Рита Навьер – Невеста по контракту (страница 9)
– Да замолкни ты уже! – прикрикнула на нее Саша, больше не в силах сдерживать слезы. – Уеду я, уеду, не беспокойся. Хоть завтра с ним уеду!
12
До последнего Саше не верилось, что она действительно делает это – уезжает неизвестно куда и, практически, неизвестно с кем. Собирала сумку и, глотая слезы, думала про Димку.
Как он мог так поступить? Так глупо и жестоко предать ее и их любовь? Так бездарно растоптать всё хорошее, что между ними было?
Он звонил на следующий день, но Саша или сбрасывала его звонки, или просто не отвечала. А сообщения его даже не открывала. Они так и висели непрочитанными.
Поздно вечером Димка приехал сам. На чьем-то скутере. Видеть его Саше не хотелось, но она все же вышла на улицу. Знала, что просто так он не уйдет.
– Привет, Сань, – улыбнулся Димка как ни в чем не бывало. – Ты чего трубку не берешь? На сообщения не отвечаешь… Я забеспокоился. С тобой все нормально?
Не зря она не хотела выходить. Один взгляд на него, и ноющая боль в груди опять взревела, впилась когтями, раздирая внутренности.
– Просто замечательно, – процедила она через силу.
Димка нахмурился.
– Да что случилось-то? Хорошо же все было. Думал, прокатимся. Вот, одолжил у соседского пацана, – Димка чуть отклонился, показывая на руль скутера.
– Это он тебе одолжил, – на автомате зачем-то поправила Саша.
– А? – не понял Димка.
Но повторять она не стала. Вместо этого спросила:
– Ну как, помог вчера маме на даче?
Сначала вообще не хотела выяснять отношения, какие-то упреки ему высказывать. Но не удержалась.
– Ну да, – глаза у Димки сразу забегали. Ему стало неловко. Видимо, в лицо врать не так легко, как по телефону.
– Может, расскажешь поподробнее, как помогал ей?
Саша смотрела на него исподлобья. Очень красноречиво смотрела, так что он беспокойно заерзал на скутере.
– Сань… – тут Димка вообще отвернулся и говорил теперь, глядя куда-то в сторону. – Я это… блин… короче, я соврал тебе вчера. Я не был на даче. То есть был, но не на нашей. Я ездил к пацану одному на днюху. Ну и мне неудобно было сказать тебе правду. Ну, типа, у тебя же горе, а я там развлекаюсь как бы…
– Надеюсь, ты хорошо развлекся, – сухо произнесла Саша.
– Ну, прости…
– Ладно, Купцов, мне пора собираться в дорогу.
– Даже так? Мы теперь по фамилии? Э, а в какую дорогу?
– Я уезжаю.
– Куда?
– В Иркутск. С отцом.
– Как? Когда? Зачем?
– Завтра утром. Буду теперь жить там.
– В смысле – жить? – хлопал растерянно глазами Димка. – Ты что, насовсем, что ли?
– Да.
– Постой, как же так? Мы же с тобой… И ты мне это вот так сообщаешь? А если бы я не приехал, то и не узнал бы? Нет, серьезно! А как же я?
– Дим, я думаю, что тебя есть кому утешить, – с горечью произнесла Саша, и горло болезненно сжалось.
– Ты про что? Или про кого?
– Про девочку, которая вчера сидела у тебя на коленях, – все-таки высказала Саша. Глаза резко защипало от выступивших слез.
Димка этого никак не ожидал. Лицо сразу стало как у воришки, внезапно пойманного с поличным.
– Ты… что-то не то… – залепетал он, густо краснея. – Я не понимаю, о чем ты.
– Всё ты прекрасно понимаешь. Мои бывшие подружки тоже были там. Сняли тебя на видео и мне показали. Ладно, мне и правда пора.
Саша развернулась и пошла к дому.
– Сань, стой! Да подожди ты! Это совсем не то, что ты подумала! Да блин, у нас с ней ничего не было…
Он еще что-то кричал ей вслед, но Саша уже не слышала. Закрывшись в своей комнатке, она начала порывисто, с удвоенной скоростью собирать вещи, а потом вдруг остановилась, тихонько сползла на корточки и глухо завыла.
На следующее утро Апронович заехал за ней на такси. В дом заходить не стал. И из машины не вышел. С багажом помогал ей водитель. А он сидел, уткнувшись в планшет, и едва поздоровался с ней, когда она села рядом с ним на заднее сиденье. Даже не взглянул.
Пока ехали в аэропорт, она опять плакала. Смотрела в окно на проплывающие мимо такие родные дома и улицы, и не могла сдержать слез. Казалось, что ее, как деревце, вырывают с корнем.
За всё время – и в такси, и в аэропорту, и пока летели в самолете – он не сказал ей ни слова. Саше казалось, что он вообще про нее забыл и, если она отстанет или потеряется, то он даже не заметит. И зачем тогда он всё это затеял?
В Иркутском аэропорту их встречал отцовский водитель на безумно дорогом автомобиле. Выскочив, чтобы открыть хозяину дверь, он с недоумением воззрился на Сашу. Апронович, усаживаясь, небрежно бросил:
– Это моя дочь. Александра.
– Здравствуйте, – кивнул растерянный водитель, затем открыл ей дверцу с другой стороны.
Ехали они долго, часа полтора. И опять в полном молчании. На этот раз Саша не выдержала и, повернувшись к Апроновичу, все-таки задала так терзавший ее вопрос:
– Зачем вы это сделали? Зачем вы меня забрали? Я же вам не нужна.
Он, не отрываясь от своего планшета, равнодушно произнес:
– Мать попросила. Я пообещал.
13
Закат был хорош. Уходящее солнце окрасило небо лиловыми и розовыми мазками. И весь город укутало золотистой дымкой. Красиво.
Апронович, наверное, впервые по-настоящему увидел, какой дивный вид открывался из окна его кабинета на последнем этаже высотного бизнес-центра. Его последней «игрушки».
Два с половиной года назад в голову вдруг ударило, что ему нужен именно такой офис – претенциозный, статусный, но современный, а не та обветшалая роскошь старинного купеческого особняка в центре города, как было до этого.
Хотелось много света, простора и воздуха. Хотелось парить над городом.
Задействовав связи, за бесценок он выкупил у города полуразрушенный недострой вместе с прилегающим участком. Место было удачное – оживленное, проезжее, хоть и не самый центр. Апронович даже удивлялся тогда, почему на эту землю до сих пор не нашлось желающих.
А полгода назад мечта наконец осуществилась.
У него появилась «Черная стрела» – так с его подачи называли этот небоскреб из тонированного стекла и металла. Верхние два этажа выступали над остальным зданием, а заканчивалось строение конусообразным куполом и шпилем, пронзающим небо. Отчего здание и правда напоминало стрелу.
Компания Апроновича занимала только верхние три этажа. Остальные помещения сдавались в аренду.
На последнем располагались его владения: кабинет, личная комната отдыха, гардеробная, тренажерный зал и бассейн.
Этажом ниже сидели его заместители: руководители департаментов, служб и направлений; приемная и два конференц-зала, поменьше – для планерок и собраний; и побольше – для масштабных мероприятий.
Еще ниже – трудилась армия менеджеров.