Рина Эм – Великий вождь Арис (страница 31)
— Ты пришел просить? — спросила она ледяным голосом. — Так не просят, Арис, вождь северных кочевников. Когда просят, не смотрят с презрением. Не выказывают отвращения… ты не просил, а винил меня, хотя грехов моих не знаешь. Вот и получи, что заслужил. Пускай колдун научит тебя смирению.
— Я был с тобой вежлив, когда вошел. А ты полезла мне в голову. И даже не попыталась этого скрыть. Боялся я тебя? Презирал в душе? Да, правда. Всю жизнь я слышал, что колдовство — это зло. В детстве меня пугали тобой и рассказывали о тебе страшные истории…
Она подняла руку, словно требуя, чтоб он замолчал.
— Ты не очень то похож на испуганного. Не трепещешь от ужаса. Но презрения в тебе очень много. Уходи. И не говори ничего больше, иначе я заставлю тебя замолчать.
Он развернулся и вышел. Медведь в коридоре таращил сонные глаза.
— Вот так-то, — сказал Арис проходя мимо зверя.
Когда Арис вышел на берег, над водой повис настоящий каменный мост с перилами. По крайней мере, на ощупь это было именно так. Арис пробормотал:
— Хоть один человеческий поступок. — Подумал, повернулся к дому лицом и произнес:
— Спасибо.
К рассвету он вернулся в Бодар. Коротко рассказал, что видел ведьму и что помогать она отказалась.
Старик-в-длинной-кофте внимательно выслушал и кивнул. Не высказал изумления, или досады. Да, он такое предвидел. Сложно ждать другого. Ты не дипломат, повторил он странное слово.
Да, не дипломат, кто б он ни был, думал Арис зло. Его не учили быть дипломатом. Его учили драться и быть вождем.
Он хотел рассказать об этом старику-в-длинной-кофте, но передумал. Может и не стоит просить у него советов. Надо было думать самому, и не гнаться за призрачными надеждами. Вся поездка обернулась пустой тратой времени. Он сказал Антору, чтобы готовился к немедленному отъезду, а сам вышел на задний двор и присел у лошадиной поилки.
Дела были плохи. Что делать теперь, когда вся эта поездка обернулась ничем, он просто не знал. Как сражаться с колдуном? Что его одолеет? Огонь, вода? Как это проверить?
Он кусал губы, глядя, как над крышами Бодара поднимается солнце. Наконец встал, развернулся и вздрогнул. Перед ним стоял старик-в-длинной-кофте.
— Арис, я пришел попрощаться, — сказал он.
— Попрощаться? Что это значит?
— Наши пути расходятся здесь. Я не поеду с вами обратно.
— Но… почему? Когда ты вернешься к своим? Что я скажу вождю Изгаму?
— Передай ему, что я желаю успеха ему и племени коттов.
— Ты собрался бросить своих? Они нуждаются в тебе!
— Может быть, — вздохнул старик. — Но я не котт. Я из рикков, помнишь, я говорил.
— Я думал, ты друг Изгама! — Арис начал понимать что происходит. Старик знал этого колдуна по имени Меш. Знал его силу. Он знал, что у кочевников и коттов не выйдет победить его. Потому он и уговорил Ариса поехать сюда, к ведьме. Когда же эта надежда обернулась ничем, он решил, что нет смысла возвращаться. Старик по имени Кеттар хочет, чтобы его бесконечная жизнь продлилась еще.
— Я друг Изгама, но у меня есть… свои дела, — сказал старик глядя в сторону.
— Ясно, — ответил Арис. — Тогда иди, делай свои дела, и пусть за них тебя судят боги. Только смотри, как бы за тобой не накопился бесконечный груз таких дел.
— Хорошо, — проговорил старик. — Я хотел сказать тебе еще несколько слов…
— Уходи, — сквозь зубы сказал Арис.
— Когда вы поедете обратно, будь осторожен и не…
— Убирайся! — рявкнул Арис и закрыл глаза.
— Хорошо, я скажу Антору, — послышались тихие шаги. Арис глянул назад, старика уже и след простыл. Он с силой ударил рукой по краю поилки и пошел на двор.
Когда расселись по коням, и Антор хотел было идти искать старика-в-длинной-кофте. Арис только собрался сказать, что он не поедет с ними, как тот сам показался во дворе в дорожной одежде.
Попрощался со всеми. Антор спросил прямо:
— Ты покидаешь нас потому, что теперь нет надежды?
— Надежда это последнее, то покидает нас, — уклончиво ответил старик, и Арис, хлестнув коня, отъехал к воротам. За ним последовали остальные. Только Антор задержался на некоторое время около старика-в-длинной-кофте.
— Что он хотел? — бросил Арис, когда Антор догнал их.
