Рин Серидзава – Monsta.com. Повышение без возврата (страница 96)
– Шутка Эндрю была действительно… не к месту. Я приношу свои извинения. И Эндрю извинится перед тобой лично, если ты вернешься в бальный зал.
«Он извинится, потому что ты его начальник, который отдал приказ. Не более того…»
– Нет, я думаю, не стоит. Лучше я пойду спать. Пиджак могу вернуть через службу доставки, – я изобразила подобие вежливой улыбки и собиралась пройти мимо. – Ты тоже меня извини… Что стала давать слишком много поводов… для шуток.
Рука в перчатке из кожи дракона легла мне на плечо в останавливающем жесте. Я нахмурилась и посмотрела ему в лицо.
– Есть кое-что, о чем я хочу поговорить, – в нем что-то изменилось с того момента в бальном зале. Какая-то едва заметная надломленная интонация появилась в голосе.
– Говори, – я с трудом сдерживала нехорошее предчувствие.
– Дженнифер ходит по тонкому льду. Ее отношения с Рюи и Эндрю могут плохо кончиться, – Ван Райан сделал паузу, и по тому, как он говорил, было понятно, что он знает, – плохо для всех.
Сперва его слова и тема разговора огорошили меня.
– Но… Это не тебе решать! – я была возмущена его вмешательством и вздернула подбородок. – И не мне уж точно!
Он отстранился и убрал от меня руку, подняв ее в демонстративном жесте.
– Ты, безусловно, права, но понимает ли она, что именно делает? – и многозначительно добавил. – И ради чего?
Я молчала, мне казалось, что он не закончил.
– Жизнь с вампиром для человека – это опасность. От других его сородичей, которые однажды могут претендовать на территорию охоты. И даже от самого вампира. Это не та семья, о которой она мечтает, поверь мне. Удачное обращение в вампира скорее случайность… Можно утратить не просто душу, разум и даже прежний облик, став упырем…
И снова повисло молчание, а потом он с большим трудом продолжил:
– Если Дженнифер останется человеком, и у них с Рюи будут дети, они будут полукровками. И не смогут жить нормальной жизнью среди людей в Первичном мире – посещать больницы, школы… А в Отделенном они всегда будут изгоями. И с той, и с другой стороны.
Последние слова были пропитаны болью. Его личной болью.
– Но ты… – хотела возразить я, вспоминая то, чего Драйден смог добиться.
– Я не исключение, Кристина. Вспомни самое простое из прозвищ, которым называют меня люди…
В горле встал ком.
– «Трагический полукровка».
– Именно. Карл Дешвуд признал меня своим внуком и наследником. Только поэтому я смог зайти так далеко… К тому же я боюсь предположить, как все это повлияет на Эндрю…
– Что я, по-твоему, должна сделать? – сорвалась я, даже понимая, что это чистая правда, – Поговорить с ней? Мы уже много чего с ней обсуждали. Она принимает свои решения!
– И эти решения принесут плоды… – Драйден сказал это очень тихо. Он понял, что я не уступлю. Казалось, окончательно принял неизбежное.
– Значит, так и будет! – я незаметно для себя перешла на такой же пафосный тон и подошла к нему, вытянувшись, как струна. – Я просто хочу, чтобы Джен была счастлива! Она заслужила это после всего, через что прошла. После того, как ее вырвали из обычной жизни… И если бы Эндрю не мучил ее постоянной ревностью и эгоизмом, не стремился изолировать ото всех, она никогда бы не подумала о Рюи. Лишь немного свободы и все! – выпалила я, а потом закусила губу. Наверное, от обиды на судьбу.
– Ты не можешь знать…
– Могу! – Моя рука в перчатке взметнулась и стукнула в грудь Драйдена. – Она была бы счастлива! Ей не было бы все это нужно! Я знаю это совершенно точно…
Во взгляде Ван Райана мелькнула жалость. Не раздражение за мой гнев, а именно жалость. Я осеклась и опустила плечи. Глупо было вымещать злобу на Эндрю таким образом.
– Прости…
Драйден тенью возвышался надо мной. Он долго смотрел на мою руку на своем жилете. Руку, на которой было кольцо Джен. Кулак разжался, и я опустила ладонь. Наконец, он заговорил неожиданно мягко, чуть склонив голову набок.
– А ты?
Я непонимающе уставилась на него.
– О своем счастье ты не думала? – Драйден испытующе смотрел на меня, а его голос стал… чуть более хриплым.
Сердце бешено застучало в груди. Зачем он спрашивает об этом? Его глаза светились ярче, чем когда-либо. Но у меня уже давно готов ответ.
– Это сейчас не имеет значения, – я тряхнула головой. – До тех пор, пока у меня есть голос, я уже счастлива! Пока могу петь, я выживу!
Моя речь была отрывистой, но я не лгала. Эти слова шли из самой глубины моего существа. И сейчас мне хотелось заявить ему об этом. Возможно, слишком яростно. Мне не нужен был его ответ или реакция, но я с вызовом глядела в холодное лицо Драйдена, чувствуя, как все мое тело вибрирует.
