Рита Навьер – Обмани, но останься... - Рита Навьер (страница 36)

Врач из частной клиники приезжал дважды в день, хотя, по его же словам, это была банальная вирусная инфекция. Ничего серьезного и опасного.

Лишь на четвертые сутки Сергей более-менее пришел в себя. Вернулся к делам, хотя работал пока из дома. Запирался в своем кабинете с утра и до полудня, запрещая кому бы то ни было его беспокоить.

Потом они с Мариной обедали в гостиной. Он расспрашивал у нее про ее дела, как будто это и впрямь было ему интересно.

Марина сдержанно рассказывала про учебу – она заочно заканчивала второй курс, про занятия английским с репетитором, про курсы психологии, которыми она от нечего делать вдруг увлеклась. Хотя бы это он разрешал. А то ведь она как-то вознамерилась от скуки вернуться на работу. Но Сергей даже слушать ее доводов не захотел.

– Зачем это тебе? Работают, чтобы зарабатывать. Тебе это не нужно. У тебя и так всё есть. Так что не сходи с ума. Да и кем ты можешь работать? Кем-нибудь на побегушках? Меня позорить? Моя жена этого делать не будет. Никогда, – категорично отрезал он тогда. И больше они к этому вопросу не возвращались.

Марина говорила себе, что ей и самой не так уж сильно хочется работать, только поэтому она уступила, но сама же понимала, что это не так. Что она просто его если не боится, то опасается. Правда почему – не знала.

И даже сейчас отвечала на его безобидные вопросы в напряжении. Каждое слово обдумывала, лишь бы не сказать чего-то лишнего или того, что вызовет его недовольство.

Сама она его ни о чем не спрашивала. Было дело в самом начале – она решила как-то проявить внимание к его работе. Но Сергей тогда повел себя совсем не так, как она ожидала. Жестко и даже как-то агрессивно ответил, что нечего лезть в мужские дела. А следом еще и выдал отповедь на тему, что можно и чего нельзя женщинам.

Так что спроси ее, чем занимается ее муж, она бы ничего внятного и ответить не смогла.

– Еще хочу, – сказала Марина, – брать уроки музыки.

Сергей слушал ее с нечитаемым видом. И в конце обронил:

– Саморазвитие – это хорошо. Во всяком случае тебе это точно лишним не будет.

– То есть ты хочешь сказать, что я – недоразвитая? – обиделась Марина.

– Скажем так, до светской леди тебе, моя дорогая, расти и расти, учиться и учиться.

К лицу прихлынула кровь. Очень хотелось вспылить и уйти, но он как будто этого и ждал, наблюдая за ней, чуть прищурившись. Да и черт его знает, как бы он отреагировал. Поэтому Марина спокойно, хоть и язвительно поинтересовалась:

– Зачем же ты тогда женился на мне, такой недоразвитой? – и все же не удержалась от оскорбления: – Взял бы в жены свою развитую помощницу, эту сушеную воблу Ангелину.

– Ты как маленькая, – усмехнулся он. – Хотя это мне в тебе и нравится.

– И все же, зачем ты на мне женился? – спросила Марина уже серьезно.

На самом деле этот вопрос не давал ей покоя уже давно. Наверное, с самой свадьбы. На пылкого влюбленного ее муж никак не походил. Так что любовь из этого уравнения, увы, исключалась. Расчет? Но какая с нее, бессребреницы, могла быть выгода? Ровным счетом никакой.

Но ответить Сергей не успел. В гостиную зашла еще одна его помощница. Слава богу, не Ангелина. Какая-то новая. Олеся. Поскольку Сергей эти дни работал дома, то и вызвал ее из офиса. Та, как часовой на посту, дежурила у его кабинета в ожидании распоряжений. Ну и отвечала на телефонные звонки, чтобы босс не отвлекался.

Марине она даже понравилась – в отличие от высокомерной «сушеной воблы» эта Олеся держалась с ней скромно и уважительно. От «чашечки чая» неизменно отказывалась, но смотрела на нее с благодарностью.

– Сергей Эдуардович, – промолвила Олеся робко. – Звонил господин Веденеев. Сказал, что скоро подъедет прямо сюда, к вам домой. У него какой-то срочный вопрос.

Сергей тотчас стряхнул насмешливое выражение, нахмурился и молча поднялся из-за стола, не сказав Марине ни слова.

Кто такой господин Веденеев, Марина понятия не имела. Но, видимо, кто-то важный, раз Сергей так преобразился.

Веденеевым оказался обычный дядька, лысый, грузный и одышливый, старше Сергея лет на пятнадцать.

Его сразу проводили в кабинет. Через пять минут Олеся понесла им поднос с напитками. Ну а Марина поднялась на второй этаж, в библиотеку, которая располагалась как раз над кабинетом Сергея. В последнее время она пристрастилась к чтению и частенько там пропадала. Хоть какой-то прок от одиночества…

Сергей вроде и не увлекался литературой, во всяком случае Марина ни разу не видела его с книгой, но библиотекой владел отличной. Плохо только, что воздух здесь был сухой и пыльный. Поэтому Марина первым делом распахнула створки окна и села к нему поближе. Но не успела прочитать и абзаца, как уловила вдруг сигаретный дым.

