Рина Белая – Обещанная (страница 58)

— Мы не можем оставаться здесь вечно, — произнес он спокойно. — Моя женщина мечтает увидеть своих родителей. А я хочу вновь увидеть улыбку на ее устах. Поэтому, с вашего позволения, право начать разговор я оставлю за собой.

Он выдержал короткую паузу, позволяя словам осесть в воздухе.

— Да, я дважды нарушил запрет. Первый раз — когда связал свою судьбу с земной женщиной, Орисой. Второй — когда вернулся на Ис'Тайр.

Воины молчали. Маски скрывали их лица, не позволяя уловить ни единой эмоции.

Каор'Исс продолжил:

— Вы знаете, в каком положении находится наш народ. Мы вымираем. С каждым циклом — меньше связей, меньше рождений.

Он поднял голову, и в янтарных глазах мелькнул холодный отблеск.

— Женщины Земли несут в себе Свет Жизни. Но чтобы захватить хотя бы одну из них, воинам приходится преодолевать космос, идти на риск, сражаться и погибать. Каждая такая попытка — потери. Мы платим жизнями воинов за право продолжить свой род.

С ликарками проще. Их планета открыта, путь короче и безопаснее. Но их природа иная. Они не способны облачаться в белое, не несут потомства. Они живут стаями и, лишенные своей стаи, здесь, под нашими небесами, гибнут от одиночества.

Тишина стала плотнее.

— С люмари еще труднее, — произнес Каор'Исс. — Они редки, как свет в глубинах пустоты.

Он медленно обвел взглядом Круг.

— Я мог бы продолжать. Есть десятки миров, где мы искали ответ. И в каждом — камень, о который разбивается надежда. Но есть иной путь.

Слова прозвучали тихо, но их сила была ощутима, как удар.

— Ор'Ксиар, лишенный силы, способен создать нечто прекрасное. Способен подарить Ис'Тайру девочку.

Он перевел взгляд на маски. На миг его голос стал тверже, словно он вел не обсуждение, а боевой доклад:

— Ребенок, которого вынашивает моя женщина, живое доказательство этим словам. Каждый из вас сейчас видит, как наполняются нити связи между вечным, как само время, сердцем Ис'Тайра и моей дочерью.

Он замолчал.

Воины стояли неподвижно, но Каор'Исс чувствовал их напряжение — едва уловимые волны энергии, сомнение, попытки сдержать эмоции.

Первым заговорил тот, что стоял справа. Голос его был низкий, тяжелый.

— Ор'Ксиар, лишенный силы, не способен поднять в небо свой корабль.

— На смену нашим кораблям могут прийти суда Аэллири, — спокойно ответил Каор'Исс. — Мы уже пользуемся их переводчиками и капсулами исцеления. Осталось принять их корабли.

Слева от него заговорил другой воин — голос твердый, металлический, с едва сдерживаемой злостью:

— Ты рассуждаешь так, будто Вселенная безразлична к нашим шагам, Каор'Исс. Многие миры хорошо вооружены. Местное население не потерпит вторжения. При нашем появлении они пойдут войной. Лишенный силы Ор'Ксиар не сможет защитить ни себя, ни свою женщину. Подвергать их такому риску — безумие.

Каор'Исс кивнул — не в знак согласия, а в признание того, что вопрос справедлив.

— Не все миры одинаковы, — ответил он. — Есть Тайтаема — планета ликаров. Их оружие — когти, топоры и ярость. Есть Аренн — мир торговцев и инженеров. Они живут под куполами из сплава и дышат воздухом, который сами создают. Они не станут воевать — слишком дорожат стабильностью. Им проще купить мир, чем разрушить его.

Он сделал короткую паузу.

— Есть Сетриал — далекий и холодный мир. Там не знают войн: им хватает борьбы с природой.

— Ты говоришь о новом пути, Каор'Исс, — произнес один из воинов. — О мире, где Ор'Ксиары откажутся от силы. Но разве ты не понимаешь, что именно сила — причина, по которой нас уважают и боятся? Если мы ее лишимся… кто мы тогда?

— Ты прав, — ответил Каор'Исс, оборачиваясь к нему. — Немногие согласятся. Еще меньше смогут выдержать это испытание. Но те, кто пройдут, будут вознаграждены. Не славой — потомством.

