Рия Рэй – Проект 1214 (страница 1)
Рия Рэй
Проект 1214
Глава 1
Одна короткая встреча в тесном
пространстве, оказывается, может
повернуть жизнь на 180 градусов
Звякнул уже привычный звук, оповещающий об успешном сканировании пропускной карты. Турникеты остались позади, я зашагала через весь светлый купольный холл со стеклянным потолком к нише с лифтами. «Дзынь» – и лифт прибыл. Третий этаж. Закрыть двери. Поправляю бейджик на шее, готовясь приступить к очередному рабочему дню, как в последнюю секунду перед закрытием дверей в проеме возникает рука. В лифт буквально вваливается, тяжело дыша, мужчина, взлохмаченные темные волосы небрежно падают на глаза, но, кажется, не доставляют ему дискомфорта. В руке бумажный стаканчик, излучающий приятный аромат свежесваренного кофе, – даже знаю, что за кофейня: сама часто захожу перед работой.
– Доброе утро, – поздоровался он, все ещё не восстановив ровное дыхание.
Я в ответ лишь кивнула, уставившись в закрытые створки кабинки.
Теодор Мелтон, тридцать два года, кабинет триста пятьдесят восемь, последний на третьем этаже прямо напротив лифта у окна. Занимается изучением и разработкой виртуальных вселенных, создает популярные компьютерные игры с элементами погружений. Хотя на вид и не скажешь. Стереотипы о чудаковатых замкнутых ботаниках в очках, с утра до ночи копошащихся в компьютерах, уже закрепились в голове, потому и сложно представить, будто этот высокий красавчик мог бы заниматься чем-то подобным.
Мы с ним почти не знакомы, могу поспорить, он и имени моего не знает. Да и я, несмотря на любовь к сбору сплетен обо всех вокруг, знаю о нем не больше этого.
Покинув душную кабинку лифта, я зашагала направо по коридору, силясь, чтобы не обернуться. За спиной щелкнул ключ в замочной скважине, а я всем телом ощущала на себе изучающий взгляд светлых глаз.
– Чуть не опоздала! – Только успела дернуть ручку двери, как услышала звонкий голос начальницы.
Хотя начальницей ее назвать было трудно, скорее, подруга. Высокая шатенка на три года старше меня.
– Я всегда во-вре-мя, Ада, – отозвалась я, срывая с крючка на стене халат и облачаясь в рабочую одежду. – Да и неужели ты не хочешь послушать…
Не успела договорить, как Ада рывком обернулась, отложив в сторону журнал наблюдений, и навострила уши.
– Я знала, чем тебя заинтересовать, – рассмеялась, но все же продолжила: – Вчера по пути домой видела нашу Жанетт со второго этажа и Ника с четвертого. Они все время смеялись, что-то обсуждая, а затем я потеряла их в Старбаксе на перекрестке.
– Вот Жан! А нам говорила, что одинока и даже искать никого не собирается, – Ада обиженно скрестила руки и надулась, вмиг сбросив лет эдак десять.
– А теперь мне нужна информация от тебя. – Я села на стул напротив рабочего места начальницы и придвинулась ближе к ней. – Расскажи мне все, что знаешь о Теодоре из триста пятьдесят восьмого. Мы сейчас в лифте ехали вместе, а потом он чуть дыру во мне не прожег. Не могло же такое показаться!
Я работала в Научно-исследовательском центре чуть больше полугода и за это время успела узнать максимум сведений о каждом втором сотруднике. Не могу сказать, что делала это специально, просто, скорее, оказывалась в нужное время в нужном месте. Хотя совру, если не добавлю, что меня это более чем устраивало. И эта полезнейшая способность познакомила меня со здешней компанией помешанных на сплетнях сотрудницах, в числе которых была и Ада. Потому и говорю, что считать начальницей женщину, с которой на перерывах перемываешь кости каждому проходящему мимо, очень сложно.
В нашей крысиной группке я стала пятым участником, прихватив с собой ещё больше поводов для сплетен, но уже о самой себе. Помнится, кто-то даже предположил, что я внучка нынешнего главы НИЦ из-за схожей фамилии.
– Слушай, а кто у тебя дедушка? – как-то между делом спросила Ада.
Ни о чем не подозревая, я ответила честно, а узнав о причине столь неожиданного вопроса, в голос расхохоталась. С тех пор с Адой мы в прекрасных отношениях и без единого секрета друг от друга. Да и в чем смысл, когда рано или поздно правда все равно всплывет наружу, причем скорее всего из уст нашей же компании.
– Теодор?.. – Ада запустила руку в густые слегка волнистые волосы, словно этот жест мог помочь в поисках нужных воспоминаний. – Честно, я мало что о нем знаю, думаю, не больше тебя. Разве что… Он на пару лет раньше закончил мой университет. Кажется, мы были даже с одного факультета.
