Рин Дилин – Воробушек для дракона (страница 6)

Внезапно в голову пришла шальная мыслишка немного подшутить над этими задаваками. Театрально вздохнув, я снисходительно хмыкнула:

– Конечно, уверена. Ведь я уже провела обряд призыва богини, помогающей студентам, поэтому высший балл мне обеспечен.

– Что-то не припомню таковой, – недовольно поморщился он в ответ.

– А что за обряд?.. – всё же проглотил наживку один из компании. – Или это секрет?

– Отчего же, нет никакого секрета, – великодушно откликнулась я и указала на фонтан. – Обряд нужно проводить там, призывать богиню громко и чётко.

Компашка скептично зафыркала, не веря мне.

– Могу даже показать, – с трудом сдерживая улыбку, продолжала соблазнять их. – Смотрите. Лучше, конечно, когда есть зачётка, но пока её нет, так тоже сойдёт…

Я подошла к бортику фонтана, картинно воздела очи к небу, сложила ладони в просительном жесте и, не обращая внимания на пялящихся абитуриентов, со всей вдохновенностью выдала:

– Халява, приди! Халява, приди! Халява…

Третий раз произнести мне не дала выглянувшая в окно Фимочка. Выцепив меня взглядом, она зычно крикнула на весь дворик:

– Эвалин! Положительно! Поднимись к ректору за результатом!

Это произвело просто сокрушительный эффект: челюсти о землю хлопнулись даже у тех, кто продолжал до последнего сомневаться и скептично хихикать. Конечно, секретарша имела в виду ответ Учредительного Совета, но как всё удачно сложилось, не правда ли?

Я бросила весёлый взгляд на оторопевших молодых людей и передёрнула плечами: мол, видели? Работает! Поспешила к крыльцу, взлетая по ступеням, успела разобрать за спиной возглас:

– Да чтоб меня!.. Хуже точно не будет! – и по дворику понеслось несколько голосов, нестройно выкрикивающих: – Халява, приди! Халява! Приди!

Хихикая над удавшейся шуткой и успешным внедрением в местную студенческую культуру земных обычаев, я добралась до ректорского кабинета. Фима встретила меня на пороге и всунула бумаги в руки. Загадочно сверкнув на меня глазами, велела:

– Иди, отнеси их отцу. Он у себя в кабинете. Только прямо сейчас отнеси, ясно?

Для виду смиренно покивав, я, тем не менее, убравшись с её глаз подальше, сунула нос в бумаги, которые она мне передала: уж больно меня смутила настойчивость Фимочки. Но, тщательно изучив документы, ничего подозрительного не выявила. Обычный протокол заседания Совета, даже бумага не магическая. Однако ощущение, что тут что-то нечисто, не покидало меня.

Поднявшись на последний этаж, прошла к кабинету отца и дёрнула ручку. Дверь оказалась заперта, но доносившийся из-за неё приглушённый разговор подсказал мне, что у отца посетители. И это тоже было странно: Пассеро должен был присутствовать на экзамене, который шёл в самом разгаре.

Решив дождаться, когда Эдгар освободится, я отошла от его двери к окну, распростёршемуся от пола до потолка. И стала наблюдать, как численность вокруг фонтана призывателей Халявы только растёт. Происходило это из-за того, что студенты, рассчитывающие только на свою голову, тоже соблазнились и покричали кодовую фразу. А так как они учили не в пример усерднее «мажоров», то когда получали заслуженно высокий балл на экзамене и выходили, радостно размахивая документами о принятии, это тут же приписывалось покровительству богини.

– Интересный ритуал. Что он означает? – бархатно прозвучало над ухом так внезапно, что я резко отшатнулась, чуть не задев стоящий в углу горшок с фикусом. Потеряла равновесие, неловко взмахнула руками и вот-вот позорно бы грохнулась, но невероятно красивый молодой мужчина успел подхватить меня.

Точно в каком-то дешёвом кино, я с видом деревенской дурочки пялилась на него и ничего не могла с собой поделать. Платиновые волосы, светло-серые глаза, кажущиеся серебряными, мягкие чувственные губы – разве возможна такая внешность в природе?

С каждым мгновением, проведённым в его объятиях, кровь сильнее приливала к лицу, а сердце в груди ускоряло темп, грозясь выскочить. Но я по-прежнему даже моргнуть боялась, чтобы прекрасное наваждение не пропало.

Это же какая-то магия, правда? Ну, не может мужчина быть столь красив! Это вообще законно? Использование такого рода магии, я имею в виду. Завораживающий голос, черты лица, упоительный аромат тела – всё будто специально было нацелено на то, чтобы заставить каждую клеточку во мне трепетать. А плечи?! О, боги, какие широкие у него плечи!.. И как же хочется его поцеловать…

Незнакомец же взирал на меня с беспристрастным выражением, и я осознала, что веду сейчас себя как законченная идиотка. Пауза затягивалась, а неловкость ситуации только нарастала. Но его это, кажется, абсолютно не трогало. Мысленно на себя разозлившись, соскребя остатки воли в кучку, я взяла себя в руки, отстранилась и отвернулась к окну, стремясь скрыть смущение.

– Спасибо… Эм-м… Простите, – сбивчиво пробормотала, поправляя причёску и не зная, как вернуть нормальный цвет щекам.

Надо будет потом поговорить с отцом и выспросить всё про эту странную магию. А лучше попросить сделать для меня защитный артефакт, чтобы подобное больше не повторялось.

Взгляд скользнул по шоу у фонтана. Что там он спрашивал? Что-то про ритуал? Да, всё, вспомнила.

– Это призыв богини, покровительствующей студентам, – запоздало пояснила я.

Незнакомец задумчиво склонил голову набок, разглядывая происходящее внизу. Я искоса поглядывала на него, не вмешиваясь в его мыслительный процесс. Возмутительная реакция моего организма не утихала, а значит, магия незнакомца действовала на меня, не только когда он ко мне прикасался.

– Но так ведь становится понятно, кто учил, а кто нет, – поразил он меня сообразительностью, отчего я совершенно по-дурацки хихикнула. – В крайнем случае, если уж его и проводить, то в другом месте: окна большинства кабинетов выходят на эту сторону… Я что-то не то сказал? – приподнял брови, когда у меня вновь вырвался неуместный смешок.

– Нет, простите, всё так, – пропыхтела я, пытаясь подавить поток этих легкомысленных звуков. – Тут, видите ли, всё просто: халява наказуема, – и зажала рот ладонью, так как смешки посыпались с новой силой.

Нет, это просто невыносимо! Я определённо не понимаю, что за странности со мной творятся! Отчего у меня ощущение, что мой интеллект сейчас стремительно падает?! Боги, какое унижение! Я же выгляжу в его глазах королевой дур!

Он пристально посмотрел на меня, черты смягчились, и его губы тронула лёгкая улыбка:

– Признавайтесь, это же ваша придумка?.. – мужчина наклонился и провёл пальцами по моему лицу, вынуждая приподнять его.

Рука нежно касалась кожи, заставляя забыть обо всём на свете. Его губы приближались к моим, я уже чувствовала его горячее дыхание на них. Ещё мгновение – и я почувствую, каков на вкус его поцелуй…

Мне показалось, что всё вокруг замерло. Вся Вселенная будто уплотнилась и сжалась вокруг нас в плотный кокон, скручиваясь центром в тугой узел внизу живота.

Порхающие бабочки? Серьёзно? Какой идиот это придумал? Болезненное томление зарождающейся сверхновой – вот более точное описание этому ощущению. Никогда и ни к кому я не испытывала такого сильного влечения. Я жаждала его прикосновений и боялась их. Потому что после уже не смогу остановиться. Потому что после…

Он положил руку мне на затылок, не позволяя отклониться. Да я бы и не смогла, даже если захотела. Его взгляд из-под опущенных ресниц стал тягучим и откликался во мне усиливающимся томлением. Сердце бухало в груди, отдаваясь шумом в ушах.

Губы сами собой приоткрылись в предвкушении, а я, уже не в силах больше тянуть, встала на цыпочки и потянулась навстречу. То ли стон, то ли вздох сорвался с них, и мужчина ответно вторил мне, крепче вжимая меня в своё горячее тело…

Дверь кабинета, распахнувшись, с грохотом врезалась в стену, и мы, не сговариваясь, отпрянули друг от друга. Невероятно смутившись, я залилась краской и отвернулась к окну, прикрывая ладонью губы. Хотя ощутить его поцелуя мне так и не удалось.

– Что ж, дир Пассеро, надеюсь в скором времени получить от вас результаты, – проговорил седоволосый господин, выходя из кабинета отца. В чёрном костюме, с тростью в руках, он был крепок и статен, что выдавало в нём аристократа.

Холодные серебряные глаза вскользь прошлись по мне, метнулись к стоящему рядом парню, и вновь оценивающе уставились на меня, будто измерив каждый сантиметр.

– Рагнар… что случилось? – обратился он к нему, и его голос дрогнул от волнения. – Тебе понравилась эта девушка? Хочешь… я куплю её?..

Я задохнулась от возмущения, а стоящий рядом с посетителем отец побледнел и умоляюще уставился на меня, будто призывая ничего не говорить. Подобное выражение лица Эдгару было не свойственно, поэтому я вняла немой мольбе и крепко сжала губы, чтобы гневные слова не выскочили изо рта против воли.

Незнакомец, что только что пытался поцеловать меня, бросил в мою сторону надменный взгляд и отвернулся, равнодушно ответив посетителю:

– С чего бы такой простушке заинтересовать меня? Идём, отец, нам пора…

В груди вновь поднялась волна клокотания: да как он… как он смеет?! Негодяй!

Теперь Эдгар, видя моё лицо, подал останавливающий знак рукой, призывая дождаться их ухода. Как только эти двое скрылись на повороте к лестнице, молча указал на кабинет. Я разъярённой фурией влетела внутрь.