Рита Корвиц – Война Трёх ведьм (страница 11)

Мальчишка кидает взгляд на Ланику и Адею, сжимает губы в тонкую полоску и, выдохнув, расправляет плечи. Но Диона всё равно видит, как дрожат сжатые кулаки.

— Как тебя хоть зовут? — спрашивает она, улыбкой подбадривая парня.

— Ф-филлис. Филлис Мадвест, — отвечает мальчик.

— И что же ты хотел Филлис Мадвест?

— Я, — на вдохе воодушевлённо начинает Филлис, но затем плечи его дёргаются, голова опускается вниз, и он продолжает уже тише, — я хотел… подумал… может ты захочешь… на ярмарку через несколько недель… со мной.

Диона слышит за спиной тихий удивлённый вздох Адеи. Чувствуя взгляд подруг на своей спине, Изиль качает головой, смотря в голубые глаза полные надежды.

— Извини, но на эту ярмарку у меня уже есть планы, — говорит она абсолютно безразлично. — Попробуй поискать кого-нибудь другого.

Филлис закусывает губу, уголки его глаз тоскливо опускаются вниз. Он кивает, хватаясь за лямку сумки, а затем в спешке достаёт из неё маленький непонятный предмет, протягивая его Дионе.

— Вот… я, я не успел отдать в прошлый раз. Э-это тебе.

Диона забирает из рук Филлиса самодельный браслет. На тонкой ниточке нанизаны деревянные бусины, складывающиеся в неровное “ДИ от ФМ”. Как только браслет пропадает из рук, Филлис разворачивается и стремительным шагом уходит в направлении южного корпуса.

— Какой милый, — вздыхает Адея, провожая взглядом сгорбленную спину. — Диона, можно было и понежнее с ним.

— Да будет тебе, — хмыкает Изиль, перебирая между пальцами бусины браслета, чтобы затем выкинуть его на зелёную траву. — Мелкий он, сам себе что-то придумал. Это всё не серьёзно.

Адея хмурится, а Ланика лишь пожимает плечами. Трубит колокол, и ученики начинают расходиться на занятия.

— … Роксана Эйкен и Афер Плат, — мистер Ванн читает список, оглашая пары для магобоя.

— Кажется на этот раз Эрбину достанется пара для боя. Не расстроена? — спрашивает Глион.

Они сидят на трибунах, их плечи слегка соприкасаются, потому что оба укрыты плащом, что принёс Глион. Ветер уже стал по-осеннему холодным, колол пальцы и морозил кончики ушей. Адея сидела поодаль, сжимая в руках платок, подаренный Афером и улыбалась, смотря на возлюбленного.

— Нисколько, — отвечает Диона. — Наоборот, мне интересно посмотреть на то, каков в бою Эрбин со стороны.

Глин хмыкает, но не отвечает. Он переводит взгляд на поле, где мистер Ванн уже заканчивает составлять пары.

— И последние… Ланика Боме и Эрбин Клеро, — учитель с хлопком закрывает тетрадь со списком. — Итак, первая пара готовьтесь, остальные отойдите и не мешайтесь.

Диона замечает, как переглядываются Эрбин и Ланика. Губа мага дёргается, а палец ведьмы нервно стучит по бедру. Диона хмыкает, предвкушая интересный бой.

Небо над тренировочным полем окрашивается яркими красками. Ученики один за другим сражаются друг с другом, поднимая с земли слой пыли и песка. Кто-то громко охает, хватаясь за ушибленную ногу. Мистер Ванн даёт отмашку, что бой окончен.

— Следующие Эрбин и Ланика. Давайте, живее. Время итак заканчивается.

Ланика, вслед на Эрбином, выходит на середину поля. Диона вся подбирается и вытягивает шею, пытаясь поймать взгляд мага. Заметив ведьму, Эрбин подмигивает ей. Раздаётся сигнал о начале боя.

Блестящий золотом магический меч рассекает воздух в паре сантиметрах от лица Ланики. Несколько отрезанных рыжих прядей, падают на землю. Ланика отскакивает от мага и приседает, касаясь ладонью травы. Земля начинает дрожать. Глубокий раскол проходится прямо под ногами Эрбина. Вовремя отпрыгнув, маг успевает сделать перекат. Ланика делает взмах обеими руками, поднимая пыль и лёгкие камни с земли, закручивает их в вихрь и отталкивает от себя. Эрбин успевает лишь закрыть лицо руками прежде чем шквал из песка обрушивается на него. Щеку царапает острый камень, а пыль забивается в нос. Преодолевая поток ветра, маг выставляет вперёд руку, создавая щит. С виска стекает капля пота. Сквозь мутную коричневую пелену Эрбин встречается глазами с Ланикой. Девушка сверлит мага уничижительным взглядом. Поворот. Эрбин выскакивает из воздушного захвата, тут же перемещаясь за спину ведьмы. В руке снова сверкает меч. Не успевает маг нанести удар, руку обвивает что-то твёрдое и с силой резко тянет вниз. Эрбин падает на землю, слышится хруст. Меч выпадает из рук, тут же растворяясь в воздухе. Эрбин мычит от боли, прижимая к себе вывихнутую руку. Нависающая над ним Ланика смотрит с плохо скрытым презрением. К ним подбегает мистер Ванн, Диона, Глион, Адея и ещё несколько встревоженных одноклассников.

— Боме! — кричит учитель. — Какого эрданского тролля ты тут устроила?! В правилах магобоя же ясно сказано: никаких травм и увечий! А ну, живо все расступились! Вы двое, быстро поднимите его и отведите к лекарю! С тобой, Боме, я поговорю позже. Все свободны! Не на что тут смотреть!

