Рина Осинкина – Заказное проклятие (страница 38)
Он захохотал:
– Я счастлив! Только Надюхе не говори, а то зазнается. Она сейчас на кухне ужин варганит. А я валяюсь на диване, как падишах. Слушай, а подваливай к нам прям сейчас. Я тебя с ней познакомлю. Она у меня такая классная…
Марианна не стала ждать продолжения про классную кожемякинскую Надюху, а спросила дотошным тоном:
– Ты почему на диване? Постельный режим? А прийти в соседний подъезд можешь? Лучше, конечно, с Надюхой.
Ягин нарушил молчание.
– Разве вам уже доставили ордер? – сухо поинтересовался он.
Сдержанности старику хватило ненадолго. Постепенно накаляясь, он перешел на визг:
– Вы не имеете права чинить произвол! Я буду жаловаться! Я прямо сейчас позвоню в отделение и… и они приедут… чтобы вас выдворить вон! Из вашего хваленого МУРа выкинуть!
– Ого, – вздернул бровь Скоморохов. – Лед тронулся. Как считаешь, Вадимовна?
Она кивнула, возвращая мобильник в сумочку, а для Ягина произнесла:
– До произвола далеко, Витольд Александрович. Вы просто не знаете, что такое первосортный полицейский произвол. Чаще голливудскую кинопродукцию смотрите, чтобы в теме быть.
Но она понимала, что ступила на тонкий лед. Ордера нет и не будет. Им с Левой Скомороховым нужно от Ягина чистосердечное признание. Получится ли дожать? Вопрос…
На долгих десять минут повисло молчание. Ягин притих, прикидывая, чем ему может грозить надвигающееся мероприятие, а следакам говорить ни о чем не хотелось – ни друг с другом, ни тем более с ним.
Когда в дверь квартиры позвонили, Марианна проронила:
– Не утруждайтесь, Витольд Александрович. Мы сами.
Левка пружинисто встал и направился в прихожую. Вернулся, ведя за собой понятых – сантехника Кожемяку и его Надюху.
По дороге в кабинет успел их проинструктировать – понятым следует расположиться в сторонке и смотреть во все глаза. «Молча», – добавил он специально для кожемякинской половины, которую, по всему видно, переполняли эмоции.
Рыжеволосая крепенькая Надюха показалась Марианне симпатичной – из-за простого лица без косметики, манер без наигранности и незамысловатой одежды – джинсы, футболка, сандалии на босу ногу.
«Вот как оно бывает, – усмехнулась про себя Путято, кивая вошедшим в качестве приветствия. – Колдун-то как расстроится… Мало того, что «образец для демонстрации» жив и относительно здоров, так еще и с женой воссоединился в результате».
Толик Кожемяка держался бодрячком, и взгляд повеселел, ожил. Похоже, ущерб здоровью, причиненный вчерашним ягинским воздействием, не был фатален, а благодаря стечению обстоятельств вообще оказался сведен до минимума.
Может, и Пастухову так же повезет.
Дождавшись, когда публика займет удобные места на галерке, Марианна сняла сумочку со спинки стула, извлекла оттуда косметичку, из нее – небольшой сверток в фольге, похожий на пластинку жевательной резинки.
Взглянула на хозяина кабинета, застывшего мрачным изваянием в своем кресле-троне, и спросила:
– Как вы думаете, Витольд Александрович, что у меня в руке?
Ягин подался вперед, а затем сделал движение выхватить у нее предмет, но удержался. Произнес брезгливо:
– Полагаю, жвачка. Так это, кажется, называется на сленге?
Марианна развернулась в сторону Скоморохова и спросила:
– Лев Алексеич, он говорит, что жвачка. Развеем иллюзии?
Левка, радостно осклабившись, кивнул:
– А то как же, Марианна Вадимовна. Развеем.
– Гражданин Сушков, а это не жвачка. Вы ведь знакомы с Эдвардом Тебякиным? Ну как же не припомните? Вы с ним некоторое время в одной фирме трудились. В ателье по ремонту оргтехники. Неужели забыли? А он вас хорошо помнит. Почему я об этом так уверенно говорю? Сцапали вашего поставщика, уважаемый. А он всю цепочку слил, долго не манежился. Сказать по правде, цепочка недлинная была – тебякинская теща, он сам да два тамошних мастера. И вы в придачу – как паразитное ответвление. Ребята мастеровые тоже разговорились и даже предъявили образцы своего научно-технического творчества. Лев, прикинь, они этот нанопласт приспособили в типовые роутеры впихивать с целью увеличения трафика и скорости беспроводного интернета. И в отдельные модели смартфонов – для той же цели. За хорошие бабки старались, естественно. Кто автор идеи – молчат, да это пока не важно. Расколются. А важно для нас то, гражданин Сушков, что при помощи этого расходника – с секретного госпредприятия, между прочим, ворованного – производилось все ваше так называемое гипнотическое воздействие. И подпадает это деяние под определенную статью. И мы с коллегой непременно кусочек вот этого самого нанопласта у вас обнаружим, а если не мы, то наши собачки – точно. Поэтому слушайте мое предложение. Вы сейчас подробненько нам объясняете, как сумели приспособить этот инновационный продукт для совершения убийств – куда помещали, что далее с ним делали, иными словами – все ваши манипуляции, а мы оформляем явку с повинной. Суд это учтет.
По мере того как тек ее рассказ, лицо Ягина наливалось багровой краской. Синяя жилка на его виске принялась заполошно пульсировать. Губы скривились в болезненную гримасу. Привстав в кресле, он выкрикнул, хрипло, по-петушиному выталкивая слова:
– Вы все лжете! Мне не нужны костыли! Мне не нужны усилители! Я сам могу приговорить и исполнить! Сам!
Он заскреб скрюченными пальцами по полировке стола, с подвыванием приговаривая: «Региночка, девочка моя. Зачем ты меня оставила. Ты одна меня понимала, крошечка. Зачем, зачем ты так поступила…»
– Кончайте паясничать, – холодно проговорила Марианна.
– И вправду чего это я, – неожиданно спокойным тоном отозвался колдун, хмыкнул, посмотрел хитро и продолжил, оживляясь: – Извините, леди Марианна, нервы никуда не годятся. Я действительно закупал у этого проходимца нанопласт. Задешево, подчеркиваю, и нечасто. Его слово против моего – так, кажется, звучит формулировка? Как использовал? А суставы лечил, отличное средство, между прочим. Но мне не нравится ход ваших рассуждений, мадам. Насочиняли тут, понимаете ли, нагородили небылиц. А потом подсунете мне в компьютер этот пластилин. Ловкость рук и никакого мошенничества. Не обижайтесь, леди, но мне нужно позвонить адвокату. Вы позволите, я воспользуюсь компьютером? Телефон юриста у меня там записан.
Сведя брови к переносице, Марианна наблюдала, как Ягин потянулся рукой к системному блоку и нажал клавишу на его панели. Как ввел пароль, когда экран монитора засветился стандартной ярко-голубой заставкой с приветственной надписью. Как кликнул мышью по какому-то вордовскому файлу на рабочем столе, открывая его.
Затем склонился к полу и привычным движением нашарил шнур, подсоединил к розетке. Подвинул к себе телефонный аппарат – тяжелый, будто и впрямь выполненный из слоновой кости с золотой инкрустацией, – снял с фигурных рожков затейливую трубку, принялся набирать на диске номер, сличаясь с монитором.
Спокойствие давалось Витольду с трудом, и, чтобы не была заметна нервная дрожь, он поместил руку с трубкой на край столешницы.
Нужна всего-то минута соединения, и пастилка спечется. Даже полминуты – вещества совсем мало осталось. И не будет вам улик, господа менты. Никаких. Одни только допуски и предположения.
Здорово он про адвоката придумал. Буквально на ходу. И совсем уж замечательно, что быстро сообразил, кому позвонит в качестве адвоката. Одним ударом двух зайцев порешит.
У него незаконченное дело, это неправильно. Все дела нужно доводить до финала. Иначе как потом уважать себя станешь?
Ничтожный тип, который по недосмотру высших сил является мужем леди Марианны, должен подохнуть.
Все просто. Витольд будет бестолково и долго выяснять, кто у телефона и почему Яков Борисович не подошел и когда мэтр будет на месте. Потом нудно извиняться за ошибку. Потом еще какую-нибудь пургу погонит, дабы время потянуть. И дело будет сделано. Оба-два.
Лишь бы эти не помешали.
Из-под бровей он метнул взгляд на Марианну.
Хотя вряд ли. Не имеют права – он не под стражей.
Путято приподнялась со стула, чтобы взглянуть на открытый файл. Таблица с номерами телефонов и именами абонентов, больше ничего.
Села на место.
Она всегда умела отследить момент, с которого фигуранты начинали предпринимать попытки сбить ее с толку. Именно это действо сейчас перед ней разворачивалось.
Что Ягин задумал?
Не верит она в адвоката.
И как ей следует поступить?
Воспрепятствовать?
Под каким предлогом?
А без предлога. А по причине. Если она подозревает, что Ягин с его телефонными звонками опасен, то имеет право, нет – даже обязана изъять аппарат и отогнать фигуранта от компьютера.
Все правильно. Все кристально верно. Если бы у них имелся ордер.
Фигурное катание по тонкому льду.
Если адвокат существует и колдун действительно ему звонит и дозвонится, то для группы майора Путято дело может принять скверный оборот. Если звонок Сушкову запретить, то ситуация в перспективе станет еще печальнее – если адвокат существует, а Сушкова сегодня они не дожмут.
Рядом затренькал рингтон, Марианна закрутила головой.
Это Левке пришел от кого-то вызов. Он не спеша извлек из поясной борсетки мобильник, бросил взгляд на дисплей, приподнял брови. «Кто бы это мог…» – пробормотал себе под нос.
Она быстро посмотрела на Ягина.
Держа трубку возле уха, колдун застыл с напряженным недоумением на лице, устремив взгляд на Льва Алексеича.