Рина Эйртон – Хозяин Охоты. Книга I (страница 13)
– Какие плохие слова, госпожа, – съязвил он и приблизился к девушке так близко, что та ощутила его дыхание. – Можете наказать меня за это.
Роуз вспыхнула, как маков цвет. Она хотела отскочить от него, как от огня, но тело не слушалось. Девушка закрыла глаза и поддалась вперёд, предвкушая вкус чужих губ, но вместо этого услышала обеспокоенное:
– Вы слышали?
– Что слышала? – спросила она, глупо хлопая глазками, будто бы не пыталась поцеловать своего слугу несколько секунд назад.
– За нами кто-то следит.
Дитрих подскочил на ноги, всматриваясь в гущу деревьев.
– Сбежал…
– Кому это надо? Тебе просто показалось.
– Кому надо? Если нас кто-то увидит вместе, Вы представляете, какой скандал будет?
Роуз пристыженно опустила глаза.
– Простите, не хотел прозвучать так резко, – виновато произнёс парень.
Дитрих сел на колени перед госпожой, пытаясь поймать её взгляд, но девушка отчаянно сопротивлялась. Тогда он осторожно приподнял её лицо обеими руками и с нежностью в голосе спросил:
– Вы думаете, что я не понял Ваших намерений?
– Дитрих, ты всё не так понял! Я…
– Вы чудесная девушка, госпожа Роуз. И мне очень жаль, что я родился не Льюисом Эстеном, – он замолк на несколько секунд, а затем продолжил: – Если Вам нужна будет помощь, я готов быть рядом, но… я боюсь за Вас, не за себя. Что о Вас подумают дома? Нам лучше не видеться вовсе, госпожа.
– Какая мне разница, что подумают другие? Я дочь герцога, я должна сама выбирать чего хочу… и…
Роуз почувствовала, как из глаз текут слёзы. Она отстранилась, закрывая лицо рукавами платья.
– Никто из нас не выбирает, госпожа.
– Нет, ты не понимаешь! Хочешь знать правду? Я сбежала, потому что мой отец не любит меня! Потому что он променял меня на эту дурочку Корнелию. Она будет рожать ему наследников каждый год, пока он наконец не забудет моё имя! Поэтому он оставил меня дяде, которому я тоже не сдалась! Ему лошади дороже детей, и я, знаешь ли, его понимаю. Уж лучше бы я тоже прожигала жизнь в тени своего брата, попивая вино по вечерам и развлекаясь со слугами по ночам, только бы не быть Роуз Вессеньер!
Дитрих тяжело вздохнул.
– Мне жаль, госпожа. Но боюсь, что я не смогу облегчить Ваши страдания.
– Прошу, Дитрих, – всхлипывая, пробормотала она, – не рассказывай никому об этом.
– Клянусь своей жизнью. Если хотите, я тоже могу рассказать что-то очень тайное. То, что я никому не рассказывал.
– Р-раскажи…
– Когда я был маленьким, у меня была мама. Она часто рассказывала мне интересные истории и сказки, а я слушал их очень внимательно, даже если слышал в тысячный раз. Мы были очень бедны, иногда даже голодали, и у нас не было своего дома, потому что его сожгли злые люди. Я хотел скорее вырасти и заработать много денег, чтобы купить небольшую хижину и жить там вместе с мамой. Я хотел стать героем её историй, чтобы она рассказывала соседским детишкам именно обо мне. Но, к сожалению, этому не суждено сбыться.
Роуз вытерла остатки слёз и, шмыгнув носом, спросила:
– Что с ней случилось? Как ты оказался у дяди?
– Её убил один очень плохой человек прямо у меня на глазах, – с ненавистью произнёс Дитрих. – Тогда моя мечта стала иной. Я мечтал только об отмщении.
– Обними меня, Дитрих. Не перечь: это приказ.
Парень замялся, но всё же обнял леди. Они сидели так, прижавшись друг к другу, пока окончательно не стемнело. Роуз хотела лишь одного – чтобы этот вечер не кончался.
Роуз плакала навзрыд, читая последние страницы романа. За что жизнь так жестока? Даже на страницах книжки про любовь она не может отыскать счастливого конца.
Погружённая в свои мысли, девушка шла на урок музыки. Что, если попросить дядю о конной прогулке? Так она могла хотя бы издалека любоваться Дитрихом. Мысль о ещё одной встречи сводила Роуз с ума. Теперь она понимала всю ту ерунду, о которой рассказывала Мария.
Девушка зашла в класс, с удивлением обнаружив гувернантку сплетничающей о чём-то с няней Жоэль. Женщины тут же прекратили разговор и воззрились на Роуз.
– В чём дело? – спросил она.
– Нет-нет, Вы как раз вовремя, – защебетала гувернантка.
Урок шёл обыкновенно скучно, пока в класс не зашёл камердинер дяди Остина.
– Леди Роуз, господин Остин срочно зовёт Вас к себе.
Девушка была уверена, что гувернантка начнёт причитать о важности уроков игры на пианино, но в этот раз она просто смиренно встала у стены и приняла вид живой статуи.
Роуз в сопровождении камердинера пошла к кабинету дяди. Она знала, что случилось что-то неладное, и боялась, что это касается грума.
– Дядюшка, что случилось?
– Сядь, Роуз, – дядя кивнул на стул перед его столом. – Я хотел с тобой поговорить.
Леди всегда считала презабавным то, что дядя говорит на любые темы с серьёзным лицом, но сегодня она мысленно прокляла эту черту, ведь не могла понять, насколько неприятный разговор её ждёт.
– Как твои дела, Роуз? – праздно спросил Остин.
– Хорошо.
– Как спалось?
– Тоже хорошо. Вы позвали меня, чтобы поинтересоваться моим состоянием? Я польщена.
– Я просто хотел сказать, что ты можешь мне доверять. Я всегда на твоей стороне. Я даже простил тот концерт, который ты закатила перед тем, как сбежать. Заступился за тебя перед братом.
Роуз промолчала.
– В последнее время ты сама не своя. Это из-за отца?
– Да, из-за отца. Быть может, Вы прекратите этот допрос?
– Это не допрос, Роуз. Я хочу тебе помочь.
– Мне не нужна помощь. Я справляюсь со своей тоской.
– Благодаря кому?
– Простите? – переспросила девушка, молясь, что ей послышалось.
– Справляешься тем, что таскаешься с грумом, как какая-то портовая… девка?
Роуз вскочила со стула.
– Что Вы такое говорите?
– Правду, моя ненаглядная, правду! Или ты хочешь сказать, что это вздор? Дитрих обо всём рассказал.
Девушка почувствовала, как внутри всё холодеет.
– Дитрих никогда бы не рассказал тебе этого.
– То есть ты признаёшь свою вину?
– Какую ещё вину? Как ты смеешь общаться со мной в таком тоне? Я не твоя дочь!
Остин встал на ноги и подошёл к племяннице, напирая всем телом.
– Будь на моём месте твой отец, ты бы не была здесь! Я тебе пытаюсь помочь. Или ты хочешь закончить так же, как твоя мать? Изменять сыну герцога с каким-то мальчишкой из прислуги! До такого ещё нужно было додуматься, Роуз.