Словно рассвирепевший бык, резко выдохнув носом, мистер Ванн, бросив напоследок грозный взгляд на Ланику, разворачивается и уходит с поля в сторону лекарского корпуса.

— Что ты наделала? Ты в своём уме? — Диона подскакивает к подруге. Лицо её багровое от злости.

— Это магобой, — спокойно отвечает Ланика, — травмы тут норма.

— Какая, к конскому дерьму, норма?! Ты сделала это специально!

— Не говори ерунды, Диона, я…

— Не говорить ерунды?! — Изиль взмахивает руками. Магия, повинуясь настроению своей хозяйки, поднимает её волосы вверх. — Это ты несёшь чушь! Зачем надо было ломать ему руку! То, что я выбрала в качестве учителя Эрбина, а не тебя не даёт тебе права калечить его!

— Диона, послушай… — пытаясь успокоить младшую, Ланика выставляет руки перед собой и подходит ближе, но Диона лишь качает головой, отходя на несколько шагов назад.

— Не хочу ничего слышать, — говорит Изиль. — Даже видеть тебя не хочу! Иди ты к чертям собачьим!

Оттолкнув от себя подругу, Диона убегает с тренировочной площадки. В уголках глаз начинают собираться слёзы. Ведьма закусывает внутреннюю сторону щеки, сдерживая рвущийся наружу всхлип. Она добегает до пристройки лекаря. Небольшое квадратное здание в один этаж стоит совсем рядом с южным учебным корпусом. Толкнув тяжёлую деревянную дверь, Диона заходит внутрь.

Внутри пахнет горькими травами. У входа пустующий стол, заваленный книгами и бумагами. На самом краю догорает одинокая свеча. Диона проходит дальше по узкому коридору и заходит в одну из комнат, откуда слышатся приглушённые звуки. Петли противно скрипят, когда девушка открывает дверь. Над сидящим на кушетке Эрбином склонился лекарь, аккуратно ощупывая повреждённую руку и завязывая последний узел, скрепляющий несколько тонких палок между собой.

— Вот всёс, — констатирует лекарь, стряхивая мусор с ладоней, ударяя их друг о друга. — Сходишься с этим неделеньку-другую, может заживётся. Больше не приходись сюда.

Лекарь хлопает в ладони, кивает самому себе и выходит из комнаты, даже не обратив внимания на стоящую в дверях Диону. Дверь захлопывается за мужчиной, и девушка подходит к кушетке, садясь рядом с Эрбином.

— Как ты? — спрашивает Диона.

— Жить буду, — ухмыляется маг, заглядывая в глаза девушки и подмечая в их уголках блеск от слёз.

— Прости за Ланику. Не знаю, что на неё нашло. Обычно она бы так не поступила.

— Хах, буду считать это за комплимент, — приподнимает уголок губ Эрбин. — Не бери в голову. Было даже весело. Люблю, когда попадается достойный соперник.

— Да, — тянет Диона. — Но всё равно. Ты не должен был пострадать.

Осознав, что сказала, девушка уводит взгляд, чувствуя, как краснеют щёки.

— Правда? — улыбается Эрбин. Глаза его игриво загораются. — И почему же?

— Н-ну, — пытаясь придумать ответ и не выдать своё волнение, Диона гордо выпрямляет спину и бродит взглядом по комнатке. — Ну… А, вот! Кто теперь будет тренировать меня?

Эрбин весело хмыкает. Диона спрашивает, даже несмотря на него, но маг видит, как девушка нервно перебирает свои тонкие пальцы.

— Неужели это вся причина? — протянув здоровую руку, Эрбин касается подбородка девушки и разворачивает её лицо к себе.

Хитрые жёлтые глаза смотрят детским любопытством и ожиданием. Попав в их сети, Диона вздыхает, расслабляя зажатые плечи и выдыхает тихое:

— Нет.

Глава 10. Ссора

Потрескавшийся камень стен, заросшие травой колонны и выбитый из окон витраж. Под ногами при каждом шаге скрипят доски и шуршат мелкие камни. В воздух поднимается пыль. Он знал, что найдёт её здесь. Спину греют лучи солнца, проникающего через обвалившуюся крышу. Сегодня на удивление жарко.

Она сидит на одной из немногочисленных уцелевший скамеек, не боясь замарать платье в пыли. Руки её сложены в молитвенном жесте, голова опущена, глаза закрыты, а губы что-то беззвучно бормочут. Кэлвард садится рядом. Лёгкий ветер треплет волосы донося до ушей шелест листвы. Где-то вдалеке дятел клюёт дерево, слышится пение птиц и очень тихое журчание реки.

— Не думала, что ты придёшь сегодня, — раздаётся умиротворённый голос сбоку.

Теофана касается мизинцем ладони Кэлварда.

— Соскучился, — отвечает принц, прикрывая глаза и утыкаясь носом в волосы девушки.

Безмятежность церкви наполняет душу покоем. Кэлвард вспоминает истории нянь, которые те рассказывали перед сном. Раньше, ещё до прибытия вителийцев на берега Первоземья, люди верили в Бога. Ему строили церкви, молились и устраивали праздники. Но, когда дедушка Кэлварда, Рабирий Грайт, прибыл на эти земли с первыми людьми и увидел магию, его вера в Бога пошатнулась. Он приказал разрушить все построенные церкви, а каждого, кто молился, ждало наказание. С того времени главной верой людей стали магия и сила собственного оружия.