Рина Эллисон – Вуаль застывших теней (страница 2)
Но губы дрогнули, и с губ сорвался только хрип. Страх сковал мое изможденное и истощенное тело. Руки потеряли былую силу и нож выскользнул из ладоней, издав громкий звон.
– Ты ждала меня! Я рад, родная – он поднял нож и прошелся пальцами по его лезвию – Острый, умница, я люблю такие! Повернись на живот, я знаю где запечатлеть мою недовольство сегодня.
Я сжала зубы, но не подчинилась. Он хрипло засмеялся и вот уже кровать прогнулась под тяжестью его тела. Закрыв глаза, я стала что есть силы повторять одну и ту же фразу в своей голове: “Я выживу”.
Где-то далеко я услышала другой голос, далекий, мягкий, незнакомый он повторял: “Я найду тебя!”
И я выживу, потому что должна.
Потому что когда-то, где-то, будет другой голос.
Не холодный. Не жестокий.
Голос, который не будет пугать ночь. А будет звать меня по имени – и я повернусь не со страхом, а с надеждой.
Но это будет потом. Не сейчас. Сейчас – я снова в клетке.
Снова с ним.
Глава 1.
– Эльфийские сказки. Том 1. “Война, что рождена тенями”
Гул голосов и тяжёлые шаги за дверью отвлекли меня от чтения. Я не успела обернуться, как распахнулись двери, и в комнату ворвалась герцогиня, окутанная яростью, будто плащом. Её лицо было перекошено – не от горя, а от чистой, кипящей злобы, от такой, которая режет воздух, словно лезвие.
– Это всё ты! Это из-за тебя его убили! Ты мерзкая тварь! Схватите её! – завопила она, дрожа от истерики.
За её спиной двигались гвардейцы в чёрной броне, оружие поблескивало на солнце, а в их руках были наручники из метеоритного металла – особые, к которым даже прикосновение выжигало остатки магии из крови фейри.
Я не успела ничего сказать. Один рывок – и мои запястья захлопнулись в холодной стали, кожа под ними сразу вспыхнула болью.
Я почувствовала, как магия ускользает из меня – тихо, как дыхание умирающего, и оставляет пустоту. Глухую. Пронзающую.
Только вчера Лейле удалось снять с меня прошлые браслеты, и похоже герцогиня не заметила этого. Но эти, эти оковы были прочнее, и я чувствовала боль от того, что снова лишаюсь магии, всего через день после того, как она вернулась ко мне.
Но даже закованная, даже окружённая мечами, я выпрямилась.
Голова поднята, взгляд твёрд. Я не понимала, что происходит. Но я не боялась.
– Я не понимаю, о чём вы, герцогиня. Что случилось?
– Ты… – она задыхалась, губы судорожно дёргались, слёзы стекали по щекам – ты убила моего сына! Моего Дерека!
На несколько ударов сердца всё исчезло. Слова повисли в воздухе, и я замерла.
Дерек… мёртв.
Муж. Тот, кто называл себя моим супругом.
Тот, кто бил. Кто ломал. Кто унижал. Тот, кто переплавил мою свободу в цепи, и каждую ночь шептал мне на ухо, что я его трофей, его сломанная птица.
Он… больше не существует.
Я ничего не сказала. Но сердце – взорвалось тишиной, слишком громкой, чтобы её можно было скрыть.
Там, глубоко в груди, разлилось пьянящее облегчение.
Свобода.
Так выглядит утро, которого ты не ждала. Так пахнет воздух, когда в нём нет страха.
– Как это случилось? – я всё же спросила. Мой голос был ровным, почти ласковым. Слишком спокойным для вдовы.
Герцогиня стиснула челюсти, глаза её метали молнии.
– Его загрыз горный лев! На охоте. На наших землях!
Наверняка ты всё подстроила! Ты же фейри! Это всё – твои чёртовы трюки!
– Зачем мне ждать целый год? – я ответила, даже не моргнув. – Я могла бы убить его куда раньше.
Она взвизгнула, как раненый зверь.
– Потому что ты знала! Ты знала его завещание, что только через год брака ты получишь часть его наследства, если он умрёт. Ты выжидала! Ты проклятая, коварная ведьма! Признайся, это ты!
И тогда, не дожидаясь ответа, она ударила меня. Сильно. Ладонь хлестнула по щеке – сухо, звонко.
Мою голову откинуло назад, волосы сбились в лицо. Но я не почувствовала боли. Только тишину.
Я не отвечала. Я улыбнулась.
И, похоже, этого было достаточно, чтобы окончательно убедить её в моей вине.
– В темницу её! – прорычала она. – И немедленно сообщите королю! Пусть сам решает, как судить убийцу одного из самых влиятельных членов своего совета!
Гвардейцы схватили меня за локти, повели прочь. Я не сопротивлялась.
Я шла по коридорам особняка, где провела последний год в молчаливом аду – и с каждым шагом чувствовала, как стены больше не сжимаются, как воздух становится чище.
Возможно, мне суждено умереть. Возможно, они бросят меня в темницу и забудут навсегда. Но он больше не прикоснется ко мне.
И это уже свобода.
В темнице было темно. Холодно. Каменные стены сочились влагой, и узкое окошко под потолком давало едва заметный свет.
Меня посадили в дальнюю камеру, на каменный выступ вместо скамьи.
Когда они захлопнули за мной решётку, один из них подошёл ближе.
Родерик. Его лицо я знала слишком хорошо – друг Дерека, его оружие, его цепной пёс.
Он плюнул мне под ноги.
– Ты заплатишь. Я говорил ему, чтобы он навсегда лишил тебя магии. Но он не послушал.
– Я не убивала Дерека, – ответила я. – Даже если вы все решили иначе.
Я не пыталась оправдаться. Просто хотела, чтобы хоть кто-то услышал правду – пусть и не поверит.
Он молча развернулся и ушёл. Дверь заскрежетала, закрылась.
И темница вновь погрузилась в тяжёлую, как вода, тишину.
Я осталась одна. Руки всё ещё скованы, запястья пульсируют. Но внутри… внутри было легче, чем когда-либо.
Он мёртв.
И теперь… всё возможно. Даже если сначала – только тьма.
Глава 2.
– Эльфийские сказки. Том 1. “Новый мир”.
Прошло два дня как меня заперли в этой камере, только благодаря окну я могла понять, как течет время. Похоже обо мне забыли или решили дать умереть от голода. Только вчера, когда уже стемнело один из стражников принес мне стакан воды и кусок сухого хлеба.