Рина Серина – Второй куплет (страница 22)

– Сколько раз тебе нужно объяснять, что мы здесь работаем, а не в игры играем?

Арес выдохнул, ухмыляясь сквозь кровь:

– Да ладно тебе, Аид… Она сама…

Лиям навис над ним ещё ниже:

– Если бы я сейчас не зашёл, ты бы прямо здесь её уложил. Ещё и без её согласия.

Арес оттолкнул его, отскакивая на шаг:

– Не перегибай. Она же взрослая девчонка.

Лиям шагнул к нему, и Арес инстинктивно прижался к стене. Лиям говорил тихо, но каждый его слог резал воздух:

– Если я ещё хоть раз увижу, что ты к ней прикасаешься без её разрешения – клянусь, я тебе руки сломаю. И будет плевать, что ты мой ударник.

Арес криво усмехнулся, но по глазам было видно, что отступает.

– Ладно, босс. Как скажешь. – Он бросил на Зарину взгляд – уже без прежней наглости – и развернулся, уходя прочь по коридору.

Лиям тяжело выдохнул, провёл рукой по лицу. Повернулся к Зарине.

– Всё нормально? Он тебя не успел… – он замолчал, сжав зубы.

Она лишь молча кивнула, сглатывая комок в горле.

Лиям отвёл взгляд, слегка отвернувшись, будто сдерживая злость.

– Пошли. Нам ещё дел хватает.

И пошёл первым по коридору, не дожидаясь её шага.

На крыше было шумно: техники таскали прожекторы, фотографы щёлкали камерами, кто-то смеялся, кто-то матерился из-за ветра. Огни Москвы внизу мигали, как гирлянда.

Зарина стояла сбоку, поправляла волосы, которые постоянно лезли в лицо. Она искала глазами Лияма – и наконец нашла его у самого края крыши.

Он стоял, опершись локтями о перила. Ветер трепал его длинный хвост.

Она подошла ближе и, слегка прикрикнув, чтобы перекричать музыку:

– Ты чего туда уставился? Собрался вниз прыгнуть?

Он повернул голову, прищурился, и в его голосе прозвучала лёгкая усмешка:

– Да нет. Просто… прикольно тут. Я вообще сюда случайно зашёл. Думал, курилка или типа того. А тут вид офигенный.

– Случайно? – фыркнула Зарина. – Так ты не в курсе, что ты на крыше стоишь в центре Москвы?

Он развёл руками:

– Я вообще впервые в этой стране, если что. Я тут везде «не в курсе».

Она рассмеялась.

– Ну, классно. Лишь бы вниз не навернулся. Тут ветер такой, что сдует вместе с хвостом.

Он хмыкнул:

– Было бы эффектно. Гитарист бы мою партию играл, пока я лечу вниз.

– Ага, а я бы потом переводила новости, как ты свалился со здания, – покачала головой Зарина. – У тебя фанаты инфаркт схватят.

Он посмотрел на неё чуть серьёзнее:

– Кстати, а ты чего сюда поднялась?

– Работаю я тут. Перевожу ваших шутников, чтоб они не ляпнули чего лишнего, – буркнула она. – И тебя тоже.

Он усмехнулся:

– Значит, ты теперь моя страховка?

– Можно и так сказать, – подыграла она. – Только не рассчитывай, что я тебя ловить буду, если ты вдруг прыгнешь. У меня бицухи не хватит.

Он рассмеялся коротко, впервые за вечер по-настоящему.

– Ладно, пойдём вниз. Я замёрз. И вообще, мне сказали, тут фотосессия.

– Во-во. Иди, тебя зовут. Только не вздумай опять исчезнуть.

Он кивнул, ухмыльнулся и, уходя, бросил через плечо:

– Ну если исчезну – будешь писать про меня книгу.

Зарина качнула головой, глядя ему вслед. Внутри всё чуть щекотало – хотя и непонятно, от чего именно.

Зарина отошла чуть в сторонку, глядя вниз на огни города. Она сжала плечи, будто её пробрало холодом – или воспоминанием о том, как утром к ней лез Арес.

Неожиданно рядом с ней оказался он. Арес держал в руках чёрную косуху и слегка смущённо улыбнулся:

– Слушай… – начал он. – Я, ну… утро, короче, это я перегнул. Бывает у меня.

Зарина чуть сдвинула брови, но молчала.

Арес потёр шею, протянул ей косуху:

– Держи. Ветер тут дурной. И не думай, что я снова к тебе клеюсь. Просто… замёрзнешь ещё.

Зарина взглянула на него исподлобья, но всё-таки взяла куртку.

– Спасибо. Надеюсь, она не заразная?

Он фыркнул:

– Да ну тебя. Если заразная, то только рок-н-роллом.

– Вот этого мне ещё не хватало, – хмыкнула она. – Ещё начну по сценам скакать.

Арес ухмыльнулся, чуть наклонившись ближе:

– Могу научить. Ну, если что. Только без приставаний, клянусь.

Зарина скептически подняла бровь:

– С сегодняшнего дня ты под наблюдением. Я тебя больше переводить боюсь. Вдруг опять как брякнешь что-нибудь.

– Считай, что я перевоспитался. Ну, почти, – пожал плечами он. – Зато признаю: я был козлом.

Она чуть улыбнулась, убирая волосы за ухо:

– Ладно. Извинение засчитано. Но косуху верну потом – она пахнет табаком и чем-то сладким.

Арес вскинул брови:

– Это ж мои духи. «Пот ударника и ваниль». Эксклюзив.

Зарина расхохоталась.