Рина Шакова – Учительская монстра (страница 21)

- Что? Это страх в глазах, что придётся ответить за свои поступки перед дядей?

Мужчина подошёл так близко, что я почувствовала запах алкоголя на его дыхании. И боль в глубине глаз. Он не знал, злиться ли, желать, или бежать.

- Я сказал: молчи, ты не говоришь с ним. Ни о чём.

Я наклонила голову, как будто рассматривала его.

- Боишься, что он узнает, какой у тебя вкус на родню?

Он схватил меня за запястье, сжал. Я не вздрогнула. Смотрела ему прямо в глаза, ведь мама отрывалась на мне и похуже.

- Если ты дашь мне повод, Амелия… я не посмотрю на фамилии.

Я улыбнулась.

- Ты уже не смотришь, Кристофер. Ни на фамилии, ни на последствия.

Он отпустил мою руку, развернулся, шагнул к двери и замер на полпути.

- Я не знаю, что из нас получится. Но я знаю одно: если ты будешь продолжать играть, то я начну играть жёстче.

- Попробуй, - прошептала я, - И увидишь, как шахматная королева ломает доску.

Под слова Ральфа, которые я вторила, мой муж ушёл. Я осталась, и впервые за долгое время мне действительно было… Страшно. Не за себя. За него.

Потому что я начинала выигрывать, а он - терять себя, равновесие. Это не тот Кристофер, о котором ходили легенды. Дом затих, как будто никогда не жил. Мраморные полы стали холоднее. Воздух тише. Даже часы, казалось, перестали тикать, боясь потревожить меня.

Я встала перед зеркалом. Босиком. В платье, которое теперь было моей бронёй. Прядь волос прилипла к щеке, но я не убрала её. Рука дрогнула, и я поняла, что это не от страха, а от осознания.

Кто я?

Не так давно я боялась стука в дверь. Боялась, что он посмотрит слишком пристально. Боялась ошибиться в слове.

Я была хрупким существом с глазами из стекла, с голосом, похожим на лепесток бумаги.

Теперь...

Я угрожала. Я играла. Я смотрела прямо в глаза человеку, который мог отрезать палец чужому за взгляд.

И он - отступал.

Было ли это силой? Или безумием?

Я не знала.

Просто чувствовала, как под кожей кипит что-то новое. Жгучее. Острое, как холодный металл. Не злоба - воля.

Я взяла в руки телефон. Пара часов прошло с тех пор, как Кристофер ушёл из моей комнаты, хлопнув дверью сдержанно, но громко.

Он думал, что я сломаюсь, что я буду плакать, что залезу под одеяло и исчезну.

А я стояла перед зеркалом, готовая стать кем-то, кого сама ещё не знала.

Мои пальцы нашли нужный контакт.

Дядя Ральф.

Гудок. Один. Второй.

Он ответил, будто знал, что я позвоню.

- Ты не спишь? - спросила я, опуская голос почти до шёпота.

- С твоим мужем под одной крышей? Никогда больше, - смеется он, намекая на то, что натерпелся не мало, пока растил его.

- Что-то случилось?

- Нет.

- Что-то должно случиться.

Пауза. Он затаил дыхание, я это почувствовала. И продолжила:

- Мне нужно, чтобы ты помог собрать гостей. Сегодня на вечер, на прием.

- Амелия… - в его голосе проскользнула ирония, но и что-то ещё. Предвкушение. - Кристофер не принимает в этом особняке гостей без важного повода.

- Ну, я же тоже уже в какой-то степени здесь хозяйка. Тем более, как-то Кристофер упрекал меня за наивность в отношении брака и в сравнение ставил женщин из общества. Хочу попробовать.

- Они спрашивают разрешения у мужей.

- Ну, а я его спрашиваю у вас, дядя. Вы - единственный, с кем мне не страшно играть на терпении моего мужа.

Тишина в трубке была согласием.

Мягким, почти отеческим. И пугающим.

Я отключилась и посмотрела в зеркало.

И впервые в жизни не увидела там ни девочку, ни жену, ни жертву.

Там стояла я.

Та, что знает, как сражаться.

Та, что готова начать партию заново.

***

Я проверила бокалы - все ровно, хрустально, без пятен. Лёд не растаял. Вино - правильной температуры. Свет - мягкий, золотой, без давления. Двери - открыты.

Пространство внизу выглядело… другим. Больше воздуха, больше простора, как будто дом дышал впервые за годы. Пока муженек приходил в себя от выпитого и недавнего шока, я готовилась. Сегодня я - хозяйка.

Кристофер появился у лестницы так, как всегда - тяжёлым шагом, напряжённой спиной. Словно не спускался - сползал в мир, который больше не знал, кому принадлежит.

- Что ты… - начал он, но я не дала договорить.

Я повернулась, глядя прямо ему в глаза:

- Пока ты пытался отойти от алкогольного опьянения, я пригласила гостей.

Никакой агрессии, ни угрозы, ни вызова.

Просто факт.

Мужчина застыл. Глаза метнулись от меня к бокалам, от бокалов к открытым дверям.

На его лице читалось всё - подозрение, недоверие, и что-то вроде… Страха. Он не знал, что именно я рассказала. Не знал, насколько далеко зашла моя игра.

- Гостей? - выдохнул он, будто надеялся, что ослышался.

- У нас ведь ни разу не было вечера. Дом скучает, - я повернулась к столику с напитками, аккуратно поправив бутылку. - И потом, когда все думают, что ты безумен, лучше всего устроить праздник. Чтобы посмотреть, кто придёт.

И в этот момент я услышала знакомые шаги за дверью. Потом голос:

- Вот он - наш герой.

Дядя Ральф.