Рия Ли – Женьшеневая карамель (страница 55)

Похоже, никто ещё не хватился их отсутствия. Но стоит им лишь выйти на главную тропинку, ведущую вдоль домиков к беседке, как Тэхён тут же смотрит на Джи в упор, что даже расстояние в сто метров не спасает от его пристального взгляда. Сразу же хочется развернуться и убежать обратно в одиннадцатый домик. Но кроме Тэхёна в беседке ещё сидит Минхёк, так что Джи смело идёт вперёд, рассчитывая, что никакие неловкие темы не будут подниматься в присутствии посторонних.

— Вы откуда? — интересуется Хёк, как только Джи поднимается по ступенькам беседки.

Джинсо вернулся в свой домик, так что Тэджи может говорить всё, что угодно.

— Гуляли по территории, — привирает она, садясь на одну скамейку с Тэхёном — так не придётся смотреть на него в упор.

— Я тоже прогулялся перед завтраком, и вас почему-то не встретил, — бубнит Тэхён, будто пытается уличить Джи во лжи.

— Мы тоже тебя не встретили, — обыденно произносит она, вскрывая один из готовых кимпабов, которые были куплены для перекусов, но так и не доедены.

— У вас было свидание? — лыбится Минхёк, а Джи давится роллом, потому что первое, что всплывает у неё в голове — имя Кан Тэхёна. Какая же она идиотка. Подумала, что Минхёк именно об этом говорит. — Да не нервничай ты так, — смеётся он, протягивая ей свой термос с кофе. — Запей.

— Шиву храпел, и я не выдержала, — Джи не без труда проглатывает вставший поперёк горла кусок. — Джинсо тоже не спалось из-за храпа Ли Джуна.

— А ты чего так рано подорвался? — кивает Минхёк, обращаясь к Тэхёну. — У тебя тоже сосед храпел?

— Нет, хуже, — с раздражением цокает Тэхён. — Он устроит курс молодого бойца и заставил меня приседать двести раз, а потом отжиматься столько же. Это вообще законно?

— А то ты в армии столько не приседал?

— Ну, то было в армии, — закатывает глаза Тэхён, делая глоток чая из термокружки. — Я уже не в той форме.

— Хлюпик, — Джи усмехается себе поднос, не видя, как обиженно на неё сейчас смотрит Тэхён.

— Я? — вычурно спрашивает он. — Да я могу хоть сейчас полумарафон пробежать. Но сегодня я планировал поспать подольше.

— А я говорил идти ложиться раньше, — упрекает его Минхёк, и Джи с недоверием смотрит на него исподлобья:

— Вы ещё вчера сидели?

— Кто-то же должен был тут прибраться, — пожимает плечами Хёк, забирая у неё свой кофе. — Скажи спасибо, что тебя мы не разбудили.

— А ты чего так занервничала? — как ни в чём небывало интересуется Тэхён, и Джи поворачивает на него голову быстрее, чем успевает сообразить, что натворила.

Взгляд сам опускается на его губы, один уголок которых едва приподнят в ехидной ухмылке. Кан Тэхён будто специально это сейчас делает, чтобы Джи занервничала ещё больше. Чтобы чувствовала неловкость и желание, не в силах тут же отвести взгляд.

…или хотя бы посмотреть в глаза.

— Не бойся, тебя мы не обсуждали, — тут же успокаивает Минхёк, делая странный акцент на последнем слове и зыркая на Тэхёна, будто всё же обсуждения были, но Джи о них переживать не стоит.

— Очень надеюсь на это, — она всё же набирается смелости, чтобы поднять взгляд и посмотреть своему главному страху прямо в глаза.

Тэхён не пьёт кофе, но его радужки цвета кофейных зёрен манят сильнее, чем кружка традиционного американо по утрам в их общем офисе.

…Тэхён тоже манит.

И от принятия этой мысли становиться невыносимо стыдно. Ведь между ними было столько всякого — больше плохого, чем хорошего.

…был даже поцелуй.

Но до сих пор не было понимания — Джи даже не пыталась его понять. А Кан Тэхён?.. Как она может быть уверена, что он понимает её, если за те полтора откровенных разговора, что были между ними, она только и делала, что удивлялась.

Может, стоит дать ему шанс? А может, просто сделать вид, что она ничего не помнит?

Съёмки скоро закончатся. Осталось отснять последний эпизод, а дальше их пути разойдутся. После прощальной вечеринки, дата которой уже назначена, они могут никогда больше и не встретиться.

— Пошёл я собирать вещи, — констатирует Минхёк, вставая из-за стола. — Нам ещё аппаратуру в машину грузить.

— Я тоже пойду, — Джи поспешно встаёт с места, даже не доев кимпаб. Оставаться наедине с Тэхёном ей вовсе не хочется.

— Поешь нормально, а то в следующий раз еда будет только дома, — останавливает её Минхёк, оставляя на столе свой термос. — Кофе тоже допей.

Неоднозначный взгляд, который Хёк бросает на Тэхёна, совсем ей не нравится. Однако она садится обратно на место, откусывая неприлично большой кусок кимпаба. Есть надежда, что Тэхён не будет пытать её и просто помолчит.

— Ты совсем не спала? — интересуется он, растаптывая все надежды на тишину.

