Рия Вилар – Знакомьтесь! Самая невезучая попаданка! (страница 23)

Я подняла взгляд к окну, в надежде, что небо подскажет выход. Но небо лишь хмуро капнуло дождём по стеклу.

— Конечно, — пробормотала я. — Даже погода в сговоре с катастрофой.

****

До пятницы оставалось всего несколько дней. И я провела их, как подобает девушке на грани нервного срыва: перетряхнула весь гардероб (вдруг отыщется альтернатива подаренной… роскоши), поругалась с метлой (она отказалась уносить меня подальше, в земли, где не водятся вредные инспекторы), и пересмотрела все книги по светскому этикету, чтобы не перепутать десертную ложку с ложкой для супа.

Ах да. Вишенка на торте — в город прибыла инквизиция. И теперь мрачное настроение было не только у меня, но и у большей части населения.

Глава 40

В день званого ужина я проснулась с ощущением, будто кто-то тяжёлый сидел у меня на груди всю ночь. Наверное, совесть. Или внутренний демон, который понимал: сегодня всё пойдёт наперекосяк.

Мысль о том, что придётся надеть подаренное платье, вести себя паинькой и вежливо улыбаться незнакомым людям – а точнее, родителям инспектора, – вызывала у меня апатию.

Работать не хотелось совершенно.

Я спустилась вниз, повесила на дверь табличку «Закрыто» и, игнорируя удивлённые взгляды прохожих, вернулась наверх.

План на день был прост: забыться.

Я устроилась на кровати с книгами с такими названиями, как «Манеры для начинающих» и «Как поддержать беседу в светском обществе». Но, увы, даже чтение не спасало. Я совершенно не могла сосредоточиться: пальцы перебирали страницы автоматически, глаза скользили по строчкам, а мысли возвращались к предстоящему ужину.

Я опасалась того, что, если опозорюсь перед роднёй инспектора, его терпение всё же лопнет, и он сдаст меня инквизиции. И боюсь, узнай лорд Адриан о том, что меня обвиняют в привороте, – помощь мне не светит…

Ближе к вечеру я наконец встала и натянула платье. Причём натянула — в самом буквальном смысле. Туфли и перчатки натянулись тоже. Моё достоинство — нет.

Оставалось только дождаться кареты.

****

Карета подъехала ровно в шесть.

Громкий перестук копыт разнёсся по улице, и я выглянула в окно. Внизу стоял экипаж — светло-коричневый, лакированный, будто только что сошёл с витрины. На дверце — герб рода Иклисов: серебряный меч, охваченный синим пламенем.

Выглядело… знатно. Давяще знатно.

Стоило мне выйти на улицу, как кучер тут же спрыгнул на брусчатку и открыл дверцу кареты.

Мужчина был худощав, сухощав, с прямой спиной и лицом, лишённым всякого выражения. На нём — тёмный сюртук, безупречно выглаженные перчатки и цилиндр, под которым, казалось, не дрогнул ни один волос. Он не смотрел мне в глаза и не выказывал ни малейшей эмоции — будто был не человеком, а продолжением кареты.

— Госпожа Вехштер, прошу, — произнёс он, протягивая руку с механической вежливостью.

Я молча кивнула и приняла её.

Внутри карета выглядела ещё роскошнее, чем снаружи: стены были отделаны тёмным деревом с золотыми накладками, сиденья — из мягкого красного бархата, под ногами — чёрный ковёр. В воздухе витал стойкий запах, будто в обивку щедро впитался дорогой парфюм.

“М-да уж, Ари… богатая жизнь она такая. Это тебе не на повозке трястись, рискуя заработать синяк на пятой точке” — пронеслось в мыслях и карета тронулась.

Поездка была долгой. И тихой.

За окном мелькали улицы — от прибрежных кварталов до всё более ухоженных, чистых и пустых. Дома становились выше, фасады — богаче, лица на улицах — холоднее.

Я сидела прямо. Но не потому, что так учили все эти дурацкие книги по этикету, а потому, что из-за обтягивающего платья просто не могла по-другому. Хоть спина и была открытой, но сгорбиться не получалось: ткань сразу же начинала давить на грудную клетку, не давая сделать нормальный вдох.

И да, у меня появилось еще одно предположение, почему инспектор выбрал именно это платье… Помучить меня!

****

Когда же за окном показались кованые ворота с гербом, а за ними — величественное трёхэтажное поместье из светлого камня, моё сердце застучало чаще.

Лорд Иклис встречал меня у входа в поместье. В костюме тёмно-серого цвета, с изумрудного цвета платочком в кармашке пиджака и серьёзным видом, как будто собирался вести переговоры с врагами, а не встречать свою невесту. Фиктивную невесту, разумеется.

Он окинул меня взглядом с ног до головы — долгим, внимательным. На его лице мелькнуло довольство. Я его заметила. Я на него рассчитывала. Но… на этом всё и закончилось.

