Рита Хоффман – Раскол (страница 94)

– Мы все собрались здесь именно для того, чтобы отсрочить твою встречу со Жнецом, – устало выдохнул Монти.

– И прекрати эту истерику, смотреть тошно, – добавила капитан.

Старик открыл рот, задумался, закрыл его и поджал морщинистые губы. Савьер мог поклясться, что Давган покраснел.

– Жнец с вами, – бросил неожиданно присмиревший лорд. – Пусть входят.

«То, как на него влияют сильные женщины, начинает беспокоить», – подумал Савьер.

Люди и не-люди вошли во двор Норы не строем, а скорее толпой. Татуированные, лохматые, рогатые… Савьер не видел никого прекраснее. Он стоял, открыв рот, позабыв о приличиях, и жадно разглядывал их.

– Неожиданные союзники.

Монти пристроился рядом, сложив руки на груди. Он улыбался.

– Теперь я верю, что у нас все получится, – выдохнул Савьер.

– Обязательно получится. – Ирвайн хлопнул его по плечу. – Никаким демонам не сломить людской дух. Нас объединяет желание защитить дом, а это, друг мой, одно из самых сильных желаний на свете!

– Три Столпа, – напомнил Савьер.

– Думаю, даже подорвав один из них, мы серьезно помешаем планам Фаты. – Монти задумчиво смотрел в темное небо. – Я ничего не смыслю в магии, но что-то мне подсказывает, что…

– Они смыслят.

Мирай, все это время стоявший рядом немой тенью, указал на толпу, которую привел.

– Думаешь, нужно поговорить с ними? – Монти с интересом взглянул на него.

– Если хочешь узнать больше. И умеешь слушать.

– Есть хочу, – заявила капитан. – Я Фария, кстати.

Лорды тоже представились. Савьер не без удовольствия отметил, что никто из них не выказал пренебрежения.

«Все действительно меняется. Пока старики держатся за старые обиды, молодые лорды готовы создавать союзы. Если мы переживем эту войну, нас ждет совершенно новая эпоха».

– Думаю, Давган не откажется накормить женщину, которая привела подмогу, – усмехнувшись, сказал Ирвайн.

– В крайнем случае она сможет его заставить. – Монти подмигнул ему и широко улыбнулся. – Пойдемте. Завтра тяжелый день, нам понадобятся силы.

Савьер заметил, как Шанри, тенью стоявшая за спиной Монти, шагнула к Фарии. Он не собирался подслушивать, но Ласточка даже не понизила голос, когда спросила:

– Ты маршал лорда Дома Старой Крови?

– Всего лишь капитан пиратского корабля, – беззаботно откликнулась та.

– А я не лорд, – холодно бросил Мирай. – Я изгнанник.

– Изгнанный наследник, – поправил Монти, обернувшись. Они шли к замку лорда Давгана, окруженные личной стражей.

– История для хорошей баллады. – Ирвайн хмыкнул.

– Напишешь? Я слышал, что твой голос способен исцелять душевные раны. – Монти хлопнул его по плечу.

– Слухи сильно преувеличивают мои способности.

– И только попробуй представить меня леди в беде! Я буду все отрицать, – заявила Фария.

Они говорили так, будто были знакомы много лет. Савьер не ощущал привычного напряжения, только покой и искренний интерес людей друг к другу. Война осталась за стенами Норы – здесь и сейчас, на мрачной улице города-крепости, зарождалась дружба, и ее невидимые глазу теплые лучи ласкали Савьера и, казалось, освещали его путь.

Он вдруг поверил, что все будет хорошо. Что они справятся.

Покой темного утра разорвал звон колокола. Путаясь в одеяле, Савьер выскочил из отведенных ему покоев и налетел на взъерошенного Монти. Тот схватил его за плечи, встряхнул и просипел хриплым после непродолжительного сна голосом:

– Демоны напали. Мы окружены.

Глава 28

Коридоры уродливой крепости оказались бесконечными. Хести бродила по ним так долго, что устали ноги, и не встретила никого, ни одного проклятого демона. Никто не пытался остановить ее или запереть; о том, что перенос в Фату вызвал лютый голод, тоже никто не подумал. Горло пересохло, она страшно хотела пить.