На мгновение в зале снова повисла тишина.

— Связь устанавливается благодаря Свету Жизни, — глухо произнес другой воин, в голосе которого звучала тяжесть власти. — Если его нет, нет и гарантий, что такая женщина способна дать потомство.

— Тогда мы откажемся от этой идеи, — ровно ответил Каор'Исс.

И вдруг — голос.

Негромкий, но такой, от которого зал будто выдохнул.

Голос, которого Каор'Исс не слышал уже давно.

Когда он еще был частью Девятки, этот воин редко говорил — предпочитал слушать. Его слова звучали лишь тогда, когда в них действительно была необходимость. И, пожалуй, именно поэтому к ним всегда прислушивались.

— Думаю, я увидел и услышал достаточно, — произнес он. — Женщина Каор'Исса облачена в белое. И хотя был нарушен запрет, закон Сердечного Согласия не нарушен.

Он перевел взгляд на Каор'Исса.

— Ему хватило храбрости вернуться сюда, на Ис'Тайр, чтобы передать нам важную информацию. И я не понимаю, почему вокруг этого столько споров. Каждый из воинов сам несет ответственность за судьбу своей женщины. Если воин готов идти на риск — мы не имеем права стоять у него на пути.

По залу прошел глухой ропот. Один из воинов возразил резким, почти злым голосом:

— Чтобы позволить это, мы должны изменить законы.

— Мы уже меняли их, — спокойно ответил тот. — Когда позволили земному мужчине остаться на нашей планете. Мы изменили их, когда на Ис'Тайре родилась первая девочка. Так в чем же проблема изменить их снова — сейчас, когда вот-вот появится первая девочка… как правильно? Ор'Ксиарка? Ор'Ксиарочка?

Воины переглянулись. О таком никто прежде даже не задумывался.

Лиэра наклонилась к Орисе и почти неслышно прошептала:

— Навещай меня почаще.

Коротко улыбнулась — и направилась к воину, который только что говорил о переменах. Ее походка была легкой и уверенной, взгляд — прямым. Когда она остановилась перед ним, все затаили дыхание. Даже воздух будто замер, прислушиваясь.

— Я всегда видела в вас равных, — сказала она спокойно. — В каждом — силу, решимость и желание стать моим защитником. И все же мое сердце молчало.

Она подняла взгляд, встретившись с ним глазами. В ее голосе прозвучало тепло, которого прежде в нем не было:

— Только сейчас я поняла, что хочу, чтобы это был ты.

Зал на мгновение застыл. Никто не пошевелился, не осмелился нарушить тишину.

Лиэра стояла перед ним. Некоторое время они просто смотрели друг на друга: она — уверенно; он — чуть растерянно, будто не до конца верил, что все это происходит с ним.

— Почему я? — наконец спросил он.

— А ты хотел, чтобы я выбрала кого-то другого? — ответила она с легкой, едва заметной улыбкой.

— Среди восьми равных я не думал, что у меня вообще был шанс.

— Твои слова затронули меня, — просто сказала она.

Между ними повисло короткое молчание. Он заговорил снова, уже тише:

— Я благодарен тебе за выбор, Лиэра. Не ожидал его, но сделаю все, чтобы оправдать твое доверие.

— Это хорошо, — спокойно ответила она. — Именно этого я и жду.

Она отвела взгляд в сторону, будто собираясь с мыслями:

— Наша раса вымирает. При этом девочек рождается больше, чем мальчиков. Но каждая из нас слишком чувствительна к энергиям, чтобы делить мужчину хоть с кем-то. Так мы остаемся одни. Без защиты. Без будущего.

Она выдержала паузу, потом добавила — уже чуть тише, но от этого слова прозвучали только сильнее:

— Мы вынуждены прятаться в недрах планеты, жить во тьме и в страхе, что следующий шаг наверх станет последним. Потому что там, наверху, идет охота. На нас. На нашу кровь, несущую в себе редкий свет.

Ее взгляд снова устремился на воина перед ней.

— Поэтому я хочу покинуть Ис'Тайр… с тобой. Хочу вернуться домой и убедить сестер не прятаться и связать судьбу с Ор'Ксиарами. Уверена, многие решатся. Потому что счастье… — Лиэра на миг замолчала, будто пробуя это слово, — мы уже забыли, что оно значит.