А дальше случилось то, во что разум отказывался поверить. Он плавно склонился к моему лицу. Не закрывая глаз, которые теперь приобретали другой, более темный оттенок. Меня парализовало, и я не могла пошевелиться. Нет, Драйден, не надо!
Но так и не успела вымолвить это вслух…
Прохладный электрический ток обжег губы, а потом и подбородок. Мое тело изогнулось дугой, пиджак полетел с плеч. Я чувствовала, как пылала его кожа там, где она соприкасалась с моей. И боялась дышать, боялась причинить ему еще большую боль, чем причиняю сейчас. Его руки в перчатках скользнули по шее, а потом по завиткам волос. На секунду он отпустил мои губы, было слышно его тяжелое дыхание.
Ноги стали ватными. Все, чего я хотела – это ответить на поцелуй и прижаться сильнее. Коснуться руками его лица и волос, чтобы просто ощутить их под своими пальцами. Вновь почувствовать это… Словно электрические разряды по коже. Но я заставила себя поднять трясущиеся руки и толкнула его в грудь, а потом едва не упала на холодную плитку, запутавшись в платье.
Драйден отшатнулся на несколько шагов и отвернулся в сторону, держась рукой за лицо. Я пропустила пару вдохов.
– Зачем ты это сделал?! – не выдержала я. – Зачем?
Я едва стояла на ногах, дрожа и сжимая в кулаках ткань платья. Сбивчивое рваное дыхание болезненно вырывалось из груди.
Он застыл, немного наклонившись вперед. Я заметила только, как несколько раз едва заметно дрогнули плечи. Потом он выпрямился в полный рост и развернулся ко мне, медленно убирая руку от лица.
Мне казалось, что я вижу на его подбородке, губах и скулах красные пятна регенерирующей кожи и нити капилляров. Все внутри кричало мне бежать и прекратить эту проклятую пытку. Он шагнул ближе, сердце замерло.
– Тогда во сне твой поцелуй… – Драйден протянул мне руку. Луна серебрила его волосы, а глаза все еще были темными, – был предназначен не дерзкому мальчишке, вымотавшему тебе нервы, не скорбному призраку, что почти лишился разума, потеряв жену и ребенка. Он был предназначен мне…
– Это не имеет никакого значения, я же сказала! – почти кричала я, чувствуя, что задыхаюсь от подступивших слез.
– Я этого хотел… И, кажется, сама судьба хотела этого…
Такой простой ответ, но для меня он был как яд. Яд, который давал бесполезную зыбкую надежду.
Пальцы снова стиснули ткань платья, я проглотила воздух, чуть не подавившись им, и сделала еще один шаг. От него. Хотя ноги не хотели меня слушаться. Драйден смотрел с укором и… сожалением.
– Гребаная омела! – выругалась я сквозь зубы.
Он мимолетно улыбнулся.
– И ты, похоже, мазохист…
А после этих слов разочарованно помотал головой.
Отвернувшись в сторону, я угрюмо взглянула на лежащий на плитах оранжереи черный пиджак. Пальцы отпустили подол платья.
Я. Не. Должна. Смотреть. На Драйдена.
Стоит сделать это сейчас, и память, само тело подскажет, каково это – ощущать его губы. А еще его боль. Даже если влюблена по уши, я не могу быть с ним физически. Не нужно было и пытаться. Он сам перешел эту границу. Любопытство? Желание? Что бы им ни двигало, может быть, это и правда ошибка?
Я поклонилась Драйдену и побежала прочь, как от огня. Неслась по коридорам и ступеням поместья. Как маленькой девочке, мне хотелось спрятаться в своей комнате. Но стоило закрыть за собой дверь и сползти по ней спиной, как я судорожно коснулась пальцами своих губ. Мне казалось, что они все еще горят от этого невозможного поцелуя.
Глава 12. «Fairytale Gone Bad»
Я не могла вспомнить, когда в последний раз мне настолько не хотелось никого видеть. За возможность раздеться и завернуться в одеяло было не жалко отдать если не душу, то половину души точно. Сколько бы я ни зажмуривалась, сидя на полу во мраке собственной комнаты, сколько бы ни надеялась открыть глаза утром следующего дня, время стояло на месте.
Я знала, что обязана снова спуститься к гостям. Хотя бы на жалкие несколько минут. Обязана найти в себе силы выслушать извинения Эндрю и намертво приклеить улыбку к своему лицу. Иначе мое исчезновение не просто вызовет вопросы, но и отчетливо даст понять уже
Его репутация важнее. Возможно, наше появление порознь будет воспринято даже лучше, чем если бы Драйден привел меня за собой. К тому же я не хочу волновать Барбару и Джен.
С тяжелым сердцем я поднялась на ноги, отряхнула платье. В голове клубами стелился туман, укрывая собой пустоту и какое-то… смирение. Нужно ведь совсем немного? Вновь окружить зеркало магическими огнями, чтобы поправить прическу и макияж. Придать лицу идеально-вежливое выражение и сделать немного извиняющийся взгляд. Пусть подчеркнет, что я чувствую себя виноватой за детское бегство с праздника. Убедит, что причиной всему лишь мое задетое Ричардсом самолюбие. И ничего больше. Никакой «бури» в оранжерее только что не случилось.