Он ни слова мне не сказал. Ни комплимента. Ни «рад, что вы прибыли». Ни даже «светлого вечера, госпожа Ариана». Просто молча протянул руку, помог выйти из кареты, и… пошёл вперёд, ожидая, что я послушно последую за ним!

Сказать, что я была в шоке это ничего не сказать. А еще аристократом зовется.

— Чурбан он, а не аристократ! — прошептала я себе под нос. И мысленно поставила ему минус. Толстый, жирный минус. После чего всё же последовала за ним. У меня не было другого выбора.

Внутри поместье выглядело шикарно. Создавалось впечатление, будто его архитектурой занималась вся история человечества. Высокие потолки, картины в золотых рамах, мраморные полы и колонны. А ещё с десяток молчаливых слуг, опустивших взгляд в пол, и тишина, в которой мои каблуки звучали как гусарская атака.

Меня провели в главную трапезную, и у длинного, богато накрытого стола инспектор кивнул мне в сторону свободного места:

— Садись. Тут.

Едва я успела сесть, как в комнату вошли Они.

Родители моего жениха. Точнее недожениха.

Мать лорда была идеальна. Настолько идеальна, что моя самооценка упала ещё до того, как она на меня посмотрела. Стройная, элегантная, в строгом платье цвета выцветшей лаванды и аккуратно собранными темными волосами в высокую прическу. Ах, да! И ещё с лицом, на котором было написано: «Мой сын ошибся. Катастрофически.»

Рядом с ней, судя по всему, шёл отец инспектора — сухой, подтянутый, опять же с темными волосами, и с глазами, в которых плескалось «мне всё это не нравится, но я воспитан слишком хорошо, чтобы сказать это вслух».

Слуги отодвинули им стулья и они сели напротив меня и инспектора отчего мне стало еще больше не по себе.

— Так это и есть твоя Ариана, сын? — произнесла женщина с легким пренебрежением. Голос как лёд. Холодный, острый.

Меня неприятно царапнуло её отношение — то, что меня проигнорировали, будто я пустое место. Но что-либо говорить по этому поводу я, конечно, не стала, дабы не создавать конфликтную ситуацию.

Нет, если бы она действительно в скором будущем должна была стать моей свекровью, я бы, пожалуй, молчать не стала. А то, как говорится, раз позволишь и об тебя всю жизнь будут ноги вытирать. Но так как наша помолвка с инспектором лишь фикция, то… как-нибудь переживу её пренебрежительное отношение.

— Всё верно, мама, — ответил сухо сидящий рядом со мной инспектор, а я… а я осознала страшное! Мне ведь до сих пор неизвестно, как его зовут!

Глава 41

— Послушай…те, лорд Иклис, а как хоть ваше… — начала было я шепотом, но не договорила, так как неожиданно двери в трапезную вновь распахнулись и внутрь вошел тяжелым шагом пожилой мужчина.

Трость в руке, мундир почти военный, а лицо — как на старинных портретах: будто сейчас объявит дуэль или изгонит тебя из королевства.

Ох, так это же, судя по всему, дедушка инспектора!

Стыдно признаваться, но я забыла не только узнать имя фиктивного жениха до начала ужина (хотя это неудивительно, учитывая, что я в принципе не знаю ни чьих имен в этом помещении. Видимо, не в правилах, рода Иклисов представляться гостям…). Но и забыла о самом факте того, что весь этот фарс с помолвкой устроен именно для его дедушки, который является главой рода. Так что нужно быть паиньком отнюдь не перед родителями инспектора, а перед его дедом.

Пройдя тяжелой походкой к столу, глава рода сел во главе него(прошу прощения за каламбур!) и пристальным взглядом уставился на меня.

А я сразу же поняла, в кого пошел инспектор своими красными глазищами. В деда.

Что ж, хорошо, что я уже знаю, что это не отличительный признак вампиров. Иначе бы от страха коньки отбросила…

— Слишком худая, — заявил через некоторое время разглядывания моей скромной персоны в нескромном платье глава рода. — Тебя что магия кормит, девочка?

— Нет, это я с её помощью кормлю людей, — вырвалось у меня прежде, чем успела подумать.

В трапезной настала пауза.

Мать инспектора приподняла брови. Его отец и, собственно, мой недожених казалось перестали дышать. А дедушка вдруг… хмыкнул.

— Острый язык - это радует. Значит не глупа. — Заключил он с одобрением в голосе и кивнул слугам, чтобы те подавали еду к столу.

Вот это и было началом ужина.

Следующие пятнадцать минут прошли в параде блюд, оценивающих взглядов и тишине. Атмосфера была настолько напряженной, что я даже не рискнула вновь обратится к лорду Иклису младшему с вопросом о его имени. Волновалась, что меня услышит не только он, но и его родные.

В остальном же всё было относительно терпимо. Точнее терпимо было ровно до того момента, пока слуги не заменили основные блюда десертами, не разлили по бокалам напитки и… мать инспектора не нарушила тишину.

Она поднесла бокал наполненный ягодным напитком к губам и снисходительно произнесла: