Рия Вилар – Знакомьтесь! Самая невезучая попаданка! (страница 24)

— Вы, видимо, Ариана, не до конца ещё знакомы со столовым этикетом.

Я приподняла брови, не понимая к чему она это сказала.

— Во время трапезы принято снимать перчатки, — закончила она свою мысль нравоучительным тоном, заметив мою реакцию. Я же ошеломленно замерла. Следом бросила быстрый взгляд на руки и к щекам прилил жар.

Твою ж дивизию!

Это ж насколько сильно я переволновалась ужиная в высшем обществе, что совсем забыла снять перчатки?! И ведь самое обидное, что мне об этом никто не напомнил, когда я приступила к еде! Только сейчас сказали и то, ради того, чтобы ткнуть носом в мою ошибку.

Я посмотрела с недовольством на инспектора, так как даже он не удосужился мне напомнить о перчатках.

Мужчина мой взгляд заметил. Слегка нахмурился и, негромко кашлянув, спокойным ровным голосом произнес:

— Такое с каждым может произойти, мама. Не стоит акцентировать на этом внимание и ставить в неловкое положение Ариану.

— Я всего-то напомнила своей невестке о правилах этикета. Ведь вскоре она полноценно войдет в нашу семью, а значит должна вести себя подобающе, — без капли вины и уверенная в своей правоте отреагировала женщина.

И пока я стягивала с рук перчатки, размышляя о том, что в гробу видала такую семью, она аккуратно промокнула салфеткой губы и продолжила неприятный для меня диалог:

— Вы сказали, что кормите людей магией. Что вы имели ввиду под этой фразой?

— Я владелица кондитерской, — коротко и главное сохраняя спокойствие ответила я. После чего наконец сняла перчатки и отдала их одному из слуг, который подошел ко мне, чтобы их забрать.

— Вот значит как… — с каким-то неудовлетворением протянула она, словно ожидала от меня совершенно другого ответа. Может она думала, что я ей сейчас сообщу, что работаю в эскорте? Судя по ее взгляду на моё платье – вероятнее всего так и думала.

— А чем же занимаются ваши родители, Ариана? — на этот раз вопрос последовал от отца инспектора.

Хороший вопрос… Знать бы еще на него ответ. А то я как-то об этом даже не задумывалась. Живы ли вообще родители ведьмы?

— Они погибли, когда мне было три года, — после недолгих раздумий в итоге сообщила правду из своей прошлой жизни. Мои родители действительно погибли в автокатастрофе...

Все представители мужского пола за столом посмотрели на меня с некой жалостью. Да, даже мой недожених.

А вот мать инспектора мои слова не тронули. Так как она всё тем же чопорным голосом уточнила:

— А кто же вас тогда вырастил?

— Бабушка.

— И чем же она занимается?

— Сейчас уже ничем. Ее тоже нет в мире живых.

— А…

— Арнэлла, достаточно! — Прервал грозным тоном очередной вопрос мамы инспектора(которую оказывается зовут Ариэлла!) глава рода Иклисов. — Не стоит ворошить прошлое девочки!

— Как скажите, отец, — поджав недовольно губы, женщина всё же покорно кивнула.

А я уже хотела обрадоваться тому, что допрос завершен, как дед, посмотрев на меня, произнес:

— Лучше расскажите о своём настоящем. Вы ведь являетесь ведьмой?

Ну здрасьте, приехали! У них что, нормальных вопросов нет? Только каверзные?

— Не стоит меня боятся, дитя, — снисходительно произнес он, заметив мою реакцию на его вопрос, — Я всего-то хочу узнать как вы познакомились с моим внуком.

И вновь хороший вопрос, на который я бы с удовольствием узнала ответ! Ведь прошлая Ариана познакомилась с инспектором раньше моего появления в этом теле.

— Кондитерская Арианы находится в пределах территории, которая относится к моему участку. Так что периодически я приходил туда с проверками. — ответил за меня мой недожених, потому что я молчала. — И да, дедушка, Ариана ведьма. Белая.

— Кхм… — неопределенно хмыкнул дед, словно чувствовал каждую ложь в словах внука. Правда спрашивать ничего более не стал. Вместо этого подал слугам знак, чтобы они вновь меняли блюда.

Мой так и не тронутый пудинг, заменился шоколадно-сметанным пирожным. Только есть его после всех вопросов уже не хотелось. Хотелось подышать свежим воздухом. Поэтому придвинувшись немного к инспектору, который уже приступил к дегустации пирожножного, я шепотом сообщила:

— Мне что-то душно. Проведи меня, пожалуйста, на террасу.

Меня почему-то не услышали. Либо не захотели это сделать. Но факт остается фактом - мужчина продолжил есть пирожное.

Пришлось повторить свою просьбу чуть громче:

— Мне душно. Проведи меня на террасу.

И вновь тишина.

Что-то я не пойму. Он меня игнорирует или что?!

— Медвежонок, — обратилась я к нему уже сквозь зубы. — Ты меня слышишь?

И вот это, конечно же, услышали все.

В трапезной наступила тишина. Гробовая.

Глава 42

Мать инспектора округлила глаза. Отец замер с ложкой в воздухе. Один из слуг с подносом, полным бокалов, споткнулся, едва не расплескав напитки на сверкающий пол. А дед… Дед, казалось, потерял дар речи, разом забыв обо всех тех вопросах, которые готовил с таким тщанием.

Инспектор... То есть мой официально-фиктивный, но всё же сидящий рядом «жених», начал бледнеть с пугающей скоростью. Я бы не удивилась, если бы ещё пара секунд — и он слился бы с белоснежной скатертью.

Но нет. Этого не случилось.

Он достаточно быстро совладал с эмоциями, выпрямился и, сжав мою руку в локтевом сгибе (а сжал так, будто собирался отломать её), с каменным лицом произнёс:

— Разумеется… дорогая.

И, не дав мне ни секунды насладиться эффектом, который я устроила за ужином, он почти силком поднял меня с места и вывел из-за стола через боковую дверь. Ни слова. Ни взгляда назад.

На террасе мы остановились. Дверь за нашими спинами закрылась, отрезав нас от ужина и чужих взглядов.

— Медвежонок?! — прошипел он, глядя на меня с таким выражением, будто я только что ударила его по лицу собственной перчаткой.

Я выдержала взгляд, стараясь не выдать, как сильно мне хотелось исчезнуть. Раствориться в воздухе. Или спрятаться в ближайший цветочный горшок.

— Да. Медвежонок, — подтвердила я, держа лицо непроницаемым. И, судя по его реакции, только подлила масла в огонь.

— Ты… — Он сжал челюсть, будто сдерживал поток слов, которые вряд ли были бы комплиментами. Но, очевидно, вспомнив, что я ему всё ещё нужна в роли невесты, сдержался. Несколько секунд он просто молчал, потом тяжело вдохнул и холодно произнёс:

— В следующий раз обращайся ко мне как подобает.

— А как подобает? — тут же уточнила я. — Любимый?

Если честно, я ожидала новой вспышки гнева, но он вдруг застыл. Взгляд стал стеклянным, лицо — каменным. И вдруг он сглотнул. Глубоко. Резко. Его кадык нервно дёрнулся.

— Ты… в порядке? — осторожно спросила я, уже искренне обеспокоенная его странной реакцией.

— Да, — тихо, но напряжённо ответил он. Голос стал хриплым, низким. — Под «подобающим обращением» я имел в виду имя. Просто имя.

— Ах вот оно что… — я кивнула, слегка растерянная. Сделала паузу, затем, чуть неуверенно, поинтересовалась: — И как же тебя зовут?

— Что?.. — он переспросил, будто не поверил своим ушам.

— Имя твоё какое?

— А вы его не знаете, госпожа Вехштер? — он нахмурился, резко перейдя с «ты» на «вы».

— Нет, не знаю, — спокойно пожала я плечами. И, поддерживая официальный тон, добавила: — Вы, знаете ли, не удосужились представиться. Как, впрочем, и ваша семья.

Он закрыл глаза. Вдохнул. Выдохнул. На секунду я подумала, что он снова сорвётся, но вместо этого он, вполне сдержанно, произнёс: