Рина Гиппиус – Чужая здесь, не своя там (страница 91)

— А он точно подойдет для паштета?

— Пробуй, — недовольно пробурчал повар, протягивая вилку.

Я попробовала.

— О-о-о, как вкусно. Можно еще?

— Нужно.

Так я с интересом и наблюдала за творимым волшебством кулинарии.

— Слушай, ты же действительно потрясающе готовишь. Не жалко тебе растрачивать свое мастерство? — Понтер побагровел, но в это раз скорее всего от гнева. — Прости, я не так выразилась, — тут же добавила я. — Неужели ты не хотел бы открыть свой ресторанчик, чтоб развернуться?

Повар вздохнул, взял платок, вытер выступившую испарину на лбу и произнес:

— Хотел бы. Более того, знаешь, кому принадлежит тот трактир, что напротив?

— Вот как… — выдохнула я.

— Нет, не мне, — усмехнулся Понтер. — Джету. Он его выкупил для меня, но… Я же не могу его вот так принять. Поэтому пока не заработаю достаточных средств…

— А зачем мастеру для тебя выкупать трактир?

Вот тут Понтер видимо понял, что сболтнул что-то лишнее. Но ведь я его не заставляла — все сам.

— Он мой брат.

— Вот это да… — ошарашенно произнесла я. — Вы же совсем не похожи.

— Мы сводные. Мой отец и его мать поженились, когда мне было пять, а Джету двенадцать.

На минуту Понтер замолчал, а я обдумывала услышанное.

— Я когда сосредоточен на готовке, на все остальное мало обращаю внимание. Ты меня подловила, — печально улыбнулся повар. — Надеюсь, ты понимаешь, что распространяться об этом не стоит?

— Да я и не собиралась. Вот только к чему такие тайны?

— Тайны мы из этого не делаем. Но просто, пожалуйста, не говори об этом никому.

— Хорошо, я молчу и вообще уже все забыла, — заверила я его.

Понтер кивнул и продолжил колдовать над блюдами.

— Неожиданно, — произнес мастер, когда наконец вернулся и увидел меня. — Честно говоря, отвратительно выглядишь. Ты точно не умрешь прям здесь? Мне проблемы со стражей не нужны.

— Я тоже рада вас видеть, эд Йеннер.

— Пошли наверх, пока Понтер, отвлекаясь на тебя, не пересолил тут чего-нибудь.

Мы с поваром переглянусь — кто-то сегодня не в духе. И пока я проходила мимо Понтера, успела ему шепнуть:

— Наверно свидание не состоится, — мы оба захихикали. И стыдно совсем не было.

Мы поднялись на второй этаж, но мастер прошел мимо моей каморки, не останавливаясь.

— Иди за мной, — бросил он через плечо, так и не повернувшись ко мне.

А вот это уже интересно.

Уже по одной двери можно было судить — это его рабочий кабинет. Массивная, крепкая, даже внушительная какая-то. А за ней… Многочисленные стеллажи, полки которых были заполнены самыми разнообразными вещами, большой рабочий стол, у которого стояло удобное кресло и огромное количество коробок, скорее всего хранящих немало сокровищ.

— Вон табуретка, — кивнул мастер, а сам прошёл к столу.

— Почему тут? — не удержалась я.

— Мне работать нужно, а тут светлее, чем в твоём углу.

Он достал инструменты, развернул лупу и принялся ковыряться в каком-то браслете.

— Сядь уже! — практически рявкнул он.

Быстро уселась на низенькую табуретку и стала с интересом наблюдать, как Йеннер работает. Такое зрелище представилось мне впервые. Впрочем, оказалось, что совершенно зря я рассчитывала увидеть настоящее мастерство — не клеилась работа у артефактора.

— И чего молчим? — вновь раздался его голос. — Давай, рассказывай своё домашнее задание.

