Рия Райд – Пламя Десяти (страница 35)

– Это Наг-гиль Крамер, – сказал Марк, указав на молодую улыбающуюся женщину, что стояла на фото рядом с Константином, – м-моя пра-пра-прабабка. Она п-погибла спустя два с по-половиной года после этог-го вечера. Константин не оставил и к-камня на камне от А-а-андарской рез-зиденции, г-где она пряталась п-последение полгода. Как и от в‑всего Андара.

– Он подорвал ее резиденцию? – ошарашенно спросил Андрей.

Марк криво усмехнулся.

– Г-говорят, он ее и па-пальцем не тронул. Фи-физически, – поспешил добавить он. – К-к-константину хватило дв-вух взмахов р-рукой для т-того, чтобы резиденция пр-превратилась в груд-ду булыжников. Он знал, ч-что Нагиль прячется там од-дна. Он нав-верняка получал уд-довольствие… – Марк побледнел, слегка тряхнул головой, словно прогоняя из воображения неприятные картины, и указал на мужчину, что стоял по правую сторону от Константина. – А это С – с-самуэль Антеро, спустя п-пару месяцев Константин ка-казнил его вм-месте с ж-женой на Ба-астефорской площади. В теч-чение часа с пом-мощью своей магии заставлял их с-сердца то останавливаться, то с-снова биться, не д-давая им ум-мереть. Это к-как пережить с де-десяток сердечных приступов…

Андрей попробовал это представить и тут же ощутил, как от чудовищной картины в воображении у него пересохло в горле.

– А кто это? – указал он на мужчину на соседней фотографии.

– Ро-родерик Далми. Его К-к-константин казнил вместе с с-семьей спустя три года после начала войны.

Марк не сказал, как именно, а Андрей не хотел уточнять. Его взгляд скользнул на соседнюю фотографию, и сердце тут же пропустило удар.

– А э-это… – начал Марк.

– Я знаю, кто это, – сглотнув, прервал Андрей. – Уж как выглядел Дамиан Деванширский, мне известно.

Дамиан Деванширский. Андрей просто не мог поверить своим глазам. Последний император Рианской империи и его самый известный и ближайший предок из лиделиума стоял рядом с Константином и смотрел с изображения, держа в руке бокал и широко улыбаясь, так, будто находился в компании ближайших друзей. Его поза была расслабленной и немного небрежной, будто за несколько минут до этого его вытащили из-за стола специально для фотографии. Константин казнил его ровно через два года на Бастефорской площади вместе с женой и другими членами семьи. Он применил к ним самые чудовищные пытки даже по меркам лиделиума – отдал на растерзание толпе после того, как сам замучил их до полусмерти. Константин сделал это даже с детьми Дамиана – двумя из трех. Он не знал, что самого младшего, новорожденного сына, Деванширский успел спрятать в последний момент. Единственного выжившего ребенка Дамиана звали Кристофер, и он приходился Андрею прапрадедом по материнской линии.

– Как это возможно? – прошептал Андрей. – Это явно закрытый прием, и он точно не напоминает деловые переговоры. Разве Константин и Дамиан водили дружбу?

– С-судя п-по фотографиям, они н-е просто бы-были знакомы, – заметил Марк, одну за другой пролистывая фотографии, где Диспенсер с Деванширским позировали с другими гостями, – по-похоже, это не о-обычный ужин. Па-апка с этими ф-фотографиями называется Kal’den, я из-зучил, в переводе с древнеар-рианского это…

– Новый свет. С древнеарианского Kal’den переводится как «новый свет».

– Ве-верно, – кивнул Марк, озадаченно потерев лоб. – Но я не зна-наю, что эт-то может значить…

Андрей взволнованно посмотрел на Марка.

– Это единственная папка с таким названием в вашем архиве?

– Их не-несколько, с ра-разными датами. Но н-на всех од-дни и те же л-люди. П-просто в ра-разные дни. И по-похоже, все о-они были сделаны в ре-резиденции Диспенсеров.

– Новый свет, – пробормотал Андрей, откинувшись спиной на подушки и потерев глаза. – Что это может значить? Это похоже на название. Может, название какого-то закрытого общества…

Марк удивленно округлил глаза.

– По ти-ипу «Бе-белого георгина», куда меч-чтает войти П-питер? Ма-масонская ложа?

– Не думаю, – слабо улыбнулся Андрей. – Если честно, я все еще не уверен, что «Белый георгин» существует. Но «Новый свет»… Все это точно не просто так. Крамеры, Деванширские, Антеро, Далми… – Он вновь подался вперед и стал быстро перелистывать фотографии одну за другой. – Как зовут остальных и, главное, кто из них выжил во Вселенской войне?

