Рита Хоффман – Моровое поветрие (страница 20)

– Эй, лекарь! – крикнул Владлен. – Одолжи-ка нам повозку!

Глава 6. Станислав

Худо ему было, да так, что он все утро провел с пустым ушатом в обнимку. Не знал, сколько выпил на празднике, да и как до опочивальни своей добрался тоже. Вроде говорил с кем-то, но вот лица собеседника так и не вспомнил. Надеялся лишь на то, что мужик неболтливый попался.

Дверь скрипнула, вошла Ведана. Огляделась, сморщила аккуратный носик и сказала:

– Ну и вонь, братец. Опочивальня твоя на хлев похожа.

– И тебе здравствовать, сестрица, – откликнулся Станислав.

Ведана распахнула ставни, впуская летний воздух, собрала разбросанную одежду, сложила ее аккуратно. Как увидела стоящий у постели ушат, передернулась от отвращения.

– Была причина так напиваться?

– Была.

– Все о свободе своей слезы льешь?

– Вовсе нет.

Ведана села на край постели, откинула за спину толстую косу, поправила голубые бусы. Помолчала, погладила ладонью одеяло, затем осторожно спросила:

– Не пожалел, что связался с Малушей?

Станислав волком на нее посмотрел, насупился. Неужто сестра пришла, чтобы об этом с ним говорить?

– Кем я буду, если откажусь жениться на ней? – тихо спросил он.

– Гадом. Ее батюшка и матушка проклянут тебя, плевать тебе под ноги станут. – Ведана смотрела строго, не было в ее взгляде жалости к брату. Однако она все же нехотя добавила: – Но отец твой царем был как-никак, да и жить ты продолжаешь во дворце, а значит, благосклонен к тебе Елисей. Не посмеют другие роптать.

– Так ты поддержишь меня?

– Я этого не обещала.

Всегда Ведана загадками говорила, отводила очи, задумчиво хмурилась, и понятнее ее речи никогда не становились.

– Зачем лег с ней?

– Бес попутал, – буркнул Станислав. – Выпил настойки какой-то, помутился разум, вот я и…

– Хоть не на сеновале завалил?

– Дома у нее.

– Пригласила она тебя сама?

– Сама.

– Тогда бремя вины вы должны между собой поделить, – рассудила Ведана. – И ты дурак, и она дура, но, может, женишься все же? Кажется, вы подходите друг другу.

Станислав не сдержался, ударил сестру подушкой. Ведана усмехнулась, но глаза ее оставались холодными.

– Думал я, что любовь это, – признался он, перевернувшись на спину, – мне казалось, лучшей девушки не встретить.

– А теперь-то что? Неужто так все плохо было?

– Да не помню я, как все было! – выпалил Станислав. – Ничего не помню, память как отшибло. Проклятая настойка… Но как утром проснулся, так сразу понял, что чувства как корова языком слизала.

– Не думала я, что брат мой таким гадом окажется. – Ведана покачала головой. – И если кто-то об этом узнает, то Малушу стороной обходить станут, ни один достойный мужчина на ней не женится.

– Поэтому я должен жениться? Чтобы она одна не осталась?

– Это было бы правильно, – кивнула Ведана. – Но ты мой брат, не обрадуюсь я, если ты несчастлив будешь. Попробуй поговорить с Малушей, разойтись по-доброму. Вдруг она поймет?

– Лицо у тебя такое, будто ты сама не веришь в то, что говоришь, – заметил Станислав.

– Не верю, – согласилась Ведана. – Девицы влюбленные на страшные вещи способны. Кто знает, может, она нарочно тебя в дом заманила?

Станислав задумался. По всему так и выходило: он уединиться не предлагал, в гости не напрашивался, Малуша сама его позвала, да еще вечер выбрала, когда никого из старших не было. Да и настойка! Он не хотел пить, а она все наливала и наливала…

– И что тогда? Что, если нарочно? – спросил он.

– Не докажешь ты ничего, Станислав, – с тоской ответила Ведана. – А если понесла она?

Нутро свело, похолодели ладони. Станислав сел резко, на сестру уставился.

– Неужто думаешь…

– А то ты не знаешь, откуда дети берутся, – нетерпеливо перебила его Ведана. – Решай, что делать будешь. Если придет она с пузом ко дворцу, Елисей обяжет тебя жениться, так и знай.

– С чего это вдруг?

– С того, что он теперь царь. Человек он честный, жалостливый, увидит девицу несчастную на пороге, живот ее округлившийся, обязательно решит несправедливость исправить.

– Вот бы час назад отмотать! – простонал Станислав. – Ни за что бы не вошел в ее дом проклятый!

– Поздно плакаться.

– Может, ты с ней поговоришь? Как девица с девицей?

Темные брови Веданы приподнялись удивленно, губы скривились в недоброй усмешке. Сестра встала, нависла над Станиславом, пальцем тонким в его грудь уперлась и сказала угрожающе:

– Нет уж, братец, никто больше твои ошибки исправлять не станет. Уехала матушка, а я не она и покрывать тебя не стану. В порядок себя приведи, надень одежду чистую и ступай к Малуше, падай в ноги, обещай что угодно, раз жениться не хочешь. Клянись, что никому не расскажешь о вашей связи, что для соседей останется она нетронутой.

Сглотнув ком кислой слюны, Станислав кивнул. Увидел в лице Веданы отца – те же черты острые, глаза пронзительные. Жаль, что он сам в матушку пошел, такой же мягкий, как студень, а у Веданы будто прут железный в хребте, не сломать ее.

– Умеешь же ты напугать, – пробормотал он. – А на вид безобидная девица!

– Девицам нынче нельзя быть безобидными, – отрезала Ведана.

– Видел я, как царь наш вокруг тебя крутится. Коль позволит он себе что-то, сразу говори, я…

– Что ты? – Ведана руки на груди сложила и насмешливо на Станислава посмотрела. – Неужто думаешь, что я позволю ему вести себя неподобающе?

– С тобой не забалуешь… По душе он тебе?

– По душе, – легко призналась Ведана. – По сердцу мне нрав его мягкий, преданность, с которой он Всеволода опекает, добрая душа.

– А видения? Предупреждали тебя боги о чем-то?

– Нет. – Ведана покачала головой. – Как покинули город матушка с батюшкой, так и видения исчезли.

– Хорошо бы они показали тебе, какое будущее вас с царем ждет.

Пока они говорили, Станислав одевался, а Ведана спиной к нему стояла. Даже в осанке ее видел он волю несокрушимую, завидовал страшно, еще с детства. Сам чуть что, сразу рыдать принимался, а Ведана никогда не жаловалась и слез просто так не лила. Повезет Елисею, если решит связать жизнь свою с ней, лучшей опоры в жизни и пожелать нельзя. Вот только достоин ли царек белобрысый сестры? На этот вопрос Станислав ответа пока не знал.

– В баню пойду, смою вчерашнее, – сказал он, обнимая Ведану за плечи.

– А после сразу к Малуше, – напомнила она.

– Обязательно.

– Чем дольше тянуть будешь, тем хуже все для тебя закончится.

– Хватит тебе, – попросил Станислав. – Я и так от страха трясусь, еще и ты со своими напутствиями. Коль забыла, сестрица, это я за тобой приглядывать должен.

– У нас всегда наоборот все было. – Ведана пожала плечами. – Хоть ты и старше, но дурак ведь, тут и спорить не о чем.