Ринн Лири – Путь предначертанный (страница 11)

– Есть ли на это время? – Кааль не скрыла раздражения. – Я нужна вам, чтобы решить какую-то загадку Матери-Императрицы. Вот моя цель. Не желаю тратить время на то, что мне не пригодится для её достижения.

Мельфир строго посмотрел на неё. Он уже вобрал воздух, чтобы сказать, но Кааль опередила:

– Разве без рун нельзя использовать магию?

Весь воздух, готовый пойти на поучительные разговоры, взорвался кашлем. Маг гневно выпрямился.

– Как ребенок не сможет удержаться на буйном коне, так человек не может подчинить магию без рун. Магия – это всеобъемлющий поток, бурная река, огражденная от человечества нерушимой дамбой. И чтобы воспользоваться этой великой силой, человек создает в дамбе отверстие – руны, – через которое польется ничтожный ручей, но только такой ручей по силам укротить человеку. Без рун не будет ручья, а как тогда ты воспользуешься магией? Подчинишь себе реку?

– А что? С водой у меня лучше всего получается.

Хлесткая пощечина обожгла щеку.

– Было бы в тебе столько же желания учиться, сколько дерзости!

Пальцы, будто не веря, коснулись пульсирующей боли. Тело прошибла мелкая дрожь, горло схватили судороги. Перед глазами начала сгущаться тьма, а в груди нарастал гул сотен черных чувств.

– Кто ты такая, чтобы сравнивать себя с Матерью-Императрицей? Не забывай свое место. Твоя судьба и судьба твоего отца зависят…

– Кай!

Водный поток отбросил мага прочь. Поваленный на землю, промокший до нитки, он надрывно откашливался. Солнце вдруг скрылось, и Мельфир увидел стоящую над ним девушку.

– Ещё раз ударите меня… – дрожал её рык. – Вы… Вы выдернули меня из моего мира по своему эгоистичному желанию, а теперь что-то требуете от меня. Меня! – она задыхалась от злобы, а маг смотрел на неё широко распахнутыми глазами, чувствуя, как дрожит воздух. – Я не просилась к вам, вы меня взяли. Не я вам должна, а вы. Так хотя бы относитесь ко мне с уважением!

– Кай хен брёст!

Кааль не успела ужаснуться, как оказалась заточена в лед. Отвратительное и ужасное чувство. Холод. Дышать нечем. Чувствуешь, как умираешь с каждой секундой. Сначала кожа горит от холода, потом отмирает, кости ломит, сосуды разрываются… Страх поглотило яростное желание жить.

Кай

Кааль не могла говорить, но сознание обострилось до предела, и руна яркой вспышкой озарила разум. Лед раскололся в мелкие щепки, но его громкий треск затмил крик боли. Лед настолько примерз к коже, что, разрушаясь, оторвал её с собой. Ещё бы пара секунд, и оторвало бы с плотью.

– Кай! Кай!! Кай!!!

Бешеные водные потоки, вырывавшиеся из руны за спиной, бросались на мага, словно звери. Кааль казалось, будто маг еле защищается, но стоило ей отвлечься от кровоточащих рук, она увидела, что все её атаки разрушаются в одно касание.

– Что за…?

Маг облегченно выдохнул, рассеяв последний водяной шар. Воспользовавшись замешательством девушки, он выдал:

– Впечатляет. Я хотел сам высвободить тебя, но ты… Думал охладить твой пыл, но получил обратное. Хотя это, – он указал на её раны, – только на пользу. Ты раскрыла часть своего потенциала. Нужен бы всего лишь толчок.

– Толчок? – нервно хихикнула та. – Толчок…

– Кааль!

К ним бежали остальные, встревоженные поднятым шумом.

– Ты спровоцировал меня, чтобы «помочь»? – смеялась она. – Ах ты сукин…

– Стой!

Фаррей схватил её со спины, не позволяя приблизиться к магу.

– Что тут произошло? – требовательно выкрикнул Кайон.

– Этап обучения, – холодно ответил Мельфир.

– Этап обучения? – смеющимся эхом отозвалась девушка. – Ненавижу тебя, старик, просто ненавижу. Мразь ты эдакая, да чтоб твоя магия разорвала тебя к…!

– Тише, тише, не надо, поверь, – знакомая ладонь заботливо закрыла ей рот. – Идем, нужно тебя подлатать.

– Мозги ему подлатайте, blyat! – заорала девушка, но Фаррей просто водрузил её на плечо и унёс к лагерю.

Кайон хмуро смотрел на кровавые следы на траве и повернулся к магу.