— Спала, но плохо, — недовольно бубнит Джи, прикрывая рот ладонью и всё ещё боясь посмотреть в сторону.

— Я долго уснуть не мог, — хрипло произносит он, а Тэджи тут же вспоминает тон, которым он вчера сказал ей «спокойной ночи».

…поцелуй тоже сразу вспоминается.

— Беспокоило что-то? — зачем-то спрашивает она, замечая краем глаза, как Тэхён перекидывает одну ногу через лавочку, придвигаясь ближе.

— Не мог перестать думать о тебе, — напрямую говорит он, а Джи едва сдерживает кашель, опять прикрывая рот рукой, чтобы не заплевать весь стол своим не дожёванным завтраком. — Я тебя смущаю?

— Немного, — Джи всё же поворачивается на него, но руку ото рта не убирает.

…как будто это может её защитить.

— Прости, но я больше не могу ничего с этим поделать, — улыбается он, потупляя взгляд, будто смущается, что ему вовсе не свойственно.

Эта сторона Кан Тэхёна так и остаётся неизведанной. А ещё совсем недавно Джи и предположить не могла, что он способен на подобные эмоции.

— Тогда, ты тоже меня прости, — произносит она, сидя всё в той же неловкой позе. — Это для меня слишком, — с опаской убирает руку, протягивая её к термосу с кофе, чтобы сделать глоток, но замирает, как только щеки касается горячая ладонь:

— Это? — Тэхён осторожно возвращает к себе внимание Джи, бессовестно целуя прямо в губы.

Прямо посреди улицы, когда все уже проснулись и могут увидеть их в любой момент, он нежно целует её, поглаживая по щеке и оставляя после себя пылающий след на коже.

Похоже, он вчера точно перегрелся на солнце. Потому что другого объяснения его действиям очень сложно найти — да это практически невозможно. После всего, что между ними было в университете, они не имеют права вот так сидеть и целоваться, словно прошлое действительно не имеет значения.

Возлюби врага своего? Кан Тэхён, похоже, воспринял эту фразу буквально. Если его не тяготит бремя прошлого, то Джи завидует ему.

— Тэхён, — бубнит ему в губы Джи, не сразу находя в себе силы отстраниться. — Тэхён, Тэхён, подожди, — делает ещё одну жалкую попытку освободиться, но чувствует, как он улыбается, не позволяя улизнуть.

— Мне так нравится, когда ты зовёшь меня по имени, — лишь на долю секунды он отлипает от неё, чтобы произнести это, и снова припечатывает своими губами, не позволяя чужим словам нарушить идиллию.

— Остановись, — уже грубее произносит Джи, и это, похоже, отрезвляет его.

Он больше не целует, но губы продолжают пульсировать, будто инертно имитируя нежные прикосновения.

— Понял, — он проводит большим пальцем по своей нижней губе, словно стираясь избавиться от привкуса кофе, который теперь запивает своим жасминовым чаем. — Пойду помогу Минхёку загрузить вещи в машину, — и тут же поднимается с места, спеша в сторону домиков.

Навстречу ему идёт Сындже, но Тэхён лишь кивает ему, не разговаривая и не оборачиваясь. А Сындже, похоже, и вовсе не понимает, что смогло испортить настроение его соседу с самого утра. Судя по всему, Сындже ничего не видел — оно и к лучшему.

— Чего он уже такой хмурый? — интересуется звёздный менеджер, поднимаясь по ступенькам беседки.

— Кимпаб, похоже, не понравился, — пожимает плечами Джи, стараясь делать вид, что ничего особенного не произошло. А внутри всё просто выворачивается на изнанку от одной лишь мысли, что Кан Тэхён поцеловал ей уже дважды.

— Он такой привереда, — констатирует Сындже. — То зарядка ему моя не нравится, то завтрак.

— Не обращай внимание, — успокаивает его Джи. — Он просто такой. Дело точно не в тебе, — дело в самой Тэджи, но об этом она умалчивает.

— Надеюсь, — вздыхает он, садясь напротив и открывая упаковку одного из трёх оставшихся кимпабов. — Все уже позавтракали?

— Я, Тэхён и Минхёк точно, а про остальных не знаю.

— Надеюсь, что и остальные тоже, — невинно улыбается Сындже, забирая себе ещё одни кимпаб. — А то я одним не наемся.

Он уже жуёт первый ролл, а Джи думает, стоит ли попросить его о маленькой услуге или это будет выглядеть очень странно?

— Сындже? — робко зовёт она, а он лишь мычит в ответ. — Будет очень странно, если я попрошусь поехать обратно с вами в машине? — он вопросительно смотрит на неё исподлобья, и Джи уже жалеет, что рискнула. — Поняла, нельзя, — нервно усмехается она, делая последний глоток кофе, что приходится даже запрокинуть голову, чтобы ни капельки не оставлять в термосе.

— Да нет, — спешит оправдаться Сындже. — Можно, конечно. Места полно. Только, почему вдруг? Вчера что-то произошло? Вы поссорились с кем-то?

— Нет-нет, ни с кем не ссорились, — разубеждает его Джи. — Просто я очень плохо спала и подумала, вдруг у вас в машине больше места, чтобы я могла вздремнуть. А то, когда мы ехали сюда, я спала на плече Тэхёна, как потом выяснилось. А в этот раз… — ей не дают закончить: