Рина Райт – Развод в 45. Любовь не по плану (страница 2)

Отец вздыхал, но больше ничего не говорил. Для него споры были бессмысленны. Он верил, что Артём не просто мальчишка, мечтающий о скорости, а человек, который чувствует дорогу так, как не чувствует никто. Он считал, что это дар. И что этот дар нельзя подавлять.

Эти разговоры всегда заканчивались одинаково. Отец уезжал с Артёмом, а мать оставалась одна, сидя на кухне с чашкой чая, которая постепенно остывала в её руках. Она так и не смогла принять страсть сына, но это не мешало ей ждать с замиранием сердца каждого его возвращения. И каждый раз, когда он переступал порог, она незаметно облегчённо вздыхала, стараясь не показать сыну, как она за него боится.

С тех пор дорога стала для Артёма больше, чем просто увлечением. Она была не просто адреналином – это была связь с отцом, который верил в него, и молчаливое противостояние матери, которая больше всего на свете боялась его потерять.

– Артём! – раздался звонкий голос, перекрывая шум моторов и разговоров.

Он обернулся, и Алина словно вынырнула из ночи. Её светлые волосы, немного влажные от дождя, мягко сверкали в свете фонарей. Голубые глаза смотрели на него так, как никто больше смотреть не мог. Она была невесомой – лёгкие джинсовые шорты, белая куртка и кроссовки делали её похожей на ребёнка, сбежавшего в этот опасный мир ночных гонок.

– Скучал? – она подошла ближе, улыбаясь и поправляя куртку.

– Ты даже спрашиваешь? Тут без тебя так скучно, что я уже шутки Михи начал слушать, – он чуть наклонился к ней, и его голос стал тише, почти интимным.

Алина звонко рассмеялась, хлопнув его по груди.

– Ох, всех оскорбил заодно. Красавчик, – подмигнула она, приподнимаясь на носочки. Её губы коснулись его в лёгком, почти невинном поцелуе. – На удачу.

– Это разве на удачу? – усмехнулся Артём и, положив ладонь на затылок Алины, притянул её для более интимного поцелуя. Её губы легко приоткрылись, и Алина почти застонала от того, как жадно целовал её Тёма.

– Вот это на удачу, – прохрипел он, когда смог оторваться от своей девочки. – После гонки поедешь ко мне?

Глаза Алины затуманились, и всё, на что её хватило, – это просто кивнуть и сделать пару шагов назад.

Артём подмигнул ей, а затем накинул шлем. Рёв мотора заглушил всё вокруг. Толпа начала скандировать, музыка из колонок накатила новой волной. Дождь усиливался – холодные капли барабанили по кожаной куртке, но Артём чувствовал лишь тепло от разгоравшегося в груди адреналина.

– Сегодня я тебя сделаю, Тёмыч! – крикнул Миха справа, поравнявшись с ним на трассе.

– Попробуй, – коротко бросил Артём, взгляд его устремился вперёд. В этом моменте было всё: вызов, азарт, и… полная уверенность в победе.

Зелёный свет прорезал ночь, и они сорвались с места, как выпущенные из катапульты стрелы. Байк зарычал, выбрасывая клубы дыма из-под колёс. Артём вжался в седло, позволяя двигателю реветь всё громче. Ветер хлестал по лицу, мир вокруг сливался в размытые тени. Лишь дорога впереди оставалась чёткой, словно она была вырезана специально для него.

Мотоцикл слушался его, как продолжение тела, каждый поворот, каждый рывок был точным и выверенным. Сердце билось в такт рёву двигателя, адреналин струился по венам, заполняя каждую клетку тела. Он не просто ехал, он летел – первый, недосягаемый, как всегда.

Но даже короли ночи могут оступиться. Один предательский поворот, мокрый гравий под передним колесом. Байк резко дёрнулся, потеряв сцепление с дорогой. На мгновение Артём почувствовал, как всё вокруг замирает. Тишина. Время остановилось. А затем его сорвало в сторону вместе с байком, и они исчезли за пределами трассы.

Наступила оглушающая тишина. Лишь дождь продолжал барабанить по холодному асфальту.

Глава 1

– Простите, Дарья Константиновна, – виновато говорит Вячеслав, глядя на меня через зеркало заднего вида. – Все улицы завалило снегом. Мест просто нет.

– Ничего страшного, Слава, – отвечаю я, хотя внутри всё кипит.

Мой водитель уже больше двадцати минут кружит по заснеженным улицам, пытаясь найти хоть одно свободное место для парковки. Сегодня годовщина нашей свадьбы, и я снова опаздываю. Пётр, наверное, уже сидит за столиком в ресторане, проверяя часы. Вячеслав делает ещё один круг. Телефон в руке оживает – звонит Пётр.

– Даша, ты где? – его голос звучит ровно, но я слышу скрытую усталость.

– Слава ищет парковку, – быстро отвечаю. – Ещё немного, и я буду на месте.

– Ладно. Я за нашим столиком, – спокойно говорит он.

– Поняла, Петь. До встречи, – завершаю разговор, стараясь сохранить мягкость в голосе.

Вячеслав наконец находит место у обочины. Я быстро выхожу из машины, запахивая на себе длинную шубу. Снег падает мягкими хлопьями, ложится на волосы и плечи, мгновенно тает на коже. Мороз слегка обжигает щёки.

Я вхожу в ресторан, и теплота охватывает меня сразу же, как только за мной захлопывается дверь. Пока гардеробщик принимает мою шубу, я успеваю оглядеть свой внешний вид в зеркале. Прическа идеальна, как и макияж. Не зря я провела в салоне больше двух часов.

Гул голосов, музыка рояля, мерцание свечей – всё здесь дышит уютом и праздничностью. Несколько человек оборачиваются, когда я прохожу мимо. Прямая спина, идеально сидящее платье, туфли на высоченных каблуках, в которых я двигаюсь так уверенно, будто родилась в них. Со стороны всё выглядит безупречно. Красота, ум, успех – кажется, у меня есть всё. Моя сеть бутиков класса люкс выросла из небольшой идеи в настоящую империю. Я – та женщина, которой все восхищаются. Но если смотреть чуть глубже, можно увидеть, что всё это – лишь фасад. Улыбка на моём лице – часть делового образа, ровно как и моё платье. Это не радость, а просто ещё один аксессуар.

Я замечаю Петра за нашим привычным столиком у окна. Он ждёт меня, сидя с прямой спиной, спокойный, как всегда. Когда я подхожу, он поднимает взгляд и дарит мне лёгкую улыбку. Он встаёт, чтобы оставить на моей щеке сухой поцелуй, который уже давно не несёт ни теплоты, ни нежности.

– Привет, – говорю я, вешая сумочку на крючок возле нашего столика.

– Привет, – отвечает он. Мы садимся напротив друг друга. Официант появляется почти сразу, разливая шампанское по бокалам.

Бутылка уже открыта – он не стал меня дожидаться.

– За нас, – произносит Пётр, поднимая бокал.

– За нас, – эхом повторяю я, стараясь улыбаться.

Мы пьём молча. Мой взгляд пробегает по его лицу, его рукам, идеально выглаженной рубашке и запонкам из белого золота – это мой подарок на пятнадцатую годовщину. Всё, как всегда, безупречно.

Мы с Петром – пара из журнала. Вместе мы вызываем зависть. Он – успешный бизнесмен, я – королева модной индустрии. Но за этими фотографиями и статьями скрывается совсем другая история. Наши разговоры давно стали короткими деловыми репликами, а вечера – тихим молчанием в разных концах огромного дома. Мы не спорим, не ругаемся.

Наш брак давно превратился в пустую формальность, и ни один из нас уже не пытался что-то исправить. Я часто думаю, где всё пошло не так. Может, тогда, когда мы отчаянно пытались стать родителями? Шесть неудачных попыток ЭКО, последний выкидыш пять лет назад. Я выдержала всё это, но каждый раз что-то внутри меня трескалось. Пётр же ушёл в работу, спрятавшись от боли. Мы пытались расстаться, я даже подавала на развод, но привычка оказалась сильнее. Дом, общие проекты, устоявшийся порядок жизни – всё это удерживало нас рядом. Так мы и живём, будто чужие, но всё ещё вместе.

– Тебе идёт это платье, – голос Петра возвращает меня в реальность.

– Ты каждый раз это говоришь, – отвечаю я, отводя взгляд.

– Потому что это правда, – отвечает он, опуская бокал.

Я пытаюсь расслабиться, но его слова, его интонация, его взгляд – всё кажется мне неправильным. Я знаю Петра уже двадцать пять лет и могу чувствовать каждую тень в его настроении. Сейчас он напряжён.

– Дарья, – наконец произносит он моё имя. Его голос звучит тихо, но я моментально настораживаюсь.

– Что-то случилось? – спрашиваю я, не сводя с него глаз.

– У меня для тебя подарок, – отвечает он, аккуратно складывая руки на скатерти. Я смотрю на мужа, ожидая продолжения.

– Мне бы хотелось, чтобы ты оценила его по достоинству, – произносит он, и я замечаю, как его пальцы чуть заметно дрожат.

– Заинтриговал, – говорю я, делая глоток игристого.

Пётр смотрит на ручные часы.

– Дашуль, обещай, что примешь мой подарок.

– Когда это я не принимала от тебя подарков? – пытаюсь пошутить, но он смотрит на меня серьёзно.

Затем переводит взгляд за мою спину, и его глаза теплеют. На его лице проступает лёгкая, искренняя улыбка. Я оборачиваюсь, потому что замечаю какое-то движение. К нашему столику подходит девушка. Молодая, лет двадцати пяти. Светлые волосы мягкими волнами спадают на плечи, а в голубых глазах читается лёгкое смущение. Она красива. Слишком красива. На ней свободное кремовое платье, подчёркивающее её беременный живот. Я замираю.

– Дарья, – голос Петра звучит тихо, но в нём я слышу напряжение. – Познакомься, это Яна.

Я смотрю на неё. На её лице расползается самодовольная улыбка. Мне казалось, что я уже ничего не чувствую. Ни ревности, ни собственничества по отношению к Петру. Но я ошибалась. Что-то всё-таки я чувствую.

Пётр встаёт, подходит к девушке и кладёт ладонь на её выпирающий живот.