Рина Белая – Обещанная (страница 4)

Ориса кивнула. А затем подняла руку, показывая родителям узор, переливающийся на ее коже.

— Мама, папа, мы можем… прокатиться?

— Я не стану препятствовать, — сказала Наэлия и, вздохнув, пристально посмотрела дочери в глаза. — Но запомни, Ориса: если Мор'Раан снова принесет тебя едва живой, это будет твой последний полет.

Девушка вспыхнула.

— Мама, я уже усвоила этот урок.

Наэлия тяжело вздохнула и, смягчив голос, добавила:

— Хорошо. Тогда возьми с собой друзей… на всякий случай.

Ориса перевела взгляд в сторону и громко произнесла:

— Пруть, Уть-уть… вы все слышали.

В воздухе раздался едва уловимый отклик — словно два невидимых шалуна уже переглянулись, готовые разделить ее приключение.

Наэлия глубоко вздохнула и тихо, почти себе самой, произнесла:

— Значит, вы все это время были рядом…

Ориса, уже шагая к двери, вдруг звонко рассмеялась. Обернулась через плечо и бросила:

— Ну что ты, мама! Разве я могла ослушаться?..

Ориса стояла перед громадиной и не могла отвести взгляда. Серо-голубая поверхность казалась холодной и неподвижной, словно выточенной из застывшего металла. Лишь по самому основанию корпуса тянулись светящиеся символы.

Их мягкое свечение отражалось в глазах девушки.

— Что они значат?

— Эти знаки — мое признание, — тихо ответил Мор'Раан. — Они говорят: часть меня навсегда останется рядом с тобой.

Ориса подняла на него глаза. В ее взгляде не осталось ничего, кроме доверия и открытости. Мор'Раан почувствовал, как в нем снова поднимается яростный протест. Все его существо рвалось к ней: защитить, укрыть, не позволить даже тени опасности коснуться ее. Он хотел быть рядом. Всегда.

Но реальность напоминала о себе. Связь между ними не оформлена, и он был вынужден подчиняться приказам. Высший Круг направлял его к Земле — за «женским грузом», ведь жизнь Ор'Ксиаров измерялась лишь продолжением рода. Он ненавидел это решение, ненавидел саму идею покидать ее ради чужих женщин.

И все же разум напоминал: последние вылазки обернулись провалом. Земляне сопротивлялись все отчаяннее, а корабли Ис'Тайра возвращались ни с чем, что лишь усиливало давление Высшего Круга. Новый приказ был неизбежен.

Но внутри все восставало против него.

— Я никогда не видела таких кораблей… Они совсем не похожи на наши, — прошептала Ориса, возвращая его в реальность.

Мор'Раан отбросил тяжелые мысли. Сейчас — только она. Ее голос, ее улыбка, свет ее глаз.

— Потому что он не наш. Его создали Аэллири. Древнейшая цивилизация, что ушла дальше всех в понимании материи. Они научились «вдыхать» сознание в металл.

Ориса недоверчиво прищурилась.

— Хочешь сказать… он разумный?

— Не просто разумный, — кивнул он. — Это живая сущность с развитым интеллектом. Корабль чувствует хозяина на уровне сути: его страх, его радость. Он подчиняется мысленным приказам, слушается голосовых команд или механического управления — все зависит от владельца. Он — это часть тебя.

Ориса провела ладонью по светящемуся узору на коже и тихо повторила:

— Часть меня…

Затем нахмурилась:

— Но если корабль настолько совершенен… почему Ор'Ксиары не летают на них?

Мор'Раан усмехнулся.

— Зачем нам то, что способно спорить с нами?

Это было логично: корабли Ор'Ксиаров подчинялись им безоговорочно.

Ориса прищурилась и спросила с легким упреком:

— А женщины этой расы?.. Аэллири? Раз ты смог достать корабль, значит, был на их планете. Видел их…

В ее голосе прозвучала ревность, едва осознанная самой девушкой.

Мор'Раан спокойно ответил:

— Видел. Но они не для нас. Их тела — это машины, наделенные сознанием. Они больше похожи на свои корабли, чем на нас.

— Какие они? Как выглядят? Чем занимаются?

— Ориса, мы можем продолжать болтать… а можем начать твой первый полет, — мягко перевел он разговор.

Девушка перевела взгляд на корабль. Поверхность корпуса дрогнула, словно ощутив ее нетерпение. Бесшумно обозначился проход — линии разошлись и растворились, открывая светящийся проем.

Ориса затаила дыхание и шагнула внутрь. Пространство встретило ее пустотой: гладкие поверхности, ни кресел, ни панелей.

— Я даже не знаю, куда садиться… — пробормотала она.

Поверхность плавно выгнулась, образовав кресло. Тут же появились рычаги и кнопки.

Глаза Орисы вспыхнули удивлением.

— Он словно читает мои мысли!

Через мгновение она уже сидела.

— Я чувствую его… он ждет меня.

— Теперь он твой, — тихо сказал Мор'Раан. — Он будет скрашивать твое ожидание и напоминать обо мне, пока мы разделены.

Но она его уже не слушала. Корабль поднялся так плавно, что девушка не ощутила ни малейшей вибрации. Дыхание сбилось, грудь наполнила давно забытая легкость. Она соскучилась по этому чувству — по простору, по свободе, по бесконечности над собой и под собой.

Корабль слушал ее молчаливое желание и, разделяя восторг, набирал высоту. Земля уходила вниз, превращаясь в пятнистое полотно скал и долин. Над ними раскрывалось сияющее небо.

Ориса улыбнулась широко, беззаботно — так могла улыбаться только девочка, которой вернули самое дорогое: свободу лететь туда, где нет ни стен, ни запретов.

Лишь когда первый восторг схлынул, она вспомнила о Мор'Раане. Оглянулась — и в тот же миг рядом с ее креслом из гладкого металла выросло еще одно, точь-в-точь такое же. Корабль будто сам уловил ее мысль.

Мор'Раан молча опустился в него и, подарив девушке коварный, чуть насмешливый взгляд, произнес:

— Направь его прямо в скалу.

Ориса округлила глаза, а потом, закусив губу, едва слышно прошептала:

— Мама меня убьет…

Она сжала ладонь, ощущая, как по коже пробежал холодок узора-ключа, и резко скомандовала:

— Уть-уть, ныряй под браслет. Пруть, прикрывай меня!

Собравшись с духом, Ориса направила корабль прямо на каменную преграду. Но тот не шелохнулся — словно вовсе ее не услышал.

Девушка нахмурилась, растерянно взглянула на ладонь с сияющим узором, потом перевела взгляд на гладкие стены.

— Почему?.. — прошептала она и тут же, сдерживая досаду, добавила: — Ребята, отбой.

— Пру-у-уть… — протянула энергоформа, и в этом звуке словно прозвучало облегчение.