Рина Белая – Термос, Пельмени и Тайна Тестоленда (страница 22)
Искренний интерес. И опасная нежность.
Будто она увидела в нем не просто человека в мятой рубашке, а какой-то особо редкий вид оленя обычного, занесенного в эльфийскую Красную книгу.
— Не слушай их, — сказала она тихо, как будто знала:
«Олени обычные — скромные и пугливые. Встречаются крайне редко. Реагируют на женщин как на угрозу».
Она склонила голову так, чтобы свет от ближайшего светлячка лег на ее лицо и серебристые волосы, заплетенные в косы.
— Эта ночь особенная. Она словно соткана из света и шелеста листьев. И, возможно, одна из мелодий ждет, чтобы ты сделал первый шаг.
На миг ее взгляд задержался на его лице.
— Я бы пошла по следу этой мелодии… если бы ты предложил идти вместе.
Вася моргнул.
Раз.
Другой.
Сигнал пошел.
Где-то в мозгу замигал старый, пыльный маршрутизатор, заскрипели шестеренки, запищал внутренний модем. Он почти физически почувствовал, как у сознания сначала подгружается фон, потом контекст, и наконец…
До Васи дошло.
Не сразу. Но дошло.
— Это ты… типа танец предложила? — переспросил он медленно и с полной серьезностью.
В уголках ее губ появилась легкая улыбка.
Его дыхание сбилось, взгляд дернулся вбок, потом вверх, потом в пустоту. Его явно бросило в жар.
Он резко выпрямился, сунул ей в руки чашу с финиками — с видом, будто вручает боевое знамя — и, не сказав ни слова, повернулся и пошел прочь. Целенаправленно, уверенно и подозрительно быстро.
— Постой! — позвала она. Не громко, но с той самой интонацией, от которой у любого нормального парня должно было екнуть в сердце.
У Васи екнуло. В коленях.
Он ускорился.
Мираэлин поспешила за ним.
Он свернул к деревьям, вывернул влево, потом вправо — и, наконец, нашел спасение.
Куст.
Настоящий. Плотный. С множеством листьев и темной нишей внутри — такая зеленая нора, идеально подходящая для экстренной социальной изоляции.
Вася нырнул в него с профессионализмом партизана.
Сел.
Замер.
Задержал дыхание.
Снаружи послышались шаги. Она остановилась где-то рядом. Он чувствовал это — всем телом, которое очень хотело провалиться под землю.
Но спустя несколько мгновений она ушла.
Вася вздохнул, уткнулся лбом в колени и пробормотал сквозь зубы:
— Да чтоб меня в задницу тролля экспрессом, и без остановок…
И тут же застыл.
Потому что понял: это был не его голос. Не его слова.
Он никогда так не выражался.
Да и вообще не знал таких выражений.
Но фраза прозвучала — громко, хлестко, и, что самое интересное, как-то подозрительно искренне.
Он даже голову не успел поднять, как кусты рядом вздрогнули. С хрустом и шорохом в них кто-то прыгнул.
— Вася?! — раздалось прямо у уха.
Он дернулся, подскочил, как ошпаренный, и едва не врезался лбом в ветку. Перед ним, вся в листьях и решимости, стояла Териса.
Глава 23
Куст мелодично зашелестел, словно ему доставляло удовольствие укрывать двух людей, внезапно ставших очень близкими соседями.
Листья слегка дрогнули, как будто понимали:
— Териса?! — прошептал Вася, округлив глаза.
Но прежде чем он успел выразить все свое удивление, Териса резко наклонилась, зажала ему рот одной рукой, а второй приложила палец к своим губам, глядя прямо в его глаза с ледяной серьезностью, достойной инструктора по выживанию.
— Тихо, — прошептала она почти беззвучно, как ветер сквозь листву.
Вася кивнул. Очень медленно. Очень послушно. И даже дышать стал через раз.
И именно в этот момент он почувствовал:
Ее пальцы — у него на губах, — тонкие, холодные, с запахом чего-то травяного и чуть металлического, как утренний воздух в лесу. В этом прикосновении было столько эльфийской грации, решимости и древней магии, что у Васи дрогнуло что-то в районе… ну, всех систем жизнеобеспечения сразу.
Ему стало жарко. Потом холодно. Потом опять жарко. Он подумал, что, возможно, у него перегружена оперативная память и пора перезагрузиться. Но мозг, похоже, уже ушел в принудительный ребут — потому что все мысли вышли погулять и не вернулись.
И именно тогда, сквозь густую листву, послышались шаги. Легкие, размеренные, почти музыкальные.
Эльф приближался.
Куст затих, словно подыгрывая настроению сцены — неловкой, но по-своему волшебной.
Да, этот куст явно был не просто растением. Он был соучастником. И, похоже, он наслаждался своей миссией.
Вася тоже молчал. Потому что ее рука все еще была у него на лице. А это, в данный момент, действовало сильнее любого оглушающего заклятия.
Когда эльф ушел, Териса, не отрывая взгляда от куста напротив, медленно убрала руку и выдохнула:
— Ну надо же. Такого везения у меня не было даже в Бутово.
Вася моргнул.
Потом еще раз.
— Подожди… ты сейчас сказала: «Бутово»? Значит… ты тоже с Земли?
Териса скосила на него взгляд, вздохнула и заправила прядь золотых волос за ухо — и в этом движении было что-то очень человеческое.
— Ага. Тоже с Земли.