— Только сказал, чтобы мы следовали по тропе, береглись томозиев и не снимали свои амулеты.
— И хорошо спали, — это Арис сказал себе под нос, и больше они не говорили о старике-в-длинной-кофте.
Да и ни о чем другом они почти не говорили в последующие несколько дней. Миновали земли литереев, земли кроллов, все так же молча, едва обмениваясь парой фраз на ночлегах.
Какая-то тревога словно окутала отряд, и каждый воин ощущал неуверенность и неизвестность. Арис все больше понимал, что очень надеялся на помощь ведьмы. Да и знания старика-в-длинной-кофте внушали ему какую-то призрачную уверенность. И вот он едет домой с пустыми руками и не представляет, что теперь делать. И чем больше он об этом думал, тем сильнее росла в нем ярость.
С таким настроением он въехал в лес, отделяющий земли кроллов от земель томозиев.
На второй день, когда солнце было в зените, Арис вдруг понял, что едут они по незнакомой тропке. Видимо, занятые невеселыми мыслями, они где-то свернули не туда.
Ничего страшного в этом не было — сквозь прорехи в листве видно было, где сейчас солнце, так что куда ехать он знал.
Прошло еще немного, и Арис почувствовал, что кто-то крошечный ползет по его руке. Наверное паучок упал с ветки. Он отряхнул руку и вдруг понял — с этим лесом не все ладно.
Странное ощущение, будто кто-то следит за ними недобрым взглядом сквозь листву появилось в районе лопаток. Он внимательно оглядел подлесок и ничего не заметил, но едва развернулся, ощущение следящего взгляда появилось снова.
Арис оглянулся еще раз и снова поехал вперед. Стало жарко, будто они были не в тенистом лесу, а на поле, под жгучим солнцем. Капельки пота потекли по его спине, будто лапки жучков, прикасающиеся к коже. Он дернулся, отгоняя ощущения, и заметил, что Антор, да и остальные, вертятся тоже.
— Ты ощущаешь что-то злое? — тревожно спросил он.
Антор поднял голову, окинул его полным ненависти взглядом и процедил сквозь зубы:
— Конечно! И все это из-за тебя!
— Из-за меня? Что ты говоришь⁈
— Все! Ты прогнал его! Старика-в-желтой-кофте! Поэтому мы оказались в беде! Ты виновен во всем!
— Антор, я не гнал его! — воскликнул Арис. — Он сам решил уйти!
— Нет, ты прогнал его! Ты всю дорогу придирался к нему! — взревел Антор и вытащил меч. — Ты приносишь всем страдания! Ты убил собственного отца!
— Ты не в себе! — воскликнул Арис, уклоняясь от удара. Антор метил ему в голову. — Антор, остановись!
Куда там! Сделав разворот, Антор скакал к нему. Рот оскален в безумной злобе. Глаза щелки, горящие яростью.
— Ты не в себе! Остановись, и дай тебя осмотреть! Наверное, тебя укусил кто… — Ему пришлось вновь уклониться. Антор набросился яростно крича и размахивая мечом на ходу. И когда он промчался мимо, Арис бросил ему в затылок ножны. Антор беззвучно шваркнулся о землю.
Арис тут же соскочил с коня и бросился к нему. Приподнял голову и оттянув веко, позвал на помощь:
— Скорее! Подержите его, Антор отравился, надо… — и тут он понял — никто не пришел к нему на помощь. Арис резко развернулся. Во время. С обнаженными мечами к нему крались двое воинов.
Узкие глаза-щелочки горят яростью, как только, что у Антора.
— Давы все обожрались ядовитых ягод! О боги!
Еще двое воинов бросились друг на друга. И тут же все остальные тоже сошлись в схватке. Дрались так, что было ясно — они хотят убить друг друга.
Справа воин кинулся с такой яростью, что Арис едва смог отбить меч. Откуда у Бато вдруг такая сила⁈ Арис едва удержался на ногах, каблуки зарылись в лесной грунт. И тут же ему пришлось отражать удар слева. Воины снова бросились на него с такой безумной яростью, что волосы вставали дыбом.
Позади кто-то закричал от боли. Арис оглянулся мельком, и застонал от досады. Он успел увидеть, как один из воинов, воткнул меч в грудь другому. Захохотал, как безумный, но тут же его в спину ударил третий. Тогда вытащив меч из груди заколотого воина, он развернулся, и насадил противника как бабочку на прутик. Все трое рухнули в миг.
— Это колдовство! — вдруг понял Арис.
— Это не ядовитые ягоды, или насекомые! Это колдовство! Да остановитесь же!
Он развернулся и бросился к дереву. Воины следом. Два меча ударили в ствол. Еще бы секунда, и они разрубили бы его на части. С размаху ухватившись за нижние ветки, Арис подтянулся на руках и умостился в переплетении ветвей.