую комнатку, слабо освещенную подвешенным к низкому потолку запыленным светильником. Высокий широкоплечий мужчина стоял, нагнувшись над бамбуковой лежанкой, и вытирал ее куском материи. Повсюду была разбрызгана кровь. На полу в луже крови судья заметил кухонный тесак.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Мужчина выпрямился и обернулся. Увидев судью, он сказал, несмело улыбаясь:

— Значит, ты сам нашел эту потайную комнату! А ты смышленый парень, Ди! Присаживайся и расскажи, как ты до этого додумался. Можешь сесть на лежанку, я только что ее вытер. Но будь осторожен, не наступи в лужу крови на полу!

Судья Ди быстро взглянул на стоявшую в углу деревянную статую обнаженной женщины в полный рост. Гипс с нее осыпался, а на месте левой руки был только изъеденный червями деревянный обрубок. Судья присел и осмотрелся. Комната была размером не более шести локтей, без какой-либо мебели, если не считать этой самой лежанки. На стене напротив было круглое отверстие, очевидно, для вентиляции. По правую руку судья заметил темную нишу.

— Я подозревал, что недалеко от угла этого здания имеется потайная комната, но если принять во внимание толщину оконной ниши в коридоре, то это казалось невозможным. Я решил, что даже для маленькой комнаты здесь нет места.

— Совершенно верно! — хмыкнул Сунь. — Но снаружи к углу этого здания пристроена еще одна стена, и эта уютная комнатенка находится как раз в образовавшейся полости. Со стороны ущелья, прилегающего к монастырю, стену не видно, нельзя ее обнаружить и из окон восточного крыла, что напротив. Как видишь, древние строители знали свое ремесло! А почему ты решил, Ди, что здесь должна быть потайная комната?

— Благодаря чистой случайности! — со вздохом ответил судья. — Прошлой ночью, вскоре после моего прибытия сюда, окно в этой комнате распахнулось, и я мельком успел ее увидеть. Я видел, как вы передвигаете эту статую, доставленную сюда из Галереи Ужасов. Я видел вас только со спины и ошибочно принял ваши гладко зачесанные волосы за облегающий голову шлем, а статую — за настоящую женщину. Это и была та галлюцинация, о которой я вас спрашивал.

— Ничего себе! — удивленно воскликнул Сунь. — Выходит, ты спрашивал меня обо мне? — Он громко рассмеялся.

— В результате, — бесстрастно продолжал судья Ди, — я начал охотиться за актером Мо Мо-дэ, на голове у которого во время танца с мечом был, как мне показалось, именно такой шлем. Но я никак не могу понять, почему это окно с правой стороны не видно снаружи. Через него-то я все и видел.

— Оно отсюда видно, — ответил Сунь. — Но дело в том, что это потайное окно. Я непричастен к этому изобретению, оно уже было здесь, когда в прошлом году я обнаружил эту комнатушку. Как видишь, ставни открываются вовнутрь, а снаружи оно покрыто промасленной бумагой, плотно прилегающей к поверхности стены и разрисованной под кирпичи. Мастера использовали прозрачную краску; таким образом, в дневное время ставни можно открывать, и свет проникает в комнату, а снаружи — полная иллюзия кирпичной стены. — Он задумчиво погладил свою бородку и продолжал: — Да, теперь я припоминаю, что прошлой ночью я распахнул окно, чтобы проветрить помещение. Дело в том, что окно находится с подветренной стороны. Я решил, что особой беды не будет, так как знал, что ставни всех окон напротив закрыты из-за сильной грозы. Потом я услышал, что одно из противоположных окон распахнулось под порывом ветра, и сразу же затворил свое, но, очевидно, сделал это недостаточно быстро! Боюсь, что тогда я не проявил должной осторожности!

— Вы проявили еще большее безрассудство, когда объясняли даосский символ в вашей библиотеке. Вы утверждали, что это круг из двух Первоначал, разделенный по вертикали. А я был абсолютно уверен, что где-то видел подобный символ, но разделенный по горизонтали, вот только в тот момент я не мог припомнить, где и когда мне довелось такое видеть. Если бы вы сказали мне, что разделяющая кривая линия может проходить и по горизонтали, я выкинул бы эту деталь из головы и позабыл бы обо всем.

Сунь хлопнул себя по коленке и сказал, улыбаясь:

— Да, теперь я припоминаю, что ты меня об этом спрашивал. Должен признаться, что во время моих объяснений я совершенно забыл о потайном замке. А ты наблюдателен, Ди1 Но как тебе удалось повернуть диск? Он служит для поднятия и опускания вертикального запора вдоль всей двери и поворачивается с большим трудом. Для этого имеется специальный ключ! — Он достал из-за пазухи железку с двумя торчащими зубцами и длинным стволом. Судья отметил, что зубцы расположены так, чтобы попадать сразу в два отверстия на диске.

— Я обнаружил, что для этого прекрасно подходит и моя шпилька, — перебил он собеседника. — Разумеется, в этом случае требуется больше времени. Но вернемся к теме нашей беседы. Я думаю, вы очередной раз проявили неосторожность, когда поместили госпожу Кан в Галерею Ужасов. Она не могла ни повернуть головы, ни пошевелиться, и с вашей стороны было довольно остроумно покрыть ее руки и ноги черной краской, но все же оставалась большая доля вероятности, что кто-то, проходя по галерее, сможет обнаружить девушку.

— Нет! — категорически возразил Сунь. — В данном случае ты ошибаешься, Ди! При обычных обстоятельствах никакого риска не было: в это время года галерея всегда закрыта. А тебе не кажется, что это была довольно остроумная идея? Я полагал, что после ночки там девушка станет более послушной. Как-нибудь я повторю этот трюк. Хотя должен признаться, что покрыть ее черной краской было непросто! А ты сообразителен, Ди! Мне понравилось, как ты сумел сделать правильные выводы, исходя из наблюдения за кошачьими зрачками. Я упустил это из виду, когда предложил нашему бедняге, приятелю Истинной Мудрости, такой способ устранить старого настоятеля. Мне грустно в этом признаваться, но Истинная Мудрость на самом деле был посредственностью, жаждущей только богатства и власти, но лишенный инициативы и сообразительности. Когда он еще был старостой, он как-то украл большую сумму денег из монастырской казны. Не приди я ему на помощь, ему пришлось бы ответить за это перед законом. Поэтому он был вынужден помогать мне в моих невинных забавах! Вот старый настоятель был достойный человек! А до чего был умен! К счастью, он начал стареть и, когда обнаружил, что с девушками что-то происходит, сразу заподозрил Истинную Мудрость — это ничтожество, которому даже неведомо, как устроены женщины! Я решил, что будет безопаснее надоумить Истинную Мудрость, как разделаться со старым настоятелем, Нефритовым Зерцалом, и потом убедить Верховного Настоятеля в столице назначить Истинную Мудрость настоятелем нашего монастыря.