Рия Ли – Женьшеневая карамель (страница 25)

— Так, я понял: менеджер Чон увидел, как ты портишь журнал и… — но договорить ему не дают:

— Ничего ты не понял! — перебивает Джи, поднимаясь с места и бережно кладя на туалетный столик журнал. — Всё! — уже не так осторожничает, снова обращаясь к брату: — Иди, ешь свою лапшу!

— Так что там с менеджером Чоном? — не унимается Шиву, даже когда Тэджи уже буквально выталкивает его из своей спальни.

— Да забудь ты про него, — шипит она, продолжая толкать его в спину по направлению к двери.

— Да ты только о нём и твердишь, — смеётся Шиву, оборачиваясь на неё и получая колоссальное удовольствие от издевательств над младшей сестрой. Такая милашка, когда бесится из-за того, что не может совладать со своими чувствами.

Но будет ли Шиву пытаться наставить её на путь истинный? Конечно, нет. Она уже взрослая, так что, пусть сама разбирается со своими ухажёрами. А Шиву проследит, чтобы никто из них не переступил черту дозволенного.

— Приятного аппетита! — выкрикивает ему в лицо Тэджи, демонстративно захлопывая дверь.

Глава 9. В ловушке обстоятельств

За две недели съёмок Тэджи выработала целую стратегию, как свести к минимуму нежелательные контакты с Кан Тэхёном.

Утром она старается приходить раньше, чтобы успеть провести несколько спокойных минут с Минхёком с традиционным кофе. Потом идёт вместе с ним в павильон для съёмок, пока в это время Тэхён делает свои ультраважные писательские дела в их общем кабинете. Но стоит заметить, что он появился на съёмочной площадке, как Джи тут же находит повод уйти в неизвестном направлении.

Пару раз даже доходило до такого, что Тэджи буквально молила Минхёка или Хумина придумать ей работу, не подразумевающую общение с Тэхёном.

Все рабочие вопросы касательно написания сценария теперь оговариваются по электронной почте. А если это что-то не требующее срочности, то Джи просто клеит стикеры с «посланиями» на рабочий монитор Тэхёна, пока он отсутствует в офисе.

Такая стратегия кажется Джи весьма гениальной, а Тэхёну кажется, что он готов прибить коллегу при первой же встрече.

— «Страница пять, шутка про погоду не смешная», — зачитывает он, срывая очередную записку со своего монитора. — У неё что, язык отсохнет, если она мне это в лицо скажет? — он смотрит на Минхёка, будто тот может дать ответ. А Хёк уже проклинает, что заранее не скинул необходимый материал на флешку и вынужден сейчас находиться в офисе.

— Ты это у меня спрашиваешь? — он выглядывает из-за монитора и видит, как Тэхён уже выбрасывает скомканную записку в мусорное ведро.

— А тут есть кто-то ещё?

— Мне кажется, что ответ тебе сможет дать только сам автор, — Хёк готов выслушивать нытьё Джи, но не готов соваться в их отношения с Тэхёном.

Он и так приложил руку к тому, что отправил пьяную Джи с ним домой. А теперь происходит всё вот это — Тэджи избегает их встреч, а Тэхён готов волосы на себе рвать, получая очередной розовый стикер.

— Она что, избегает меня? — щурится Тэхён, придвигаясь ближе к столу.

— Да с чего бы? — Минхёк строит из себя невинного, а сам прекрасно знает, что происходит.

Да, господин Кан Тэхён, Вас избегают. При чём достаточно демонстративно.

— Я даже не помню, когда она со мной за соседним столом тут сидела, — поворачивает голову в сторону пустующего места Джи, а Минхёку кажется это весьма странным.

— Соскучился? — приподнимает одну бровь Хёк, спрашивая вовсе без усмешки.

— Господи, нет, конечно, — тут же пресекает Тэхён, теперь глядя лишь в монитор. — Просто её ребячество тормозит весь процесс, — пытается казаться увлечённым работой, но Минхёка уже не переубедить. Кан Тэхён беспокоится — это на него не похоже. — Мы уже могли писать сценарий следующего эпизода, а вместо этого топчемся на одном месте. Из-за её игр скоро съёмки встанут. Вот увидишь.

— Не думал, что ты такой пессимист, — едва усмехается Хёк. — Можешь тоже ей на столе записку оставить со своими возмущениями. У меня как раз где-то завалялась стопка стикеров, — и не дожидаясь ответа, он уже гремит содержимым верхнего ящика, ища нераспечатанную упаковку листочков.

— Я не стану опускаться до её уровня, — с отвращением фыркает Тэхён, нервно клацая мышкой, видимо, обновляя страницу браузера. — Она нужна мне сейчас, а не когда-то там.

— О, так она нужна тебе? — Минхёк откладывает в сторону стопку ярко-розовых стикеров, складывая руки в замок перед подбородком. Лезть в их отношения он не собирается, а вот наблюдать за их развитием из первых рядов — вполне себе.

Тэхён кажется безразличным к его словам, но это лишь театральщина. Пара косых взглядов, и он не выдерживает, поворачиваясь на Минхёка:

— Чего так смотришь?

— Как?

— Как будто думаешь, что прочитал мои мысли.

— А какие у тебя мысли? — не унимается Минхёк, не сводя с Тэхёна любопытного взгляда.