– А разве он заканчивал не информационные технологии? – Я удивлено посмотрела на подругу, припоминая, что программирование и исследование микроорганизмов как-то не сочетаются.
Она подавила нервный смешок и прикрыла рот рукой:
– Проговорилась, вот черт.
– Ты училась программированию?! – я шокированно перебирала копошащийся в голове рой возникших вопросов. – Но почему ты микробиолог?!
– Нуу… Просить тебя держать рот на замке ни к чему не приведет, я понимаю, – она тяжело вздохнула, осознавая груз ответственности за то, что я влилась в их крысиный коллектив, – но, пожалуйста, хотя бы не сразу же рассказывай.
– О да, мне будет очень тяжело сдерживаться, – я прислонила ладонь к груди и состроила вымученный взгляд, – но я готова закрыть на все, что ты мне расскажешь, уши взамен на услугу, которая когда-нибудь мне может понадобиться.
Да сегодня просто лучший день! Тон задала встреча с этим красивым мужчиной, затем поделилась не дававшими покоя с самого вечера сплетнями, да ещё сейчас себе должника обеспечу!
– Ла-дано, – Ада сдалась, но ее тело все ещё выдавало боязливое напряжение. – По рукам.
Мы пожали руки в знак нерушимого обязательства, и я приготовилась слушать рассказ.
– Я тогда была на последнем курсе, проходила практику, тупила в компьютеры, создавая идиотские программки, упрощающие ведение базы данных в одной компании, тогда зрение себе убила, – она поправила рукой очки, съехавшие на кончик носа. – Как видишь, не особо-то мне там и нравилось. Зато после трудоустройства обещали хорошо платить, потому-то и держалась за них. Но практика тянулась, тянулась, а на оплачиваемую должность все не брали. Я стала подавать резюме куда-угодно и в итоге угодила сюда на твою должность лаборанта. Вообще не представляю, каким образом они меня взяли, когда я была пень пнем в этих биологических штуках, но работу свою выполняла и быстро училась. Мне оплатили обучение по переквалификации, и я потратила ещё несколько лет, переучиваясь. И так доросла до того места, на котором ты меня и видишь.
– О-фи-геть, – меня разрывало внутри от переполнявший эмоций, как когда я узнавала нечто сенсационное и не могла усидеть на месте, чтобы с кем-нибудь не поделиться. Видимо, эта буря красочных эмоций всецело застыла на моем лице, потому что Ада укоризненно бросила на меня взгляд и закатила глаза. – Я помню. Могила.
Жестом запечатала рот и выкинула незримый ключик за спину, подруга облегченно выдохнула.
– А теперь живо за работу! Принеси вчерашние препараты, там оставались на ночь мариноваться KH-563.
– Слушаюсь и повинуюсь, моя начальница. До обеда. – Посмеявшись, все-таки пришлось взяться за дело и скрыться за дверкой в подсобную лабораторную кладовку, погрузившись в мир колбочек, стеклышек и микроскопов.
До сих пор удивляюсь, каким образом меня занесло в этот интересный, но уж чересчур умный микро мир. В школе естественные науки меня особо не интересовали, в старших классах я подумала, что неплохо бы стать врачом, желательно хирургом. Спасибо всему марафону медицинских сериалов, которые я взахлеб смотрела сутками напролет, что рассказали, где же находятся настоящие деньги. Но желание тухло с осознанием того, что помимо ответственности за реальную человеческую жизнь в этой профессии кроется самое большое разочарование – учеба до конца наших дней. Тратить всю жизнь на обучение, пусть и ради высоких целей, – ладно, кого я обманываю, все ради денег, – не особо-то и хотелось. Так я закончила в университете на факультете Биологии, ведь раз начала готовиться к вступительным экзаменам по естественным наукам, то надо идти до конца. На самом деле, конечно, просто не хотелось заново учить ещё какие-то дополнительные предметы, чтобы кардинально сменить направление. Тут я знаю, о чем говорю, потому что вторым после хирурга в моем списке желанных профессий был адвокат. Естественные науки, которые я уже начала изучать, и социальные, с которыми мои отношения еле дотягивали до троечки… Выбор был очевиден.
Да и в универе не могу сказать, что хорошо училась, во всяком случае первые годы. Не до того было, хотелось, как и любому подростку, который скоро переступит порог второго десятка, думать обо всем на свете, кроме учебы. Но оказавшись на грани пересдачи, что на моем потрясном направлении полностью приравнивалось к отчислению, что-то щелкнуло, и я взялась за ум. Оказалось, мозгов хватило окончить учебу практически с отличием, подвел этот несчастный первый год. Затем магистратура, аспирантура… Кто-то сказал, что на врача учиться всю жизнь? Забыли упомянуть чертовых научных ученых.
С новеньким дипломом, на этот раз с отличием, я оказалась за порогом университета и отправилась в вольное плавание, но практически сразу увязла в опутывающих водорослях моего научного центра. Пришлось причалить и на время задержаться.