Роберт Джексон Беннетт – Город клинков (страница 15)

— Я здесь всего лишь с «обзорной экскурсией», — говорит Мулагеш, — и я не хотела бы создавать вам помехи.

— А ты и не создаешь, — пожимает плечами Бисвал. — Помехи создает этот проект. Однако нам необходимо обеспечить секретность, а лучший способ ее обеспечить — это четко обозначить, что, собственно, в проекте секретного. Капитан Надар, будьте добры, передайте генералу Мулагеш для ознакомления все документы касательно операции «Ковчег Молний».

Надар морщится, словно только что проглотила ложку какого-то отвратительно горького лекарства.

— Я не хочу больше тратить время на обсуждение этой невероятной глупости, — спокойно говорит Бисвал, поднимая обе ладони. — Пожалуйста, Надар. Покажи ей, на что наше правительство спускает деньги. Пусть она прочитает про эту дурацкую эскападу, из-за которой нам отказали в финансировании новых укреплений, припасов и увеличения личного состава.

— При всем уважении, генерал, — говорит Надар, — это грубейшее нару…

Тут она осекается — с бастионов доносятся легкие хлопки. Мулагеш встревоженно интересуется:

— Это выстрелы?

Однако Бисвал с Надар не выглядят удивленными. Бисвал смотрит на часы:

— Ах да. Я и забыл.

— Какого демона? Что это было? Звучало как залп из винташей!

— Так оно и есть. — Бисвал вынимает подзорную трубу и идет к стеклянной стене. И наводит трубу на восточный двор, отделенный от остальных укреплений многочисленными оградами из колючей проволоки. — Это наша обычная, так сказать, рутинная деятельность здесь.

И он передает Мулагеш подзорную трубу. Она быстро понимает, куда нужно смотреть. И хотя над плацем еще плавает пороховой дым, понятно, что там произошло.

С одной стороны двора выстроились девять сайпурских солдат с винташами. С другой — высокий земляной вал, песок у его подножия мокрый и темный. Что-то там лежит в грязи, уже безвольное и сжавшееся, а двое сайпурских солдат подбегают и утаскивают это что-то. Что-то оставляет за собой длинный кровавый след.

— Они напали на блокпост, — поясняет Бисвал. — Застрелили двоих солдат. Мы захватили их по чистой случайности — на них наткнулся возвращавшийся патруль.

Двое солдат выволакивают грязного, скрюченного континентца с заплывшим от побоев лицом. Завязывают ему глаза и ставят перед валом. Между ногами человека появляется темное пятно — от мочи.

— Вы их расстреливаете? — спрашивает Мулагеш.

— Да, — кивает Бисвал. — Мы тут не в Мирграде, Турин. Здесь нет закона — точнее, здесь есть только племенные законы. Судов тоже нет. Точнее, есть только военные трибуналы. А тюрьма в форте крохотная и старая. Мы не можем себе позволить долго содержать там людей.

Командир выкрикивает команды. Девять солдат поднимают винташи.

— Здесь, в Вуртьястане, — говорит Бисвал, — мы вынуждены обходиться тем, что имеется.

Воздух двора заплывает дымом. Континентец падает ничком. В этот раз звук выстрелов долетает до них с некоторым опозданием.

Мулагеш опускает подзорную трубу и медленно передает ее Бисвалу.

— Возможно, теперь ты понимаешь, — говорит Бисвал, — что у меня есть по-настоящему важные дела. И мне не до каких-то там секретных научных экспериментов. Капитан Надар! Прошу, проведите генерала Мулагеш в лаборатории. Возможно, прежде, чем она выйдет на пенсию, она сумеет уведомить совет, насколько смехотворен весь этот проект. Насколько неудобоносимо для нас это бремя. А когда отведете, возвращайтесь и доложите обстановку на восточном периметре укреплений. Нам нужно заниматься настоящими делами — так-то.

Мулагеш спускается вниз и видит Надар — та все еще пытается принять приличествующее случаю спокойное выражение. Потом капитан неловко откашливается:

— Я прошу прощения за то, чему вы стали свидетелем, генерал. Должно быть, вам было неприятно смотреть на это.

— Это точно, — мрачно отвечает Мулагеш.

Конечно, ей приходилось присутствовать на казнях в Мирграде — в том числе и на тех, где приговор подписывала она сама. Однако там все было обставлено с определенной торжественностью, а сама казнь совершалась в присутствии важных гражданских лиц и чиновников. А здесь… словно мусор выкинули…

— Однако я согласна с ним, — говорит Надар. Она идет по коридору, Мулагеш за ней. — Операция «Ковчег Молний» для нас — огромное бремя, не только ненужное, но и практически непосильное.

— Но?

— Но… Бисвал… как бы это сказать… игнорирует любой вопрос, не связанный с непосредственной угрозой форту.

— Ну что ж, его предшественника застрелили во время боя, так что я прекрасно понимаю, почему секретные геологические изыскания не стали главным его приоритетом…

— Генерал Рааджаа… Да, он был прекрасным командиром, генерал. Им искренне восхищались. Когда он погиб, многие по-новому взглянули на то, что мы здесь делаем.

