Рина Каз – Архитектон любви (страница 6)

– Так что, Бест уже взяла тебя под свое крыло? – спросил он, делая глоток латте. – Видел, как вы утром на кухне болтали. Она – штука уникальная. Наш талисман и гроза сплетниц. Без нее офис был бы пресным.

– Она спасла меня от стерв буквально через пять минут после знакомства, – призналась я. – С такой защитой хоть в разведку.

– Ольга и Катя? – Влад понимающе покачал головой. – Да, с ними лучше не пересекаться. Хотя… – он вдруг улыбнулся как-то хитро, – иногда их высокомерие играет против них самих. Особенно когда они пытаются переиграть Арину Викторовну или, не дай бог, самого Бондаря.

В его тоне, когда он произнес «Бондаря», промелькнуло что-то… неожиданное. Не страх, как у многих, а скорее… вызов? Или знание чего-то?

– А ты… не боишься Дмитрия Николаевича? – осторожно спросила я, вспоминая вчерашний ужас.

Влад задумался на секунду, его карие глаза стали серьезнее. Галантный шарм чуть спал, показав другого человека – наблюдательного, возможно, амбициозного.

– Боятся обычно те, кто не уверен в своей работе или пытается его обмануть, – сказал он спокойно. – Он жесткий, да. Требовательный до безумия. Но если ты профессионал и не везешь чушь… он это ценит. Хотя признаться в этом никогда не будет. – Влад усмехнулся. – Главное – не лебезить. Он это ненавидит пуще огня. И… не показывай страх. Чует, как акула кровь.

Его слова заставили меня задуматься. Это было неожиданное и ценное наблюдение, не похожее на панические предупреждения Бест или злорадство стерв. Влад явно знал Дмитрия дольше и видел его в работе.

– Спасибо за совет, – искренне сказала я. – Думаю, он мне пригодится. Особенно про страх.

– Всегда рад помочь коллеге, – улыбнулся он, снова возвращаясь к своему обаятельному «я». Но в глазах оставалась тень той проницательности. – Особенно такой талантливой и… загадочной. В конце концов, не каждый день сбиваешь человека, который потом чуть не становится жертвой «логово льва» и выживает, чтобы рассказать об этом за кофе.

Обед прошел легко и приятно. Влад оказался интересным собеседником – умным, начитанным, с тонким юмором. Его галантность была естественной, не натянутой. Но под этой оболочкой приятного парня из маркетинга явно скрывался человек, который многое видит и понимает в офисных играх. «Не такой простак», – подумала я, возвращаясь с ним в лифте на 78-й этаж. «Интересно…»

Когда я села за свой стол, на экране горело напоминание о сроке сдачи концепций. Арина Викторовна вышла из своего кабинета и бегло, но одобрительно кивнула в мою сторону, увидев, что я за работой. Бест прислала в корпоративный чат смешной мем про дизайнеров и их «муки творчества». Ольга и Катя пронеслись мимо, бросив на меня колючие взгляды – возможно, уже знали про обед с Владом.

Первый рабочий день продолжался. Логово льва молчало… пока. Но я чувствовала его присутствие. И понимала, что игра только начинается. А Влад… он стал в ней новым и пока не до конца понятным игроком. Приятным, умным, галантным… но игроком.

[1] Ordinary Life The Weeknd

[2] Can’t Help Falling in Love» – Kina Grannis

Глава 8

[1] Утро второго рабочего дня началось не с будильника, а с навязчивой мелодии в голове – ритмом карандаша по бумаге. «Лофт-лайт». Клиент хотел воздуха, света и неформальности без потери функциональности.

Я погрузилась в чертежи и референсы с такой жадностью, что даже Бест, пролетавшая мимо с криком: «Лен, не забывай моргать! Монитор тебя съест!», лишь вызвала у меня рассеянную улыбку. На столе царил творческий хаос: распечатки, цветовые палитры, наброски зон на салфетках (самые удачные идеи всегда приходят не вовремя). Фотография с папой глядела на это буйство с молчаливым одобрением.

Арина Викторовна, проходя мимо, бросила беглый взгляд на эскиз перегородки с экраном-проектором спасибо, Бест! и едва заметно кивнула. Высшая похвала. Но офисные джунгли никогда не спят. Катя из отдела продаж, та самая с острыми скулами, «случайно» задела угол моего стола, когда я как раз выводила тонкую линию на чистовом варианте плана. Фломастер рванулся в сторону.

– Ой, извини! – ее голос звучал сладко, как испорченный мед. – Какая ты аккуратная… Все так миленько разложила. Легко нечаянно задеть. – Ее взгляд скользнул по моим наброскам, задержавшись на самом смелом цветовом пятне. Губы кривились в едва уловимой усмешке. Я вцепилась в фломастер, чувствуя, как по спине пробежали мурашки гнева. Не поддавайся. Не показывай.

Всплыли слова Влада о страхе. Я просто подняла голову, посмотрела Кате прямо в глаза, она слегка отпрянула, и я сказала её ровно: – Ничего страшного. Бумага прочная. В отличие от некоторых нервов.