И тут я поняла, что забыла свои листочки с нужным материалом на кухне. А в тех записях я детально расписала создание «нагревателя» — амулета, позволяющего прежде всего повышать температуру воды. В принципе, я помнила основные моменты, но подсмотреть не мешало бы. Глубоко вздохнула и начала рассказывать, бросая в сторону мастера робкие взгляды. Он время от времени кивал, порой морщился, как будто неприятное что-то слышал, хмурился.

— Возьми там бумагу и начерти схему заклинания, — махнул в сторону одной из полок Йеннер.

На какой именно из них искать надо было бумагу, я не поняла, а переспрашивать… Решила все-таки самой справиться. Нашлась и бумага, и карандаши, причём остро заточенные, но почему-то они были на самой верхней полке. Я хмыкнула и подумала: «а как же мастер за ними добирался?». Перевела взгляд на табуретку…. Хоть уже и поздно было, но все же достала платочек, протерла им стул и вновь села. Попробовала пальцем кончик карандаша. «Таким и проткнуть можно», — про себя заметила я.

— Долго ещё настраиваться будешь? — недовольно буркнул мастер.

У меня возникло нестерпимое желание показать ему язык. Вот так, по-детски. Но я постаралась придать себе как можно более строгий вид и сосредоточилась на схеме. Старательно выводила линии, красиво выводила плетения, больше напоминающие узоры. От усердия чуть ли не язык высунула.

— Показывай, что там, — требовательно сказал мастер.

— Вот.

— Отвратительно, — поморщился он, скомкал лист и ловко забросил его в мусорную корзину, что стояла у двери.

— Но я же все верно сделала, — растерянно возразила я.

— Все отвратительно, — повторил мастер и потёр своё лицо руками, откинувшись на спинку кресла.

Спросить все ли у него в порядке, было бы глупостью. Видно же, что нет.

— Вот скажи мне, Астари, — он вдруг поддался чуть вперёд, пытливо всматриваясь мне в глаза. У меня даже мурашки по коже пробежали, как от мороза. — Когда совершаешь доброе дело, нужно ли ждать в ответ благодарности?

— Смотря для чего или кого вы это делаете. Если для себя — то да. Для другого человека — нет.

— Поди ж ты, умница какая, — едко протянул мастер. — Ну а ты, зачем добрые дела делаешь?

Мне совсем не понравился ни тон, ни вообще направление, в которое вдруг повернул разговор.

— А я их делаю по глупости, в основном. Вижу, что человеку плохо — иду и помогаю. И совсем не задумываюсь: а зачем оно мне? Наверно выгоду искать надо, да? — я тоже перешла на едкий тон.

— Не умница, — усмехнулся Йеннер и покачал головой. — А если помогаешь близкому тебе человеку, то тут как?

— Лучшая благодарность — благополучие близкого.

— Угу, спасибо за ответ, — тихо произнёс он и вновь устало потёр лицо. — Иди уже отсюда. И завтра не приходи, не выздоровела же ещё.

Я кивнула и поторопилась покинуть комнату, но у двери все же остановилась.

— Эд Йеннер, а почему вы мне тогда помогаете?

Он поднял на меня глаза, растянул губы в лукавой улыбке и сказал:

— По глупости.

Мне действительно надо было бы посидеть пару дней дома, но я вновь не выдержала и пошла на этот раз в настоящую библиотеку. Вот только я выбрала раздел не связанный с артефакторикой.

Почти за полтора года я наверно пересмотрела уже тысячи книг. Был ли в этом толк? Весьма мало. Находились решения проблемы, но все это было не то: большие риски, слишком призрачные гарантии, расплывчатые условия. Иногда хотелось опустить руки, забыть, забросить. Если и не суждено, то зачем ещё трепыхаться и пытаться что-то сделать? Однако вот так просто отступить я не могла и продолжала поиски дальше.

— Привет, Астари, — раздалось у меня за спиной.

От неожиданности тяжёлый фолиант выпал у меня из рук и с грохотом встретился с полом.