Рина Гиппиус – Чужая здесь, не своя там (страница 78)

— Опоздаем, — строго заметила Элодия.

Я посмотрела на видневшуюся и отсюда очередь у храма.

— Успеем. Все равно людей слишком много, — ответила я.

У меня был свой интерес — подождать, когда скопление желающих поделиться заработанным сегодня на ярмарке убавится.

Элодия со своей внучкой присоединились к нам. Они-то сегодня как раз и торговали вышитыми платочками и прочим рукоделием. Я тоже прикупила у них парочку.

— А в аукционе ты участвовать не собираешься? — недовольно спросила соседка.

— Я про него забыла…

— Оно и видно. Хоть бы платье повеселей выбрала!

— Не собираюсь я в этом участвовать! — вспылила я. — Да и кто меня там выберет. Простою статуей, попозорюсь…

Элодия и Банафрит обменялись странными взглядами.

— Глупая девчонка, — покачала головой соседка.

— Не буду говорить так про свою хозяйку… Хотя не могу не согласиться, — вторила ей помощница. — Все хорошо будет. Да и записали мы уже тебя.

— Как записали? — выдохнула я. — И не спросили, не предупредили.

— Только что, — хмыкнула Элодия.

— Если я так и останусь одна, это будет на вашей совести! — прошипела я и даже невежливо указала на них пальцем.

— Ещё благодарить будешь, глупая, — несмотря на обидное замечание, тепло протянула соседка.

А ведь если меня никто не выберет, для меня действительно это будешь большим ударом по самолюбию. Почти у всего города на глазах…

Мы с Рини не успели поучаствовать в подобном мероприятии в Саганионе. Теперь вот мне представился случай. А подруге… Я представила, что было бы, окажись она рядом. «Не трусь, найдутся желающие. Из тех, на кого бы ты даже подумать не могла. Ты будешь ни чуть не хуже других. Ты будешь — лучшей. Я-то знаю какая ты», — сказала бы она мне. Одной фразой Рини умела подбодрить меня, придать уверенности.

С помоста вещал Глава города, который и проводил аукцион.

— В этот раз площадку предоставил нам эд Топиас.

Из толпы раздались одобрительные возгласы. Ещё бы, даже я, ставшая жительницей Геделрима не так давно, знала — у эда Топиаса лучшая ресторация города.

— Девушек, решившихся скрасить время достопочтенных мужей нашего города нашлось немало. Мужчины, не скупитесь, вытряхивайте свои кошельки!

Поскольку подошли мы одними из последних, я оказалась крайней в очереди. С моего места мне было видно — поучаствовать в аукционе решились самые красивые девушки города. Были, конечно, и не ослепительные красавицы, а обычные, но вполне симпатичные девушки. И я, не относившая себя ни к одной из групп.

За возможность поужинать в лучшей ресторации города с прекрасной девушкой, некоторые мужчины отдавали немалые суммы. Торги порой шли ожесточенные, упорные. Довольные «лоты» только улыбались и с нетерпением ожидали, кому же достанется их общество.

Разумеется, все вырученные деньги шли для тех же нужд — приют и госпиталь.

Я наблюдала за девушками, оглядывала собравшихся мужчин. Все что угодно, лишь бы не думать, что и моя очередь скоро настанет. И что за этим последует.

Нет, статуей я на помосте не стояла. Каждая девушка, когда подходила её очередь, садилась на некое подобие трона — высокий стул со спинкой и подлокотниками. И вот уже оттуда, с высока, наблюдала за «представлением». Как королева — снисходительно и величественно. Ещё бы — мужчины бились за её внимание.

Я села на этот стул хоть и с улыбкой, но внутренне робела. Да что там робела — боялась жутко.

— Астари Эттов, — представил меня Глава. — Прекрасная эдель, приехавшая к нам издалека.

Мне улыбались, кто-то даже хлопал. Так непривычно и странно…

— Начнём с обычной цены — тысяча скалдров.

Для сравнения, цена обеда в ресторации Топиаса начиналась от ста скалдров. Хоть деньги шли и не в ресторацию, но сумма набиралась приличная. Согласится ли кто?

Мне захотелось зажмурить глаза и не видеть ожидающих взглядов, направленных на меня. Закрыть уши и не слышать тишину.

Я сидела с ровной спиной, гордо поднятым подбородком, вежливой улыбкой и, надеюсь, не сильно затравленным взглядом.

— Полторы тысячи!

Все обернулись к отозвавшемуся мужчине. А эд Астел, перехватив мой взгляд, улыбнулся мне и слегка кивнул, приподняв шляпу над головой.

Удивлённый возглас чудом не вырвался у меня.

— Полторы. Замечательно, — произнёс Глава. — Кто-нибудь перебьёт?

Я вцепилась в подлокотники.

— Две!

Это уже был Стейнир. Он не улыбался, наоборот, был предельно серьёзен. Мазнул по мне безразличным взглядом и перевёл его на Астела.

Прежде чем Глава успел что-то сказать, эд Астел воскликнул:

— Три!

Дальше я не вслушивалась с произносимые ими суммы. Просто смотрела то на одного, то на другого. Чья возьмёт?

Спор затянулся. А я, вместо того, чтобы радоваться — вот он, миг моего триумфа, какие мужчины борются за моё внимание, задумалась совсем о другом.

Астел — крупнейший конезаводчик империи. Стейнир — появился в Геделриме сравнительно недавно, но у него есть то, чего не смог добиться опытный Астел — шенсеры. И только этим обходил более опытного коллегу.

Они что, вздумали и меня так разыграть, посостязаться? Восторг разом спал.

Никто в их спор не вмешивался — разбирались эти двое между собой. Одна сумма, другая.

«Двадцать тысяч!», — хорошо, что деньги на благое дело пойдут.

Никто никому не уступал.

Глава вытер платком пот со лба. Я ему послала ободряющую улыбку и пожала плечами.

«Откуда мне было знать, что эти двое решили так утереть нос друг другу», — словно говорила я.

Глава подмигнул мне.

«А вы, Астари, не промах».

— Пятьдесят! — Объявился новый участник.

Эду Йеннеру пришлось поднять руку, чтобы его было лучше видно.

И пока Астел и Стейнир оборачивались к Джетмиру, пока соображали, что вмешался кто-то ещё, Глава, который уже порядком устал, хоть его и веселила эта ситуация, провозгласил:

— Кто больше? Никто? Продано! Ужин Астари Эттов будет с эдом Йеннером! Поздравляю и объявляю аукцион закрытым.

Поздравления, аплодисменты.

А после — праздник, гулянья, подведение итогов — сколько же средств в общей сложности собрали.

Мастер Джетмир подал мне руку, когда я спускалась с помоста.

— Ловко я их обошёл, — еле слышно прошептал он мне на ухо. Для чего ему пришлось чуть привстать на цыпочки. Выглядело забавно. Да и вообще, наша парочка со стороны наверняка представлялась весьма комичной.

Я не сдержала смешок:

— Очень.

Ответом мне была широкая, по мальчишески озорная улыбка, которая придала ему вид на лет эдак пять меньше. Не то, чтобы мастер выглядел старым — чуть больше тридцати, а учитывая его дар — кто знает сколько ему на самом деле лет? Может оказаться, что раза в два больше.