Сергей, как и она сама, не курил и запах табака на дух не выносил. Вероятно, это его гость дымил в окно.

Марина встала с кресла, намереваясь закрыть створки, и вдруг довольно отчетливо услышала снизу:

– Ну что, Сережа, приручил свою молодую козочку? Проблем с ней точно не будет?

41

Марина так и застыла на месте.

Речь явно шла о ней, так что, наплевав на всякие приличия, она подалась ближе, облокотилась о подоконник и вытянула шею, чтобы лучше слышать. И про табачный запах сразу забыла.

«Молодая козочка» звучало неприятно, даже гадко, но еще сильнее ее насторожил вопрос – не будет ли с ней проблем.

Может, конечно, в ней вдруг взыграла паранойя, но на ум тотчас полезло самое плохое. Всевозможные истории с криминальным душком, которые она где-то когда-то слышала или читала в "Происшествиях". Еще и рассказ Наташки вспомнился, словно в подтверждение.

«Черт, он же просто один из директоров в медиахолдинге…», – в отчаянии закусила губу Марина.

– Какие с ней могут быть проблемы? – Сергей ответил не сразу. Голос его звучал очень тихо. Пришлось напрячь слух до предела. – Марина глупа как пробка.

В ней тотчас вспыхнула обида. Острая, жгучая.

– От дураков и дур как раз и бывают самые большие проблемы. Хотя умная была бы еще хуже, особенно в нашем деле. И чего тебе вообще так приспичило жениться? Из-за должности, что тебе предложил Инсаров?

– Отчасти и поэтому тоже. Ты же знаешь, сейчас в тренде образ примерного семьянина, – хмыкнул Сергей.

– Так ты решил согласиться? Нет, я понимаю, свой человек в министерстве лишним никогда не будет, но и ты пойми – это же повышенное внимание к тебе. Под лупой будут тебя разглядывать, что за человек, чем живет, чем дышит… Оно тебе надо? И если вдруг что просочится, Инсаров тебе не поможет. Сделает вид, что не при делах. Еще и потопит… если не что похуже.

– Сколько тебя помню, вечно ты каркаешь, Лев Игоревич.

– Я не каркаю, Сережа, а просчитываю, где и на ком можно погореть.

– Ну ты же знаешь, люди у нас все надежные. Сам же их проверял.

– Проверял. Но спокойнее было, когда тут не шастала твоя козочка. Жены, знаешь ли, имеют привычку совать свой нос в дела мужа, а потом трепать языком со всякими подружками, мамами…

– Моя не сует, не беспокойся. Да я и не держу дома ничего.

– Ну, смотри, Сереж, смотри… Хотя все равно не пойму, к чему тебе эта женитьба. Хомут... Нет, девка она, конечно, красивая, с огоньком, но красивых баб кругом – как грязи… ну, не мне тебе рассказывать, – гость двусмысленно и как-то мерзко засмеялся. – Кстати, на эту козочку был бы очень хороший спрос.

– Но-но! Не забывай, Лев Игоревич, что мы сейчас говорим о моей жене. Так что попрошу...

Марина не дышала и жадно ловила каждое слово. Хотя от последней фразы по телу поползли мурашки, и даже озноб пробрал, хотя день был знойный, и прямо в макушку припекало полуденное солнце.

Этот самый Лев Игоревич опять рассмеялся:

– Сережа, только не говори, что ты этой несчастной дурочкой увлекся и в самом деле решил остепениться. Все равно не поверю.

– Почему нет?

– Потому что мы с тобой – одного поля ягоды, и все эти семейные узы не для нас. И насчет предложения Инсарова хорошенько подумай. Стоит ли. Редко кому удается усидеть на двух стульях.

– Лев Игоревич, от таких предложений не отказываются.

– Ну, как знаешь. Кстати, а что там с женой Русова? Угомонилась?

– Да.

– Денег хотела побольше? Ты ж, вроде, и так отвалил им немалую сумму.

Что ответил ему муж, Марина уже не смогла разобрать. Видимо, тот докурил и закрыл окно. Но и от услышанного ее взяла оторопь. С минуту она не сдвигалась с места, потрясенная.

Потом, наоборот, заметалась по библиотеке, не зная, что теперь делать. Мысли хаотично роились, и голова гудела как растревоженный улей. Хотелось зажать уши, зажмуриться и забыть всё происходящее как страшный сон.

«Надо взять себя в руки, надо успокоиться, – внушала себе Марина. – Иначе они меня увидят такой, и сразу догадаются…».

Но сердце колотилось как подорванное, а внутри все дрожало. Она силой заставила себя сесть и заново прокрутить в уме все, что услышала.

В общем-то, из их разговора Марина не поняла ничего конкретного, кроме того, что Сергей женился на ней ради какой-то должности. Но это полбеды. В другой раз она, возможно, и почувствовала бы себя уязвленной и обманутой, но сейчас ее больше поразило другое. Получалось, что ее муж тайком проворачивает какие-то грязные дела с этим Веденеевым. И не просто грязные, а, очевидно, противозаконные и очень опасные, раз его гость так боится огласки.