– Чтоб больше этого не повторилось.

– Как прикажете, – сдержанно поклонился тот.

Глава 8

Фаррей усадил девушку у костра, сказав посидеть смирно. Та всё ещё крыла мага словами, о существовании которых парень не знал, но по тону и выражению лица догадывался, что это не похвала.

– Ты когда-нибудь был заморожен заживо? Отвратительное чувство, и все по его милости! Старый pidoras! Да я с ним в одном поле срать не сяду! Ebanyi pizdes!

– Да, да… – вздохнул парень, выуживая со дна небольшого мешка чистые тряпки.

– Что это? – Кааль с пренебрежением на них посмотрела. – Ах да, тут медициной только из фляги Рилора пахнет. Я эти пылесборники бы не использовала в качестве перевязки. Фу, убери, ещё sepsis заработаю.

– Особого выбора нет. Давай хоть промою для начала.

Фаррей схватил её руку прежде, чем она успела воспротивиться. Вода смыла кровь под скуление девушки.

– Может, старик знает парочку исцеляющих рун? Не мог же он… Хотя почему же нет? Ай! Ну за что мне это?

И вдруг тело налилось страшной слабостью. Голова закружилась, в ушах стоял протяжный писк. Кааль подумала, что умирает.

– Фаррей… – испуганно потянулась она к нему, но пальцы не слушались.

Сидячее положение тут же стало лежачим. Однако, вопреки, ожиданиям, она не потеряла сознание. Девушка с удивлением наблюдала за тем, как Фаррей трясет её за плечи и пытается добиться от неё хоть слово, и ощущала себя будто не в своем теле.

«Вот это отходняк… Это цыганские фокусы Мельфира или просто побочный эффект после использования магии? Скорее, второе. Но если первое…»

Но нет, в этот момента она увидела озадаченное лицо мага.

– А я уж думал, для неё все пройдет без последствий. Но это было бы через чур хорошо.

– Она в порядке? – спросил его рыцарь.

– Да, в какой-то мере. Не волнуйся, ей нужно просто отдохнуть. Недавняя выходка стоила ей всей магии.

«Выходка?! То есть, по-твоему, это была ничем необъяснимая реакция?!» – негодовала Кааль, но наружу выходило только невнятное рычание.

– Ишь как скалится, – хохотнул Рилор. – Брось её, Фаррей, ещё руку откусит.

Не отпустил. Только крепче прижал к себе, отчего Кааль умолкла, удивившись. Ей понравился взгляд, с которым Фаррей смотрел на Рилора, но ощутила холод от взгляда Кайона на неё. Ненависть с нескрываемым призрением.

«Пожалуйста, не надо», – чуть не плакала она.

Спустя время, силы начали возвращаться. Кааль сначала снова смогла заговорить, потом сидеть. До этого момента Фаррей не отпускал её. Теперь, оставшись с ним наедине и глядя на него вблизи, она задумалась о причинах такого отношения к ней.

«Все выбрали свои позиции – кто-то отдалился, кто-то насмехается, кто-то ненавидит, кто-то помогает и наставляет, а кто-то Мельфир. Но всех объединяет одно – они не шли против Кайона. Рилор издевался надо мной, потому что Кайон сам поднял на меня руку. Нод остается в стороне, потому что не хочет навлечь на себя его гнев, но и вредить мне тоже не собирается. Сахраз делает то, что положено наставнику. Кайон уважает его, поэтому будет закрывать глаза на наши с ним тренировки. Что же до Фаррея – он защищает меня от Кайона. Пока что единственный из всех. Есть, конечно, надежда на Сахраза, но не уверена, а наши отношения с Мельфиром надо обдумать. Скорее всего, подам на развод… Кайон что-то говорил про его сестру. Неужели я так её напоминаю?»

– Кровь остановилась, – сказал парень, отвлекая её от мыслей, – но наложу новые повязки, как бы сильно они тебе не нравились.

– Давай мне старые, я их выстираю от крови, – Кааль протянула к нему руку.

– Вот ещё. В таком состоянии ты до реки не дойдешь. Я сам.

– Вау… А как же «не мужское это дело»?

– Рилор может думать всё, что хочет. Жди здесь.

Кааль проводила его взглядом. Снова увидев свои перевязанные руки, она тяжко вздохнула. Положив голову в ладони, она грустно уставилась в тлеющий огонь. Взяв длинную палку, она от скуки поворожила веточки, и костер набрал силу.

«Вот бы и человек так быстро мог возрождаться», – подумала она.