Мормо сказал, что она новая Верховная жрица. Хести обдумывала его слова очень долго и понимала, что он не солгал. Кусочки знаний складывались в голове в цельную, тревожную картину.

О природе Верховных жриц всегда знали мало – они просто появлялись и становились главными. После смерти одной ее место тут же занимала другая, и только сейчас Хести поняла, что это означало: новая Верховная рождалась во время правления предыдущей. Возможно, именно поэтому ее «тетушка» питала свою искру именно искрой Хести – в ней было куда больше силы, чем ей говорили.

А может, после рождения новой Верховной искра предшественницы начинала угасать – кто знает? И потому требовала постоянного поддержания сил.

Окончательно заблудившись, Хести вспомнила о грибах, которые нашла в Упорядоченном. Конечно, они были довольно странными, но выбор невелик: смерть или от отравления, или от голода.

Открыв поясную сумку, она заглянула внутрь и с удивлением обнаружила, что внутри зародилась новая жизнь – мерцающая грибница. Тонкие нити оплели сумку изнутри и проросли наружу, впились в ее одежду и почти добрались до кожи.

– Да вы плотоядные… – пробормотала Хести.

Один из грибов замерцал, шляпка собралась, будто собираясь напасть.

– Я не буду вас есть. Растите. Меньше всего мне хочется стать удобрением.

К ее удивлению, гриб мигнул и снова принял свою нормальную форму.

«Разумные? Не может быть. Какая глупость…»

Она тряхнула скованными руками и поморщилась. Стены коридора пульсировали. Хести уже поняла, что весь окружавший ее мир создан из плоти Черной Матери. Еще там, в комнате, в которой ее оставил Мормо, она заметила прожилки вен, испещряющие все. Гомиэль не врал: тот, кто откроет врата, получит силу, и не просто силу, а мощь целого мира. Всей Фаты.

Услышав стон, Хести насторожилась. Спустя несколько долгих мгновений тишины звук повторился – он доносился из арки, ведущей, должно быть, в отдельную комнату. Подкравшись ближе, она заглянула внутрь и обомлела: на полу лежал обнаженный мужчина. Темные волосы разметались вокруг, в комнате стоял резкий запах крови.

Он выгнулся и застонал. Казалось, его тело скручивают судороги. Хести медленно приблизилась и присела на корточки.

– Эй, – позвала она. – Ты ранен?

Мучительно застонав, мужчина поднял голову, и Хести узнала генерала, которого забросило в Фату вместе с ней.

– Ты!.. – Она резко выпрямилась и попятилась.

– Нет, – прохрипел он. – Не уходи. Помоги мне…

– Я больше не стану помогать демонам, – прошипела Хести.

Халахэль перевернулся на спину, и она увидела страшную рану на его груди. Рваные края потемнели, но никак не могли срастись.

– Кто-то пытался вырвать твое сердце? – Хести хмуро разглядывала обессиленного демона.

– Да, – прохрипел он. – Ты можешь исправить это?..

– Мне уже приходилось лечить демонов, и ничем хорошим это не закончилось.

– Я выведу тебя. – Халахэль смотрел на нее снизу вверх, в его глазах едва теплилась жизнь. – Выведу из Фаты.

– А где твоя подружка? Мормо должен был отвести ее к тебе, – вспомнила Хести.

– И отвел.

Она никогда не была глупой, но часто не замечала ответов, лежавших на поверхности. Хести потребовалось несколько мгновений, чтобы наконец понять, что здесь произошло.

– Ты тоже ключ!.. – выдохнула она. – О Черная Мать… А, тьфу…

Махнув рукой, Хести подошла и опустилась на колени рядом с поверженным демоном. Рана не представляла для него угрозы, но явно причиняла сильную боль. Сердце генерала оказалось на месте, но теперь Хести понимала, что из его груди вырвали нечто гораздо более ценное.

– Кажется, король тебя недолюбливает… – пробормотала она, складывая пальцы в жест Силы.