Она решительно отмахивается от призрака прошлого и начинает спускаться по длинной лестнице.

— Что вы знаете о «Ковчеге Молний», генерал?

— Я знаю, что речь идет о металле. Знаю, что металл — в земле. В общем, это все. Я даже не знала, что операцию по его добыче уже наделили хитромудрым именем.

— Понятно. А что вам известно об электротехнике, генерал?

— Ничего. Даже меньше, чем ничего.

— Что ж, это упрощает дело, — кивает Надар. — Меньше вопросов будете задавать.

Они идут по коридору к дверям лаборатории. Вдоль потолка протянуты трубы, и все они посвистывают, побулькивают и попискивают.

— Вы, наверное, в курсе, что на электротехнику возлагаются большие надежды. Что мы ждем великого технологического прорыва в этом вопросе. Прорыва, который станет великим благом для нашей страны.

— Я читала об этом время от времени. Однако мне казалось, что Валлайша Тинадеши уже пыталась что-то такое сделать и потерпела фиаско.

— Да, но она только подступилась к проблеме. А теперь, как вы могли видеть в Галадеше, электричество проведено во множество зданий и домов.

— Да, — кивает Мулагеш. На самом деле ей никогда не нравился электрический свет. При нем так бросаются в глаза все морщины…

— Главная проблема сейчас — это проводимость, — говорит Надар. — У нас есть уголь, у нас есть гидроэлектростанции. Однако получить источник электроэнергии, который бы соответствовал потребностям сайпурской промышленности… С этим пока сложно.

И она распахивает деревянную дверь с другой стороны коридора. Внутри обнаруживается белоснежная лаборатория, доверху набитая сверхсовременным оборудованием: насосы, процессоры и что-то, к чему подключено огромное количество трубок и трубочек. Четверо лаборантов сидят над стеклянными блюдами с разномастными горками какого-то серого, ничем не примечательного порошка. Они с удивлением поднимают глаза на вошедших.

— Лейтенант Пратда, — говорит Надар. Один из служащих лаборатории встает по стойке «смирно» и отдает честь. — Это генерал Мулагеш. Она осматривает крепость. Не могли бы вы ввести ее в курс дела? Я имею в виду технические детали.

Пратда — долговязый, чем-то смахивающий на старенького павлина человек — выступает вперед и отдает честь непосредственно Мулагеш.

— Конечно, генерал. Большая честь видеть вас здесь. Насколько мне следует углубиться в технические детали?

— Дайте самое общее описание! — поспешно говорит Надар. — И обойдитесь в этот раз без графиков, лейтенант.

— Я понял, — кивает Пратда. И закусывает губу. — Но, капитан, дело в том, что я тут доработал один график и сейчас он очень хорошо проясняет, как…

— Никаких графиков, лейтенант, — жестко повторяет Надар. — Просто общее описание. На пять минут максимум.

— Конечно, капитан. — И он задумывается на мгновение, а потом говорит: — Что ж, в таком случае лучше показать все наглядно. — И он разворачивается к лаборантам: — Будьте добры, подготовьте мне все для опыта Аамди.

Одна из помощников вскакивает и принимается рыться под столом, затем вытаскивает очень длинную, больше чем в два фута, лампу, объемную батарею и два пучка толстых кабелей.

— Благодарю, — произносит Пратда и относит все к толстой двери с надписью «Лаборатория № 4». — Прошу за мной, генерал, — оборачивается он через плечо.

Мулагеш идет следом, но Надар не спешит за ней.

— Я уже видела это представление, генерал, — поясняет она. — Я, если вы позволите, побуду здесь в коридорчике.

Не знающая, что и думать, Мулагеш заходит в лабораторию.

— Пожалуйста, плотно прикрывайте дверь, — предупреждает Пратда. — Благодарю, генерал.

А дверь-то изнутри — стальная, словно от взрыва должна уберегать…

— А нам… э-э-э… следует от чего-то беречься?

— Уверяю, опыт совершенно безопасен. Итак, вот перед нами два обычных предмета — лампочка и батарейка. Аккумулятор большой, и мощность у него серьезная. А лампа — от уличного фонаря в Галадеше, так что у него тоже большая мощность, и свет от него очень-очень яркий. Я понятно выражаюсь?

Мулагеш утвердительно бурчит.

— Прекрасно. Итак, вот эти кабели — из обычной меди. Такой, которую используют в электроприборах. Если я подсоединю их к контактам аккумулятора… вот так… а другим концом, понятное дело, к основанию лампы…

Лампа лежит на лабораторном столе. Она тут же загорается бледно-желтым, но Пратда поправляет кабель, и вот она уже неярко, но вполне прилично освещает темноватую комнату.

— Ну вот, — кивает Пратда. Убирает кабели, и свет гаснет. — Все работает, ток идет от аккумулятора к лампе. Тем не менее потери при прохождении велики — и лампа горит не слишком ярко. Однако вот эти кабели, — он поднимает их, и тогда Мулагеш видит: на них ярко-красные метки, — из сплава обычной меди с недавно открытым элементом.