– Никто. В т-том-то все и де-дело, – тихо ответил Марк. – Из те-ех, кто на ф-фото, никого не ос-сталось в жи-живых. С на-началом Все-вселенской войны Константин у-убил их всех. – Когда Андрей поднял на него глаза, полные невысказанного ужаса, он едва заметно передернул плечами и, смахнув в сторону еще несколько изображений, остановился на общей фотографии, где были собраны все двенадцать человек. Он начал перечислять с левого конца: – Занаида и Са-амуэль Антеро, Р-родерик Далми, Зофья и Лю-людвиг Кастелли, Наг-гиль Крамер, Дамиан и Ребекка Де-еванширские, Дарья Ла-ландерс, Уильям Фа-фарицкий, сам К-константин и Анна Понт-тешен. В-все за и-исключением Константина п-погибли во время В-вселенской во‑войны, – закончил Марк.

Одним движением руки Андрей смахнул все изображения и приблизил общую фотографию. Он подвинул ее в сторону, еще больше увеличивая левую часть – там, где рядом с Константином, в самом углу стояла девушка, которую он уже видел раньше. Анна Понтешен – последняя известная наследница одной из самых богатых и влиятельных династий в мире. Он начал искать о ней информацию с тех пор, как о ее связи с Константином упомянул Питер. Если Андрей не ошибался, здесь Анне было около двадцати лет. Константин заинтересовался ею, едва она вышла в свет. К моменту, как была сделана эта фотография, ради Анны он оставил жену и двоих детей, а потом… зверски убил ее и всю ее семью.

Андрей приближал изображение до тех пор, пока оно не стало вполовину его роста, и, кажется, на какое-то время даже перестал дышать. Он не понимал нескольких вещей. Во-первых, как от столь сильной любви можно прийти к такой ярой, безумной ненависти. Во-вторых, почему об Анне Понтешен в галактической сети было так мало информации. Все те жалкие крохи сведений, что ему удалось раздобыть, он нашел либо в архивах Брея, либо в данных, которыми поделился с ним Питер. Даже о ее любовной связи с кузеном Вениамином Нозерфилдом Андрей нашел крайне мало упоминаний, а ведь именно это и стало одной из главных причин безумия Константина. В-третьих, Андрей никак не мог понять – почему Анна? Что в ней было такого особенного помимо наследства и имени, что ради нее Константин поступился диспенсеровским честолюбием и оставил свою прежнюю семью? Хотя чем больше Андрей смотрел на ее фотографии, тем больше начинал понимать…

Она была красива. По-настоящему красива, а не так, как большинство манерных светских дам, которых он повидал достаточно за то недолгое время, пока жил в резиденции Брея. Кроме этого в ней было кое-что еще. Например, взгляд – одновременно гордый и благосклонный, полный уверенности и внутреннего благородства. То, как Анна смотрела со всех фотографий, по непонятным причинам пленило Андрея и заставляло его сердце биться чаще. Ее улыбка была одновременно загадочной и теплой, а поза – всегда естественной, расслабленной, но от этого не менее величественной и изящной. На всех без исключения фотографиях Анна казалась Андрею ярче и заметнее всех остальных гостей. Даже тогда, когда, как здесь, стояла с краю и явно не намеревалась быть в центре внимания.

– Го-говорят, с Анной он ра-расправился еще более жест-токо, чем с другими… – тихо сказал Марк, заметив его взгляд. – Ее те-е-ло так и не нашли. Го-говорят, убив ее с-семью, Константин лично п-пытал Анну е-еще несколько дней. К-когда она у-умерла, он с-сжег ее тело и л-лично развеял ее прах у рез-зиденции По-онтешен.

Андрей медленно выдохнул и, отбросив одеяло, спустил ноги на холодный пол. Он еще ощущал покалывание в ступнях после процедуры и легкое головокружение, которое никак не проходило. Тем не менее он приложил последние силы, чтобы встать с кровати и сделать несколько шагов. Так было легче думать. Хаос мыслей разрывал его сознание на части, а ходьба и движение помогали сосредоточиться.

Сведения Марка и правда были шокирующими, но Андрей никак не мог понять, за что стоит зацепиться, чтобы докопаться до истины. Пока он был уверен лишь в двух вещах: гости, собранные на фотографии, были частью какого-то общества, а его основателем определенно являлся Константин. Что ему было нужно? И почему все, кто входил в его тайный круг, позже поплатились за это жизнью? Планировал ли это Диспенсер заранее или их убийство было последствием его безумия?

– Юрисдикции Крамеров, Антеро, Кастелли и Понтешен тогда были частью Рианской империи, – озвучил свои мысли Андрей. – Не удивительно, что, объявив войну Деванширским и желая захватить земли Риании, Константин напал на всех них.

– В-верно, – кивнул Марк, – но к-какое это имеет з-значение? Ю-юрисдикции Далми и Лан-ндерсов всегда были частью К-кристанской империи. Они п-поддерживали Диспенсеров. З-зачем тогда Константину у-убивать еще и своих? Юрисдикция Фар-рицких так вообще о-относится к республике Катер.

– Тогда должно было быть что-то еще. Что их объединяло? Что нужно было Константину?

Андрей задавал эти вопросы в пустоту, не надеясь, что Марк сможет ответить. Он и так сделал уже очень много.