…он волнуется?

— Прибить её хочу, вот какие, — резко произносит Тэхён, явно раздражаясь.

— Скучаешь по ней, признай это, — Минхёка ему не удастся провести.

Может, Тэхён и пишет сценарии к романтическим дорамам, время от времени, но Минхёк их снимает. И пусть он не умеет читать мысли, зато умеет читать по глазам. А Кан Тэхён, всё же, плохой актёр.

— Не хочу делить с ней этот позор.

— А чего хочешь?

Вопросы вылетают один за другим, что Тэхён едва не произносит ошибочный интуитивный ответ. Паника в его кофейных радужках разливается по песочной коже прикусанной изнутри щеки.

…едва не сболтнул лишнего.

На лице Минхёка победная ухмылка, а в копилке Кан Тэхёна первое поражение, о котором, к сожалению, Мин Тэджи не узнает. Ведь Минхёк не будет ей рассказывать об этом диалоге. Он лишь кивает, будто веря в это сухое «закончить поскорее проект», но знает, что это такое же притворство, с отыгрыванием которого Кан Тэхён справляется чертовски плохо.

В идеальном плане Мин Тэджи есть брешь — совещания. Это единственное место, где ей волей-неволей приходится контактировать с Тэхёном, который, как назло, больше ни одно собрание не пропустил. И, как назло, собрания проводятся каждый день, а присутствие на них — обязательно.

Обычно на летучках поднимаются вопросы организационного характера и подводятся итоги прошедшего съёмочного дня. Например, сегодня Хумин отчитывал съёмочную группу за то, что вчера все микрофоны, включая запасные, разрядились, и никто не позаботился это проверить перед началом работы. Как следствие, вся команда была вынуждена ждать, когда зарядятся аккумуляторы.

Эта оплошность не касается Джи, поэтому она слушает лишь вполуха, сосредоточенно царапая незамысловатый узор на виртуальном листе планшета. Взгляда не поднимает, ведь прямо напротив сидит Кан Тэхён. Лишь краем глаза подмечает, как он облокачивается на спинку стула и, скрестив руки на груди, слушает продюсера Пак Хумина.

Идеально выглаженная черная рубашка с весьма вызывающим абстрактным рисунком, возможно, дизайнерская. Несколько верхних пуговиц расстегнуты, демонстрируя тонкую золотую цепочку на его шее, а рукава закатаны до локтей, обнажая предплечья. Тэхён всегда одет с иголочки — как же это раздражает. Как будто звезда тут он, а не Ким Джинсо.

Вот уже озвучивают план на предстоящий съёмочный день, но у Тэджи свой план. Когда собрание закончится, то она дождётся, пока все покинут переговорную, а потом уйдёт в противоположную сторону от Кан Тэхёна. Это срабатывало все две недели — сегодня тоже сработает.

— Всем спасибо за внимание! — завершает совещание Хумин. — Если ни у кого больше не осталось вопросов, то собрание окончено, — ещё раз окидывая взглядом всех сидящих за столом, он закрывает ноутбук, и презентация тут же исчезает с большого экрана за его спиной.

Все дожидаются, пока начальство покинет переговорную, и тоже поднимаются с мест, направляясь к выходу. Тэджи осторожно смотрит исподлобья, ненарочно встречаясь взглядами с Тэхёном — чёрт, он смотрит прямо на неё, поправляя ремешок часов.

— Мне нужно успеть заскочить к менеджеру Чону, — Минхёк поднимается с места, задвигая за собой стул. — Попытаюсь прорваться вперёд, ты со мной?

— Беги, я тебя только задержу, — улыбается Джи, глядя на него снизу вверх. — Я всё равно кое-что тут не доделала, — и тут же блокирует экран планшета, замечая, как Минхёк косится на её каракули.

— Тогда до встречи, — он отталкивается руками от спинки стула и, кивнув Тэхёну, направляется к выходу, пытаясь протиснуться через толпу.

Жаль, что сценарист Кан никуда не торопится. Так и сидит, испепеляя взглядом Тэджи и испытывая её нервы. Но как только все покидают кабинет, Тэхён тоже поднимается с места, нарочито громко задвигая за собой стул. То ли внимание привлечь хочет, то ли просто позлить. Но Джи лишь облегчённо вздыхает, откладывая в сторону планшет и глядя на закрывшиеся за Тэхёном двери.

Сразу выходить не спешит. Делает несколько глотков воды из бутылки, облизывая влажные губы и закручивает крышку. Растягивает каждое действие, будто за ней следят. А на самом деле просто пытается убедить себя, что всё это часть естественного процесса. Задвигает все стулья, выключает свет и ещё раз оглядывает переговорную, ловя последние мгновения полной изоляции.

Кажется, теперь она может спокойно выйти и не опасаться нежелательной встречи. Так что Джи, совершенно не ожидая, что кто-то может поджидать её в холле, делает несколько шагов и едва не взвизгивает, когда кто-то хватает её за локоть, таща обратно в переговорную. Слова застревают поперёк горла, путаясь в голосовых связках. И Тэджи растеряно смотрит, как Тэхён закрывает за ними дверь, а потом встаёт вплотную — нос к носу — перекрывая все доступные пути отступления.