Катя на мгновение опешила, ее сладкая маска сползла, обнажив злость. Но она лишь фыркнула и поплыла дальше, к Ольге, которая наблюдала из-за угла с холодным любопытством. …Один ноль в мою пользу? – подумала я, но радости не было. Только усталость от этой подковерной войны.

[2] Утешение пришло неожиданно и с фирменным бестиным шиком. Минут через пятнадцать, когда я пыталась вновь сосредоточиться на плане, из дальнего угла открытого пространства донесся резкий, срывающийся голос Ольги:

– Что за…?! Экран! Почему он погас?! Идет презентация клиенту!

Почти одновременно Катя вскочила со своего места, яростно тыкая в тачпад ноутбука: – Нет! Нет-нет-нет! Это не должно было отправиться! КАК?! Я же не нажимала… Черновик! Отправился черновик!

Ее лицо побелело, как бумага на моем столе. Похоже, ее едкий комментарий о «провинциальном вкусе» только что улетел прямиком в групповой чат отдела дизайна, где сидели и те, о ком был этот самый черновик.

И тут мимо них, будто случайно, проплыла Бест. В руках – две переплетенные проводами кружки с паром, на губах – невиннейшая улыбка. Она тихонько напевала на мотив детской песенки, но слова были ее собственные, фирменные:

– Глю-ю-чки летают, пау-учки стрекочут… Кто-то файл не тот отправил, кто-то свет потерял… – Ее зеленые глаза поймали мой взгляд через пол офиса. Она едва заметно подмигнула, а уголки губ дернулись в торжествующей усмешке. Служба спасения работает. Бесплатно для своих.

Она скрылась на кухне, оставив за собой шлейф фрустрации стерв и мое тихое, но искреннее восхищение. Эта женщина была гением точечных ударов. Никакой грубой силы – только чистая, изящная ИТ-диверсия. Моя усталость чудесным образом испарилась, сменившись теплой волной благодарности. С такой союзницей хоть в окопы.

И только я собралась с духом и вновь углубилась в эскиз, как почувствовала знакомое солнечное излучение. Появился он… [3]

Влад. С папкой в руках и солнечной улыбкой, словно принес не документы, а кусочек лета в этот напряженный офис.

– Елена! Подписаться не забудь на согласовании коммуникаций, – он положил папку аккуратно поверх моего «творческого беспорядка». Его взгляд упал на свежий эскиз.

– Вау. Это уже не концепт, это почти готовая инструкция для строителей. Круто. Чувствуется рука мастера. – Он улыбнулся, но в глазах было не просто одобрение. Была оценка. Взгляд знатока.

– Стараюсь, – я отложила фломастер, чувствуя, как его присутствие и искренний интерес немного снимают напряжение. – Клиент должен почувствовать себя… как дома. Только дома, где все продумано до мелочей.

– Думаю, он почувствует, – Влад задержал взгляд на моем лице, потом на руке, все еще сжимавшей фломастер. – После утренних… помех, – он едва заметно кивнул в сторону удаляющихся стерв, – нужен глоток позитива. Или инструмент для будущих побед.

Он вдруг достал из внутреннего кармана пиджака длинную, узкую коробочку из темного дерева.

– Держи. Трофей за стойкость и талант.

Я открыла коробку. Внутри, на черном бархате, лежала ручка. Но не просто ручка. Это был шедевр минимализма и эргономики: корпус из матового черненого металла, идеальный вес, тонкий золотистый клип. Она выглядела дорого, серьезно и… невероятно соблазнительно для того, кто живет рисунком.

– Влад, это… – я растерялась. – Слишком. Я не могу…

– Можешь и должна, – он мягко перебил, закрывая мою ладонь с коробкой своими пальцами. Его прикосновение было теплым, уверенным. – Это не подарок. Это инвестиция. В твой успех. В успех нашего проекта. – Его карие глаза смотрели прямо, почти гипнотизируя. – И в наш… будущий вечерний променад по городу? Ты ведь еще не показала мне ни одного классного места.

Улыбка снова заиграла на его губах, но в глазах оставалась та же твердая уверенность, что и в голосе. Я чувствовала себя на качелях. С одной стороны – искреннее восхищение красивой вещью и его верой в меня. С другой – настороженность. Дорогая ручка в первый же рабочий день? Инвестиция? Это пахло не просто симпатией, а расчетом. Но отрицать его обаяние и поддержку было невозможно.

– Спасибо, Влад, – я сказала, стараясь звучать уверенно. – Она потрясающая. Обещаю, первой победной подписью будет под этим проектом. – И променад… подумаю.

Ручка легла на стол рядом со скромным зайчиком, резко контрастируя с ним своей взрослой элегантностью. Она казалась инородным телом, но и… обещанием чего-то большего.

Остаток дня прошел в лихорадочной работе. Я вносила правки, углублялась в детали, пытаясь заглушить внутренний голос, шептавший о стервах, о странном подарке Влада и о главном страхе – его возвращении.